Заветное желание

Грязная я шла в свои покои. – Привет! – Меда приветственно улыбнулась мне подходя и скривилась. – Что за запах? – О, это рыба. Рыба и разочарование. Добро пожаловать на кладбище разбитых надежд, Меда. – не останавливаясь сказала я. Вампирша пошла рядом. – Что случилось? – участливо поинтересовалась та. – Помимо того, что я не нашла русалок? Ничего. Не стоит волноваться. – Русалки существуют?! – она искренне удивилась и заинтересованно смотрела на меня. – Откуда мне знать? – рассмеялась я. Джаспер вынырнул из-за угла. Я широко улыбнулась и радостно подскочила к нему. Он послал обеспокоенность. Меда украдкой подкрадывалась ко мне по ближе. – Ни царапинки. – ухмыльнулась я, отходя от вампирши. Меда разочаровано вздохнула. – Я о другом. – улыбка мгновенно исчезла. – Да. – коротко ответила я, боясь, что голос изменит, если произнесу еще что-нибудь. Когда разрываешь тех, кто не сделал ничего дурного, что-то очень важное умирает в твоей душе. Джаспер знал это. Их убеждения верны. Они добровольно выбрали сторону, но не желают видеть другую правду по разным причинам. Они слепы в своих убеждениях. Также как и я. Я искренне сожалела о том, что пришлось сделать. Но я точно знала, если бы им удалось убить меня они бы не сожалели, а праздновали. Они были бы уверены, что это во имя добра. – Это было опасно. – Вовсе нет. Мне повезло с даром. – картинки произошедшего вертелись в моей голове. Я была бы мертва если бы не мой щит. Хотя я, наверное, и не сунулась бы туда, если бы не мой щит. – Ты ведь больше не повторишь такое безрассудство? – я недоуменно посмотрела на него. – Как можно воевать, не совершая безрассудных поступков? Да война вообще сплошное безрассудство. – Джаспер неодобрительно сверлил меня взглядом. – Думаешь я здесь для того, чтобы мило улыбаться, помахивая ручкой, и услаждать своей красотой мужские взоры? – Я не это имел ввиду. – Да, знаю, прости.. Это было безрассудно, но необходимо. – я глубоко вдохнула, успокаиваясь и решила разъяснить. – Стефан собирался поведать миру о вампирах. Нельзя допускать даже слуха о том, что вампиры существуют, Джаспер. Даже слухи иногда бывают столь чудовищными, что тревога перерастает в жуткую панику, и тогда многие люди предпочтут умереть, чем встретиться лицом к лицу с объектом своего страха, другие же позабыв о нормах морали начнут учинять беспорядки, многие найдут оправдания любым действиям ради уничтожения вампиров. Страх – могучее оружие войны. – Джаспер кивнул. Меда как обычно хотела коснуться моего дара, но я не обращала внимания. – Ты должен понимать одну очень важную вещь насчет Стефана: он верит всем сердцем в правильность своих деяний. Конечно, он наслаждается славой и победами, но самое глубокое удовольствие он испытывает от того, что именно он несет то, что он считает, причем искренне, справедливостью. Он искренне верит, что служит всеобщему благу. Он очень искренне в это верит. Это святая истина для него и его приспешников. А все те, кто отказывается это принимать, должны быть либо силой принуждены следовать путями свободы, либо уничтожены. Он жаждет не наживы, а воплощения своих взглядов на спасение человечества и вампиров. – Значит, сокрушить нас – его священный долг? – Именно. – Почему ты вернулась? Почему не убежала? – внезапно появится Эдвард. Выглядел он как после расчленения – темные круги под абсолютно черными глазами пугали. – Я уже говорила, что это невозможно. – Почему? – Я разделяю взгляды Вольтури. – Вольтури? Это взгляды Аро! Остальные просто марионетки. И ты на его стороне. – он горестно вздохнул. – Я на своей стороне, Эдвард. Я выбрала не Аро или Вольтури, а человечество. Выключи свой юношеский максимализм и подумай, есть ли другой способ сохранить законы без методов Аро? Если найдешь такой, дай знать и избавь меня от пустой болтовни. – я чувствовала себя несколько неуютно, оправдывая действия Аро, но точно знала: я на его стороне. Идеология правления Стефана мне куда больше по душе. Но сколько вампиров действительно могут разделять мои взгляды на еду? – Да, вампиры точно не меняются.. Спасибо за наглядный пример. Ты ребенок. Эгоистичный, импульсивный малец, не видящий ничего помимо своих же внутренностей. – Тобой манипулируют, Белла. – угрюмо прошептал Эдвард. – Что? – я ошарашенно застыла. Как он мог это сказать? – Он думает о том, как на что ты отреагируешь, как заставить тебя делать что-то, думать так или иначе, какие слова и выражение лица подобрать… – Я и без твоих нравоучений понимаю, что в мире есть не только яркое солнышко и единороги. – отрезала я в надежде, что его не слишком сильно накажут. В любом случае нового я ничего не услышу. Аро не на столько глуп. Оно того не стоит. – Хватит нарушать указания ради призрачных иллюзий, Эдвард. Тебя не было рядом, когда я больше всего нуждалась. Нет смысла сейчас... – я запнулась осознав, что сказала. В глазах вампира я увидела глубокую скорбь и мое сердце защемило. «Черт. Я же собиралась не заводить никаких серьёзных тем пока полностью не совладаю с собой..» – Прости.. Я понимаю, как тебе приходится, но не дело постоянно подставляться под пытки. Скажи, Лилиану привязали к клану? – он кивнул. – Обратись к ней за помощью. – внезапное понимание окатило меня ледяной волной. – Разве ты не привязан к Аро? – выпалила я прежде, чем поняла. Вампир отрицательно помотал головой. «Конечно. Так наказание куда страшней. Изощренная пытка…» – Эдвард, прошу, обратись к Лилиане. Ранее я просила Челси разорвать его связь со мной, она сделала все, что могла, но это возымело не тот эффект, которого я ожидала. Он стал спокойней, но продолжает нарушать запреты, которые касаются меня. Я человеческим шагом приближалась к своим покоям, Аро ждал у двери. Приводя себя в порядок, я пыталась перебороть боль, запихнуть ее куда поглубже… – Расскажи мне о Хайди. – плюхнувшись на диван, я начала эту пытку – Она в порядке. – от удивления мои глаза округлились. – Но шрамы останутся. – «Так получается она не предавала Вольтури?» – Ты останешься? – в его глазах сквозила мольба. Сердце защемило. «Игра. Все это игра.» Я откинула голову, на потолке больше не было уробороса. Наконец-то. Я слабо улыбнулась. – Я буду на стороне Вольтури даже если не буду согласна с твоими методами до тех пор, пока вы не начнёте нарушать собственные законы. Это не зависит от того, где я буду находится. В любом случае существует множество вариантов коммуникации на расстоянии. Я буду на связи, и вы сможете призвать меня при необходимости. – он скептически смотрел на меня. – Я буду сражаться за Вольтури, если понадобится. Я даже думать боюсь о том, что произойдет с миром, если Челси погибнет. Я верю в твой труд. И знаю, что есть моим врагом. Это теперь прутья моей клетки. Мой поводок в твоих руках, только длину буду определять я. Будь уверен, он не превратится в молнию. Мне просто нужно остыть. Хотя теперь это мало вероятно.. вампиры не меняются.. – я холодно глянула на него. – У тебя есть выбор, мой дорогой Аро. – я скопировала его манеру разговора и выражение лица в тронном зале. – Принять мои условия или убить меня. Я не буду сопротивляться. – гнев всколыхнулся в нем, как пламя. По крайней мере я получу за это хорошую плату – мелочное удовлетворение его эмоциями.. Я упиваясь его реакцией, спокойно следила за владыкой. Какое бы решение он ни принял, мне все равно. Так, просто любопытно, и только. И он видел это в моих глазах. Его гнев сдулся как воздушный шар. Может он и не чувствовал его вовсе? – Давай прогуляемся, дорогая. – я удивленно вскинула бровь, вампир выразительно смотрел на меня. «Эдвард.» пронеслась мысль. Я кивнула. Аро остановился в живописном месте, и я выпустила ментальный щит. На самых его концах я обнаружила вампиров. Кажется Диметрий и Сантьяго. Я ждала что же такого секретного Аро собирается сказать, но он долго не начинал. Я не подгоняла, сосредоточившись на скалистом пейзаже. – Когда ты была человеком, я был рад что-то чувствовать вообще. Я приветствовал это.. Я не думал тогда. Просто был рад чувствовать.. Теперь же я не могу без тебя. Я больше не свой.. – я удивилась и не поверила. – Всегда мечтала быть любовницей. – едко бросила я. Я могла припомнить несколько случаев, когда его хищный взор сам по себе заставлял замолчать целый зал. Мало что могло напугать больше, чем выражение этих глаз. Сейчас эти глаза жаждали сеять смерть. Он знает о Тосиро поняла я. От этой мысли я почувствовала мстительное удовлетворение. – Ты уверена в том, что тень, которую преследуешь, не та, которую отбрасываешь сама? – едко бросил он. Я застыла. Эта фраза нашла отклик во мне. Вампир уже спокойным тоном сказал: – Если ты не заметила, то до твоей метки у меня не было шрамов. Я не прикасался к Сульпиции уже более 500 лет – они с Корин пара. – я вскочила в потрясении. – Как? Тогда почему? – Я не могла сформулировать ни одного связного предложения. Я вспомнила, что чувствовала от них запах друг друга, но думала, что это потому, что основная задача Корин делать королев довольными. Думала, что она ей прислуживает. От Доры, Корин не пахло, в моей голове это объяснялось просто: Дора самостоятельна. И тут я поняла, что вообще не пользовалась умом, ведь основное правило «мысли не являются фактом, бери под сомнение все, что думаешь» попросту забыто мной.. «Ты можешь увидеть в других лишь то, что есть в тебе.» вспомнилась мне надпись на одной из отцовских футболок. Мой мир перевернулся. Все стало словно с ног на голову. – Когда убили Дидим.. Мы.. удовлетворяли физические потребности друг друга. – я подняла бровь. Руки подрагивали, и я со всех сил пыталась оставаться спокойной, внимательно изучая его. – Конечно я испытывал к Сульпиции некоторую привязанность – мне нравились ее мысли, но не более. После смерти сестры не было никаких зацепок в поисках виновников, и я решил использовать эту связь. Самый простой способ добраться до вампира это убить его пару. – в голове всплыл Маркус. Его горе было почти ощутимым. Если бы не братья, он давно бы покончил с собой. – А Корин? Почему она терпит все это? – я никак не могла переварить услышанное. – Она привязана ко мне даром Челси. Мои интересы и ее тоже. – я тяжело вздохнула. Жаль их. Но намерения это изменить не появилось. – А вся эта чушь про желания пары со временем становятся общими? – Это правда. – я вспомнила все его обучение. Выдать ложь за правду легко. Просто взять правду и дополнить ее маленькой ложью. – Что из этого ложь? – Ничего. – невозмутимо ответил он. – Ты меня раздражаешь. – злобно проворчала я. «Правильные вопросы» напомнила я себе пока успокаивалась дыхательным методом. – Какие исключения? – от довольной улыбки вампира я чуть не взорвалась яростью. – Вампиры слишком уж собственнические. – я тупо уставила на него. Шестеренки в моем мозгу никак не хотели крутится. Секс. Мои глаза расширились. Вампир не может разделить своего партнера с кем-то. Усиленные чувства не позволят. Секс с другими – единственное, что не входит в эту константу. «Но есть же древние вампиры, которые знают, а не верят…» – У них не появлялось настоящего желания кого-либо кроме своей пары. – Аро как обычно знал о чем я думаю. Даже не удивляет. Я почувствовала облегчение. Боль почти исчезла. Я не осознавала, что она всегда со мной до сих пор. Ярость затопила меня. Я почувствовала сильное желание разорвать его на куски и понимание, что я этого не сделаю злило еще больше. Захотелось уйти. Никогда больше не видеть его. – Останься, прошу. – он умоляюще смотрел в мои глаза. Мне вспомнилось как отец однажды сказал: «В бизнесе нет незаменимых людей. Единственная причина, по которой твой босс попросит тебя остаться, это то, что ты самый дешёвый из подходящих работников.» – Я всегда буду на стороне Вольтури. До тех пор, пока вы не нарушаете свои же законы. – выплюнула я, стараясь говорить спокойно. – Или есть другие причины, по которым мне нужно быть тут? – Ты мой свет в конце туннеля. – я тупо смотрела на него несколько долгих секунд. – О.. – я истерически рассмеялась как сумасшедшая. – наверное это поезд. – было видно, как в голове Аро пронеслись тысячи мыслей, но он ответил лишь: – Да. – «Что это черт возьми? Очередная уловка? Новые прутья в клетку? Достал! Мне нужно отдохнуть. Срочно. Эти эмоциональные качели доконают меня.» – Надо было тебе убить меня. – выдохнул вампир. Представив его смерть живот скрутило как от судороги, и я моментально сдулась. – Я не могла. – Почему? – Я уже отвечала на этот вопрос. – Тебе плохо без меня. – многозначительно произнес вампир. – Я не могу любить того, кому не доверяю. – буркнула я. – Доверие? – саркастически усмехнулся он. – Любовь дикая, страстная, опасная, она жжёт и поглощает… – Пока ничего не станется. – прервала я его. – Я знаю, что ты чувствуешь. Хватит себя обманывать. – я чувствовала, что попала в ловушку. Все ускользало сквозь пальцы, а я, похоже, ничего не могла поделать. Я, расправив плечи и вскинув голову успокоилась и посмотрела Аро в глаза, как человек, который с вызовом смотрит на палача. «Он снова манипулирует мной.» Шестерёнки в моей голове внезапно закрутились с невиданной силой. – Скажи, Аро, я была твоей певицей? – вампир молчал. Я детально прокручивала тот день снова и снова. Тогда это было моим предположением, а не его словами. Он лишь подтвердил. Внезапное понимание ошеломило. И вдруг все стало на свои места. Бушующую ярость не представлялось возможным сдержать. Я громка зарычала. – Это было твоим планом изначально! Стефан.. Сульпиция.. Она была первой целью Лилианы! – я резко повернула голову и впилась гневным взглядом в Аро. – Ты знал! – прорычала я. Ярость взорвалась во мне всеразрушающее как ядерная бомба. – Ты позволил его замыслу сбыться и переманить меня! Зачем ты это сделал?! Жить надоело??! Ты лицемерный ублюдок! – взгляд Аро был очень красноречивым, и я поняла: то, что я увидела сегодня в его глазах, в его манере держаться, будет преследовать меня вечно. Жестокость была его маской. Имея доступ к разуму многих людей, он имел доступ к их знаниям, мудрости, мыслям. И это лишь укрепляло его ум. А еще он знал, чего люди боятся больше всего. Если что в нем и пугало, так это не жестокость, а ум. Я точно знала, что этот ум может быть неисчерпаемым источником жестокости. И еще поняла, что должна уничтожить его. «Человек хочет быть свободным, но сначала должен умереть создатель.» промелькнули слова Ницше. – Ты должна была выбрать сторону. Иначе я не мог быть уверен. – Ты подверг опасности не только свою жизнь, но и жизни всех Вольтури! Как ты посмел?! Из-за твоих извращённых игр они могли умереть! Да все человечество и планету ты мог ввергнуть в хаос! Ты долбаный психопат! – я изо всех сил старалась держать себя в узде. «Будет ли это важно, когда я буду умирать? Вспомню ли я об этом в последние секунды жизни?» я отчаянно искала ответ на этот вопрос и не могла найти. Аро лилейно улыбнулся и во мне что-то пере щёлкнуло – я больше не владела собой. Мой щит вырвался с разрушающей силой и сдавил вампира. Трещины покрыли все видимые участки кожи. Глаза вампира оставались спокойными. Даже намека на панику или страх нет. Да он просто суицидник! Я с громогласным рыком швырнула его в сторону. Я ринулась бы сейчас в битву, чтобы решить все раз и навсегда и даже с радостью приняла бы смерть, сражаясь с этим жестоким безумием. Но остановил рассудок – на самом деле я не хочу его смерти. Внезапное понимание как снег на голову обрушилось на меня: «Он давным-давно смирился со своей судьбой и перестал беспокоиться по этому поводу. Ему невозможно угрожать, он с радостью примет любой ужасный конец. Истинное положение вещей в том, что ему в действительности все равно на свою жизнь и смерть. Ну хоть в этом я его понимаю.» Он пролетел километра два прежде, чем раздался взрыв. В тот момент, когда я увидела, как он столкнулся со скалой и часть ее упала, засыпав вампира, все утратило смысл, ничто больше не имело значения, кроме него. Ярость на себя от этого чувства взорвалась во мне. Я взяла под контроль свои эмоции и набрала Диметрия. – Господин Аро тебя вызывает. – я положила трубку, не дожидаясь ответа и подлетела к выбирающемуся из обвала вампиру. – Телефон только для экстренных случаев. Если потревожишь меня не по вопросам смертельной опасности для всего клана Вольтури или человечества в целом я не вернусь. – рявкнула я сквозь пелену гнева, рвущегося наружу и одновременно ощущая внутри себя островок спокойствия. Я как ошпаренная убежала прочь. Сейчас я должна быть как можно дальше от него. Иначе последствия будут необратимы.. «Я разочарована в тебе и злюсь сама не знаю на кого или на что конкретно. Я разрываюсь между желанием находится рядом с тобой и разорвать тебя в клочья. Но прекрасно понимаю, что на самом деле не хочу ни одного, ни второго, потому что пострадаю я сама. Я люблю тебя и ненавижу одновременно. Как такое вообще возможно!?» Через несколько месяцев я стояла в лесу на границе Квилетов. Сама не знаю почему я тут. Аро прав в одном – мне без него до чертиков плохо и не могу от этого избавится. Сильная собачья вонь вызывала агрессию и злость. Было чувство, которое можно описать лишь как «бей или беги». За те пару часов ожидания я обуздала эмоции и обрела относительное спокойствие. В голове постоянно всплывали воспоминания о стае. Ярче всего был Джейкоб и Эмбри. Я больше не чувствовала вины, но все еще горевала об утрате. Вонь становилась сильней. Я инстинктивно коснулась физического щита оставаясь неподвижной. Ко мне медленно приближался серый огромный волк, угрожающе рыча с оскаленными зубами. Сделай я хоть малейшее движение, и он нападет. – Пол. – выдохнула я. – волк остановился. За ним появились еще двое. Кажется Квил и Сет. Сет заскулил, а Квил ринулся прочь. Я оставалась неподвижной. – Привет Сет. – я грустно улыбнулась. Волк сделал ко мне шаг, но Пол угрожающе зарычал на него и Сет прижался к земле грустно скуля. Я хотела его утешить, но под яростным взглядом Пола не нашлась что сказать. Через несколько минут с леса послышался бег волчих лап и шорох одежды. – Джейк! – радостно воскликнула я. – Белла.. Как? – в огромных блестящих от слез карих глазах отражалась такая боль, которую я никогда не позволила бы увидеть никому. Но через секунду он напрягся. – Твои глаза. – выплюнул он. – Донорская. – я быстро открыла рюкзак и показала кучу пакетов с кровью. – Никто не умер. – добавила я. – И не пострадал. Есть донорские пункты, которыми руководят вампиры. В больницы поставляют по необходимости, остальное можно пить… – мямлила я. – Животная кровь не насыщает. Я бы не хотела навредить.. Словом так я чувствую себя более.. безопасной.. – И ты никого не убивала? – он выжидающе уставился на меня. – Ну.. Пару маньяков и насильников.. длинная история. – Расскажи. – он расслабленно сел на бревно похлопав радом с собой. Я облегченно вздохнула и уселась рядом. Было так приятно снова находится радом с ним, даже с учетом вони. Я коротко рассказала все с моего приезда в Вольтеру опустив только секс-отношения с Аро. Я хотела, чтоб у волков было позитивное впечатление о Вольтури на сколько это вообще возможно поэтому рассказала о истории и законах. – Ого.. так ты теперь что-то типа вампирской полиции? – Ну они хорошо справляются. И на меня не действует привязка к клану, так что я хотела бы стать чем-то вроде запасного.. Типа присоединяться к ним в случае необходимости. – И они согласились на это? – Они не в восторге. Просто надеюсь, что получится. – А Вольтури, они все питаются как ты? – Нет правил питания. Калены продолжают пить животных. Кроме Джаспера и Элис – они перешли на донорскую. Но мало кто довольствуются пакетами. Некоторым все равно как питаться, они просто пьют тех, кого Эдвард словил. Некоторым нравится охотится.. – я решила умолчать о Хайди и туристах. В любом случае невинных жертв стало гораздо меньше. Джейкоб напрягся. Понятно, что он никогда не сможет одобрить охоту на людей, но может хотя бы смирится. – У Вольтури нет не нужных членов. И как бы они не питались они необходимы. – Я понимаю. – я удивленно вскинула голову и посмотрела ему в глаза, не веря в услышанное. – Всех вампиров не истребить. Вольтури меньшее зло. Хотя было бы здорово запретить им всем охоту. – хихикнул он. – Да.. – «Он вырос.» передо мной был не мальчишка, а мужчина. Умеющий думать. Я почувствовала гордость за него и быстрей, чем подумала обняла его. – Спасибо. – прошептала я. Сама не знаю за что именно благодарила. Наверное, за все и сразу. За то, что был другом, за понимание, за защиту ранее.. За все, что он для меня сделал. – Всегда пожалуйста, Белз. – я очнулась и попыталась отстранится, но он стиснул меня в своих медвежьих объятиях. Было уютно. Только запах все портил.. – Мое отношение к тебе не изменилось. – он тяжело вздохнул. – Даже теперь. Джейк расспрашивал меня обо всем, что мне известно о вампирском мире. – Есть только три вида наказаний: смерть, расчленение и лишение крови. На какое время и сколько раз определяется судом. Чаще всего приговаривают к смерти через расчленение и сжигание. Остальные наказания используют в основном для тех, у кого есть полезный для Вольтури дар. Их можно сказать приговаривают к службе. Но после работы Челси приговоренные не считают это обременительным. Для Вольтури нет мелких проступков и второго шанса они не дают. Я думала о послушных вампирах, которые случайно оступились. Например, был случай с женщиной, которая нашла свою пару в человеке. Это как запечатление у оборотней, только пара не предназначена с рождения, а скорее в определенном состоянии ума, вампир влюбляется постепенно. Обычно такое происходит только раз за все существование. После чего вампир больше не может жить без своей половинки, как и у оборотней вампир сделает все, чтобы быть рядом. Она обратила любимого, обучила законам. Они охотились только на убийц и насильников. Вампирша привела его в Вольтеру чтобы представить королям. Это не обязательно, но показывает лояльность. Вольтури хотят знать сколько есть вампиров и с помощью Диметрия знать где они находятся. Это как перепись населения. Так вот когда пара прибыла в Вольтеру новорожденный учуял своего певца и не смог устоять. Этого никто не ожидал – певцы встречаются крайне редко. Раз в несколько столетий, а то и в тысячелетие. Некоторые не встретили ни одного. Он сразу же осушил его. – Джейк сжал кулаки. – Это печально, но невозможно устоять перед певцом, когда ты новорожденный. Это просто невозможно. Не всем это удается и в возрасте 500+.. Вольтури казнили их обоих. Его за нарушение закона о неохоте на территории Вольтеры, ее за то, что она его сир и пара. Жестокое милосердие… Она бы не смогла успокоится и не желать мести. Для вампира утратившего пару больше ничего не имеет значения кроме мести. Они сходят с ума и отомстив они обычно заканчивают самоубийством. Я долго думала о том случае. Законопослушные вампиры полезны. Они демонстрируют, что власть не ограничивает, если соблюдаешь законы. Они можно сказать заражают других быть послушными. Но удерживать вампира сложно особенно когда они начинают сходить с ума от жажды. Вольтури не хотят создавать дополнительные рты и не собираются приставлять в охрану одаренных – у них более важные задачи. И я подумала.. Может создать такие оковы, можно начать с наручников, к примеру с шипами изнутри и смочить их в слюне оборотня так чтоб они не могли вырваться не разорвав себя.. как думаешь, это возможно? – Ох, Колокольчик.. Мне нравятся методы Вольтури. Было бы лучше если бы вампиров вообще не существовало. Почему ты хочешь что-то такое придумать? Держать в узде благодаря страху смерти не очень эффективно для людей. Но для пиявок, как по мне, то, что нужно. – Ты когда-нибудь слышал о такой штуке как социальный реализм? – он отрицательно покачал головой. – Если простыми словами это похоже на религию: кто-то один верит, начинают верить другие, а потом уже не остановить, потому что верят все, а атеисты или инако-веры в гонении. На вампирах это тоже работает. Проверено. – я усмехнулась. – Если их заставить верить, что способ жизни пропагандируемый Вольтури это хорошо и правильно, то они будут подчинятся законам не из-за страха смерти, а потому что так правильно. Не довольных будет меньше. Гораздо. Та вампирша можно сказать навязала новорождённому свои убеждения, что убивать хороших людей не хорошо. А убивать убийц благое дело. Было бы здорово, если бы все вампиры пили только негодяев. Верно? – Тогда полиции было бы нечем заниматься. – рассмеялся он. – Но да, я полностью согласен. Давай придумаем эти твои наручники. Правда не очень понимаю, как это поможет... – Ну смотри: если бы пару той вампирши, в связи с облегчающими обстоятельствами, а именно тем, что они законопослушные и помогают людям истребляя преступников не казнили, а приговорили к скажем пару годам лишения крови и держали бы в темнице, то потом бы они рассказали об этом всем, с кем общались, рано или поздно те начали бы пить только преступников чтобы в случае чего также иметь облегчающие обстоятельства. А может самые изобретательные придумали бы еще что-то чтобы помогать людям, а не охотится на них. – его скептический взгляд как будто говорил: «Ты правда в это веришь?» – Джейк, я тоже вампир. Ты забыл? – Ты просто еще помнишь, как быть человеком… – он встрепенулся. – я не имел ввиду.. – Ничего, я понимаю.. Бездушный монстр.. – Я так не думаю. Я в тебя верю. И как бы там ни было попытка не пытка. – беззаботно улыбнулся он. – Я так рад, что ты здесь.. Я думал.. – он опустил голову. – Прости, что не отвечала на звонки и не давала о себе знать. Я.. Мне было сложно после.. – Ничего, Белз. Сейчас все в порядке. Все будет хорошо. – он потрепал меня по голове. – Давай придумаем наручники, способные удержать вампира! – я рассмеялась. – Именно чтоб удерживали – невозможно. Вампиры слишком сильны. Но если наручники будут резать плоть при движении, плюс оковы на все части тела, включая шею, живот и суставы, то вампиры сами будут удерживаться. Так что в идеале нужно создать что-то типа зубов оборотня! Я оккупировала дом Каленов, где мы с Джеком устроили мастерскую. С ним было легко, как будто всего этого и не происходило. Но я не могла полностью наслаждаться этим временем – меня не покидали мысли об Аро и возвращении. И это мучительное чувство как больной зуб не давало покоя..