Рождены помогать

Дима входит в квартиру, сразу же ловя тишину. Свет нигде не горел, но темно не было, ведь вечернее солнце ещё немного освещало помещение. Он медленно идёт по коридору, осматривая их квартиру. Заглядывает в зал, но там пусто. Свет едва попадал на полки с фотографиями и разными штучками Сергей сидит в такси, смотря в свой телефон. Уже в пятый раз звонит Юле, но она не берет трубку. Машина останавливается около небольшого домика, позволяя увидеть Сереже то, как окно в кухне светилось. Матвиенко слегка кивает, и подходит ближе к дому. Позов медленно заходит в комнату, замечая на кровати девушку, что лежала спиной ко входу. Дима облегчённо вздыхает и делает ещё один шаг в сторону девушки. Смотрит в край, но не видит ни сумок, ни чемодана. Ничего. Она не собирала вещи. Сергей стучит в дверь, смотря через маленькое окошко рядом с дверью, как в коридоре включился свет. Звук повёрнутой защёлки срабатывает по ту сторону двери, позволяя Матвиенко понять, что дверь открылась. – А, человек, который вздумал не рассказывать своей девушке главную часть своей травмы, – обиженно проговоривает Юля, открывая дверь по шире, – Проходи. – Привет, – проговаривает осторожно парень, – И прости. – Просто "прости"? – возмущенно спрашивает девушка, – Сереж, ты сколько времени скрывал от меня, что у тебя начались осложнения. Когда я спрашивала тебя о том, когда ты выписываешься, ты ответил, что не знаешь, скажи, ты уже тогда знал, что останешься в больнице на долго? – Нет, врач мне сказал, что нужно будет сделать МРТ, я сам не знал, что все настолько серьезно. Пара прошла на кухню, ведь на данный момент у девушки на плите стояла готовящаяся еда. Юля оборачивается на шатена, скрещивая руки на груди. Слегка вздыхает, продолжая смотреть ровно на парня. Дима подходит к девушке и садиться на корточки рядом с ней. Катя молча смотрит куда-то вперёд, в пустоту, практически не реагируя на того, кто сейчас сидит перед ней. Позов мягко кладет свою руку на волосы девушки, поглаживая их. – Прости, – тихо проговаривает парень, но девушка его все равно слышит, – Я должен был сказать раньше, – Катя переводит взгляд на парня, слушая его, – Поверь, даже если бы ты уехала на другой континент, я бы поехал за тобой, – Добрачева слегка прищуривается, – Я от тебя не отстану. – Я знаю, – проговаривает девушка, слегка приставая на кровати, – Поэтому никуда не еду. Дима слегка вскидывает голову вниз, смотря на Катю исподлобья. "Правда?" – спрашивает Позов, слегка прищуриваясь. Девушка слегка улыбается, смотря на то, какой, в данный момент ее парень беззащитный. Его покусанные губы, которые он истерзал из-за страха потерять девушку. Его глаза, которые передавали сильное волнение и неприязнь к самому себе за ложь. Он был таким одновременно и милым, и грустным, и уютным. Сергей грустно смотрит на девушку, понимая, насколько сильно провинился перед ней. Еще вчера он говорил все это своего другу и Антону с Димой, а сегодня уже оказался во всем этом. Он томно сглатывает, понимая, что девушка еще обижена на него, но не знает, как перед ней извинится. Юля смотрит в его виноватые глаза и слегка вздыхает, выпуская всю свою обиду. Она быстро выключает уже готовую тушенную капусту и, убирая лопатку на специальную посудину, подходит к парню. – Перестань скрывать что-либо от меня, я же от тебя ничего не скрываю, – проговаривает Добрачева, смотря на парня сверху вниз, – Я знаю свою маму, ей тяжело отказывать, но еще раз повторяю, ты мой парень и должен сообщать мне, если моя мама собирается уехать, – Дима, не отводя взгляд, смотрит ровно на девушку, слушая каждое ее слово, – Понял? – Да. Коротко отвечает Позов, согласно кивая. Катя тоже слегка кивает и, кладя свою руку на щеку парня, наклоняется, извиняюще целуя его. – Ты невероятно сложный человек, Сереж. С тобой практически невозможно общаться, – проговаривает Топольницкая, вставая напротив парня, – Ты мало чего рассказываешь, не думаешь, что я переживаю о тебе? – Прости. Юля отрицательно мотает головой и слегка улыбается, целуя парня. Тут же получает от него ответ и углубляет поцелуй, кладя свою руку на шею.

***

Утро у всех начинается по разному. Антошка проснулся с утра пораньше с мыслью о том, что он может дышать самостоятельно. Рядом сидел отец, который увидев, что сын наконец-то очнулся, радостно заулыбался, выходя за врачом. Катя и Дима спокойно спали в своей кровати, игнорируя все сообщения, которые приходили на их телефоны, решаясь провести это утро вдвоём. Серёжа ночевал у Юли, потому тоже спокойно спал рядом с ней, вообще выключая звук на своём телефоне. Арс уже с утра пораньше поперся к своей матери, которая сказала прийти ещё вчера. Вчера Арсений был слишком занят ублажением не своей девушкой, что не смог навестить любимую маму. А вот Шастун уже с утра пораньше лежал под капельницей в реанимации, но все были заняты своими делами и не знали об этом...

***

Арсений заходит в квартиру, сразу уходя на кухню. Мама сидела там, неспокойно попивая чай. Увидев сына, женщина быстро кивнула и попросила сесть, уходя в гостиную за какими-то вещами. Попов делает себе чай и садиться на противоположное место от того, где пару минут назад сидела его мать. Пьёт горячий чай, даже не зная точную причину того, зачем его мама его позвала, но молчит, ожидая. – После прихода Антона к нам, я уехала на пару дней в деревню, чтобы поискать фотографии твоего отца, – проговаривает женщина, ставя перед сыном альбом, – Твой Антон слишком сильно напомнил мне Серёжу в молодости, посмотри. Арсений слегка хмурится, но открывает первую страницу альбома, сразу натыкаясь на молодого отца. Фотография чёрно-белая, но Попов уверен, что волосы у отца русые. Глаза, нос, губы. Всё такое знакомое, такое похожее... – Но как такое может быть? – Ровно двадцать лет назад твой отец уезжал в командировку на две недели. В одну из ночей он не выходил на связь, сколько бы я не звонила, – начинает женщина. Арсений видит, как его матери сложно всё это рассказывать, но ему нужно знать, – На утро он сразу мне позвонил. Извинялся, говорил, что проснулся с какой-то девушкой, ничего не помнит. Говорил, что выпили с друзьями, а дальше все как в тумане. – Он тебе изменил. – Да, – кивает Татьяна, роняя горячие слезы, – Я была сильно разочарована, плакала ночами, не знала что делать, хотела подавать на развод, но тебе было всего семь лет, – никогда Арсений не чувствовал столько ненависти к своему отцу, как сейчас, – Но я простила. Не сразу, но простила. Потом у него выявили опухоль в сердце, – и тут до Попова доходит ещё один маленький факт, – Как и у твоего Антона сейчас. – Эта болезнь наследственная, но Шаст говорил, что ни у кого из родителей не было такой болезни, – Арсений прикрывает глаза руками, глубоко выдыхая, – Но если мой отец тоже умер от опухоли в сердце, то ясно, почему у Антона тоже такая болезнь. Наследственная. – Арсюш, – тянет женщина, понимая, что её сын, кажется, не понял одного факта из всей этой истории, – Антон - твой брат.

***

Шастун теряет пульс через раз. Задыхается, дёргается, но его возвращают в умиротворенное состояние. Он самостоятельно пришёл в шесть утра в больницу и рухнул прямо около регистратуры. Павел Алексеевич сразу же узнал своего пациента и отправил его в реанимацию. Однако, вывести из отключившегося состояния они не могут уже битые три часа. Дима трубку не берёт, Арс тоже. Серёжа тоже, даже мама с бабушкой не берут. Ира тоже не берёт трубку. Паша уже позвонил по всем возможным номерам, которые есть в телефоне Антона, но никто не брал трубку. Увидев Попова, идущего по коридору в их кабинет, он тут же его останавливает, потянув за локоть. – Ты где был, падла? – шипит Павел, злобно смотря в глаза врача, – Твой Шастун в реанимации лежит в критическом состоянии. Уже битый час не можем его привести в чувство. – Какого чёрта? – Я у тебя узнать должен, это ведь твой пациент, – всё ещё злясь, проговаривает врач, – Как в шесть утра свалился в обморок, так и не открывал глаза ни разу. Уже третий раз капельницу сменили ему. – Дима где? – Трубку не берёт. Арсений забирает телефон Антона из рук Паши и убегает в реанимацию, сразу же подходя к койке, на которой лежал его пациент. Бледное лицо, тёмные мешки под глазами, кожа на руках вся исколота. Он не спал, но и не бодрствовал. Попов набирает Диму уже в пятый раз, но тот всё ещё не берёт. Набирает Катю, понимая, что нужно попробовать позвонить и ей тоже. – Алло, – тихий мужской сонный голос слышится на другой стороне, – Да, Антон? – Ты какого хуя трубку не берёшь? Вы все какого хуя трубку не берете? Сам злиться, хотя тоже не брал трубку. Позов слегка хмурится, понимая, что если через Антона звонит Арсений, так ещё и злой, значит что-то не так. – Что произошло? – Антон лежит в реанимации, три часа в сознание не приходит уже. – Сейчас приеду. Дима быстро сбрасывает, вставая с кровати и сразу подходит к шкафу, Катя, почувствовав слишком резкое движение около себя, тоже проснулась, смотря на слишком встревоженного парня. – Я с тобой. Девушка быстро встаёт и тоже одевается. Пока Катя собирается, Дима уходить чистить зубы. Спустя уже десять минут оба спускаются в лифте вниз. Добрачева ещё ни разу не спросила, что, собственно, произошло, но, по слишком встревоженном лице, кажется поняла, что дело в Антоне. Сергей уже сидел в больнице около реанимации, сложив локти на коленях и смотрел на маячущего из стороны в сторону друга. Парочка приходит довольно быстро. – Какого черта, Арс? – рычит Дима, опуская руку девушку и в один шаг сокращая расстояние между собой и коллегой, – Блять, какого хуя с ним произошло? – Я то откуда знаю, мне только сейчас Павел Алексеевич всё рассказал. – Ты в курсе, Арс, – начинает Сергей, – Что вся вина на тебе сейчас, – Попов хмуро смотрит на своего друга, ожидая от него другие слова, – Вчера он пошёл к тебе, а в итоге оказался здесь. – Блять, я то откуда знаю, я прогнал его. – Что ты, блять, сделал? – Дима злобно хватает врача за воротник халата, притягивая к себе, – Повтори, блять. Матвиенко встаёт со своего места и успокаивающе кладет свои руки на плечи Позова, оттягивая его от друга. Катя переплетает свои пальцы с пальцами парня, шепча какие-то успокаивающие слова. – Он за помощью к тебе пришёл. Ему не было плохо, ему было нормально, но пошёл он к тебе, – рычит Дима, держась на расстоянии от Попова, – В палате были мы с Катей, был Серёжа, но он, блять, пошёл к тебе, сука, – Позов отворачивается, опуская руку девушки и прикрывая свои глаза. Вдыхает и тут же выдыхает, пытаясь успокоиться, – Антон не из тех людей, которые кому-то доверяют. Тем более не из тех людей, которые у кого-то просят помощи. Но ты молодец, правильно поступил, послав его нахуй. Умница. Арсений прикрывает глаза, отворачиваясь к двери. Слишком много потрясений для одного дня. Из реанимации выходит Павел Алексеевич с планшетом в руках и поднимает взгляд на всех четверых друзей. Слегка хмыкает. – Наконец-то, а то как тортики есть, они вместе, а как друг в реанимации, так никто трубку не берёт, – друзья виновато опускают головы слушая нотацию от старшего, во всех смыслах, человека, – Его сердце не выдержало несколько сильных эмоций за раз, адреналин в его крови кипит до сих пор, от этого опухоль начала расти с большей скоростью, – Дима прикрывает глаза рукой, отворачиваясь. Серёжа внимательно слушал врача, а Арсений единственный, который знал, что следует дальше, – Ему срочно нужна операция. – Сколько по цене выходит? – Полмиллиона. Павел Алексеевич оставляет Арсению планшет со всеми данными и уходит. Вокруг сплошная тишина, никто не знал, что и сказать. Это не маленькая сумма, но операция нужна срочно. Дима вопросительно смотрит на Катю, тут же получая от неё кивок. – Мы ещё успеем, – улыбается девушка, кладя руку на плечо парня, – Сейчас нужно спасать Антона. Дима благодарно кивает, разворачиваясь к парням. – Мы вносим двести пятьдесят тысяч, – проговаривает Позов, заставляя удивленных Сергея и Арсения посмотреть на себя, – Мы с Катей. – Откуда у вас такие деньги? – Копили на отдых. Спокойно отвечает девушка, грустно улыбаясь. Дима достаёт карту из бумажника и отдаёт девушке, прося снять всю сумму, которая там есть. Катя, пообещав, что будет осторожна, кивает и уходит. Половина нужно суммы есть, но нужна ещё половину. Сергей берёт свой телефон в руки и заходит в банк-онлайн, проверяя какая сумма есть у него. – Я смогу внести только пятьдесят. – Не только, Серёж, – отрицательно мотает головой Дима, – Целых пятьдесят тысяч. Это не маленькие деньги. Серёжа слабо улыбается и уходит следом за Катей, чтобы снять деньги с карты. Арсений молча стоит, не зная, что сказать или сделать. Виновато смотрит на Диму и уходит в свой кабинет, оставляя Позова одного. Парень садиться на скамейку и прикрывает глаза, сдерживаясь, чтобы не расплакаться. За этой дверью лежал его полумертвый друг. Один неверный шаг и Антона больше не станет. Он больше не будет никого бесит своим поведением. Не будет веселить или доводить до состояния увольнения. Его просто не будет. И от этой мысли становиться невыносимо больно. – Я тут подслушал, я не специально, правда, – проговаривает Соколов старший, – Я хочу помочь. – У вас есть сын, он только же после операции и вы нужны ему, – грустно улыбается Позов, – Мы справимся, а вы нужны сыну. – Антон помог мне и я хочу помочь ему, – приговаривает мужчина, – Я не смогу внести семьдесят пять, конечно, но сорок тысяч у меня есть. – Не нужно, честно. Дима отрицательно мотает головой, но Соколов слегка улыбается, берёт руку Позова в свою и вкладывает в неё белый конверт, в которой лежала названная сумма. Дима даже слова сказать не успел, ведь отец Антошки уже убежал, оставляя удивленного Позова одного. Серёжа и Катя пришли довольно быстро. Парень и девушка быстро протягивают другу и парню деньги, позволяя тому убрать всё в конверт. – Здесь триста сорок тысяч, – проговаривает Позов, показывая конверт Матвиенко и Домрачевой, – Где взять еще сто шестьдесят даже не представляю. – Откуда еще сорок? – спрашивает Матвиенко, слегка кивая в сторону конверта. – Отец Антошки дал, сказал, что раз Антон ему помог, то и он хочет поступить так же. Катя слегка кивает, усаживаясь рядом. И снова тишина. Все молча сидели в коридоре, не зная, что делать дальше. Максимально возможную сумму они уже собрали, а что делать дальше, никто не знал. Дима сидит на скамейке, держа в руках толстый конверт с деньгами и прокручивая его в руках, Катя сидела рядом, опустив голову на его плечо, и поглаживала его по спине. Сергей сидел на другой скамейки, опираясь локтями на ноги и прикрывая глаза. Неожиданно на руки Позова опускается еще один конверт, чуть тоньше, чем тот, что в его руке, но всё же. – Там сто. Поясняет Попов, усаживаясь рядом с Сергеем. Дима на секунду останавливает взгляд на коллеге, мысленно благодаря его. – Чувствую себя нищебродом рядом с вами, – фыркает Сергей, – Откуда такие деньги? – Серый, Катя - занимается рекламой, я - стоматолог, а Арс - онколог, в придачу ещё и без девушки, – слегка улыбается Позов, – А Соколов батрачил круглые сутки, чтобы накопить на лечение сыну. – А отец Антошки тут причём? – Он внёс сорок тысяч. – Сколько ещё нужно? – спрашивает Попов, смотря на Диму. – Шестьдесят, – Позов на секунду останавливается, – Антон. – Что Антон? Спрашивает Сергей, но его вопрос игнорируется. Дима встаёт со своего места и берёт телефон у Попова, который совсем забыл об этом. Заходит в онлайн банк, чтобы посмотреть, сколько у него осталось, после так называемой благотворительности и улыбается. Показывает телефон Попову и Матвиенко. – Да блять, даже у девятнадцатилетнего подростка почти сто пятьдесят на карте, – наигранно обижается Серёжа, заставляя друзей засмеяться, – Откуда у него вообще такие деньги? – Он много работает, больше, чем мы все вместе взятые и не тратит свои деньги. – Какой-то сломанный подросток. Сломанный. Дима отдаёт оба конверта Арсению, прося унести их Павлу Алексеевичу, а сам уходит снимать деньги с карты. Около реанимации остался только Серёжа, на всякий случай. Чтобы, если с Антоном что-то произойдёт, кто-то смог предупредить остальных. Арсений снова заходит в кабинет к главврачу, кладя на его стол два конверта с суммой в четыреста сорок тысяч. – Извини, малыш, у меня жена, я не смогу с тобой переспать, – проговаривает Павел, смотря на конверты, – Даже за сто тысяч. – Там четыреста сорок. – Сколько? – Павел Алексеевич удивлённо открывает оба конверта, поднимая вопросительный взгляд на своего врача, – Вы когда успели, блин? – У Антона много друзей, которые его любят, – проговаривает Арсений, – Даже если он так не считает. – Вы собрали девяносто процентов суммы за полчаса, вы как вообще, норм? – Дима пошёл снимать ещё шестьдесят, так что, мы собрали сто процентов суммы, – отвечает Попов, усаживаясь за стол, – Ему срочно нужна операция. Сегодня, Павел Алексеевич. Неожиданное сообщение на телефон Попова заставило его просто подскочить на месте и выбежать из кабинета. Антон очнулся....