Повесть о заканчивающемся времени

      Вы знаете правдивую историю о том, как жители погоста Мокрый Остров не захотели причаститься в Великий пост и договорились с попом Корнелием Осиповым, дьячком Никитой Михеевым и пономарем Еремой Макеевым, чтобы они покрыли свою паству за некоторую плату. Их попросили поклясться перед иконой, чтобы они ненароком не рассказали никому. Важным пунктом в договоре было условие, в котором говорилось : «Только бы-де в церкви прежняго попа Дементия попадьи не было, и сказать, бутто причастие все принимали».       Но в Великий пост в храм вместе с крестьянам зашла и попадья, и тогда половина причастилась по никонианскому обряду, потому что побоялись, что попадья их сдаст, а половина так и не причастилась. После этого пономарь поехал к властям Иверского монастыря и рассказал им обо всем. Когда же крестьян вызвали, чтобы они сказали правду, многие исповедались тогда и причастились. Большинство, но всё же не все. Почему же люди, которые так боялись Бога и ждали Страшного суда в скором времени, не захотели покаяться? Я расскажу вам о предании, которое передаётся в нашей семье уже многие годы. И, говорят, эта история была рассказана своим детям крестьянином, которому во времена попа Корнелия было 5 лет, и жил он в погосте Мокрый Остров, а правда это или нет, решайте сами… - Батюшка, батюшка, - я настойчиво, но тихо привлекал внимание своего отца к себе, мы стояли в церкви и ждали местного попа, когда я увидел вдову нашего прошлого священника. Не так давно я слышал, как отец разговаривал с кем-то из соседей и они говорили о том, что её тут не должно было быть. - Чего тебе? – наконец откликнулся отец. - Смотри, там стоит бабушка Авдотья. - Да не может такого быть, ты опять себе что-то наприд… - отец резко замолчал и уставился туда, где стояла попадья. - Чёрт, – он сказал это слишком громко, кто-то обернулся на него, а потом, проследив за взглядом отца, прошептал: - Она тут, она пришла – и тут же этот шёпот наполнил всю церковь. Но вот подошло время причастия, и половина людей вместе с моим отцом встала и начала выходить - Папа, почему мы уходим? - Потому что дальше они начинают дьявольский обряд - А почему? - Потому что патриарх - это Антихрист, который затуманил разум нашего царя и поэтому царь принял эти дьявольские обряды. - А почему там осталась половина деревни? - Так, все, перестань мне морочить голову, - сказал отец и пошёл быстрее, но я был слишком любопытен от природы, за что мне не раз попадало.       Поэтому я каждый раз, когда ходил за водой, заглядывал к соседям, которые тогда остались в церкви и спрашивал, почему они так сделали. Первым был кузнец Авдокимко. У нас состоялся такой разговор: - Здравствуйте, а почему Вы остались тогда в храме, папа сказал, что священник подчиняется Антихристу. - выпалил я. - Привет, Егорка. Ты как всегда суешь нос куда ни попадя, да? Ну что ж, если очень хочешь знать, то я боялся, что попадья расскажет про то, что мы не приняли причастие и за этим последует страшное наказание. А я ещё не все свои грехи отмолил, да и тогда я просил Бога простить меня за то, что остался в храме. - Но почему попадья нас может сдать? Она тоже слушает Антихриста? - Ну, понимаешь ли, она тоже может бояться наказания. Ну что? Я удовлетворил твоё любопытство? Давай, давай, а то тебя, наверное, дома заждались, да и мне работать пора. - Спасибо, до свидания. Все, к кому я ходил, потом говорили примерно то же самое. Но я задумался, почему же тогда другая половина не осталась в церкви? Они не боятся наказания или верят в то, что вдова священника ничего не расскажет? И вот поэтому я решил поспрашивать других жителей нашего погоста.       Я пришёл к Богдану, чтобы узнать у него, почему он ушёл. И вот, что он мне сказал : «Я ушёл тогда потому, что у меня и так много грехов, а так ещё один отмаливать. Я лучше дома сам помолюсь, авось Бог и простит меня. А если и не простит, то хотя бы буду знать, что не склонил голову перед Антихристом».       Потом я сходил к соседу нашему Вадиму, и он мне сказал, что ушёл, потому что побоялся кары Господней. А затем я решил навестить попадью и нового священника, чтобы спросить, что они считают правильным и на кого должна снизойти кара. Попадья сказала : «Мой муж хотел бы этого и я выполняю его последнюю волю. Возможно, Бог решит, что я делала это из-за любви к мужу и простит меня» А священник сказал следующее : «Бог гневается на тех, кто совершает грехи. Но фактически люди молятся одному и тому же Богу и католики, и православные, и протестанты. Так не за что Ему обрекать людей на вечные муки, если они причащаются во имя Его».       Однажды к нам пришёл наш сосед и рассказал, что священник нарушил свою клятву, которую он давал перед иконой, и рассказал, что тот брал деньги с крестьян, разрешая им не причащаться. Священник покаялся и его простили, но крестьянам-старообрядцам пообещали страшное наказание, если они не сознаются, не покаются и не перейдут в Никонианство. И вот, когда приехал главный архиерей, большинство покаялись, но мой отец и ещё несколько крестьян – нет. Они сказали, что их оклеветали и они не собираются признаваться в том, чего не совершали. Архиерей решил, что раз их вину не доказать, а он не хочет пачкать руки в чужой кровью, принять их слова за правду.       Тогда же я ввиду своего детского ума решил, что отец прав и буду делать и считать как он. Однако дальнейшие события заставили пересмотреть меня свои взгляды.

***

      Как-то раз, когда мне было около четырнадцати лет, мы с отцом поехали на ярмарку в соседний город. К несчастью, там батюшка чем-то заболел и в скором времени скончался, впрочем перед этим он сказал мне вот что : «Сын мой, я умираю, но должен сообщить тебе кое-что до того, как предстану перед Богом и Петром. Тогда, семь лет назад, на самом деле я ушёл из храма не потому, что считал тот обряд высшим грехом, а потому, что совершал раньше много страшных грехов и понимал, что ни за что не отмолю их все и лучше останусь при своей вере до самого конца. Прости меня,- в этот момент он закашлялся, и я понял с каким трудом даётся ему каждое слово, - за то, что из-за моих грехов я поставил под удар ещё и тебя…». Тут его голос ослаб, и я не услышал продолжения. Вскоре после кончины отца я тоже заболел. Я находился на грани жизни и смерти, я был в двух мирах и не был нигде одновременно. В какой-то момент я увидел апостола Петра, который в руках своих держал ключи. Наконец он увидел меня, сказал : - Здравствуй, Егорка. Не пришло ещё твоё время, недостаточно ты прожил на свете, чтобы я знал, куда отправить тебя. Поживи ещё десять лет, и потом я заберу тебя обратно. А пока старайся жить праведно и почитай Господа нашего Бога. - Я бы хотел, чтобы Вы оберегали моих родственников после моей смерти, если можно, пожалуйста. - Я согласен на это условие. - сказал он и уже развернулся, чтобы уйти. В этот момент его ярко-синий хитон зашелестел. Он был похож на небо в ясный день, а гиматий, который был поверх него - на солнце, которое освещает весь наш мир и даёт тепло. - Можно ли мне ещё задать Вам один вопрос? – спросил я робко, но надеясь, что он разрешит мне спросить - Чего у тебя не отнять - так это любопытства. Ну задавай. - Какая вера всё-таки правильная? В какую церковь мне ходить? - Господу всё равно как ты крестишься, главное чтобы соблюдал Его заповеди да не совершал грехов. - Спасибо Вам. До свидания. - До встречи. И помни, у тебя есть десять лет, чтобы пожить по всем заветам Бога и отмолить все свои грехи. Но знай, ты не должен рассказывать о том, что мы встречались и о том, что я тебе сказал.       Как только он сказал это, я открыл глаза и увидел свою матушку с сестрицей, стоящих возле моей постели, и священника. Они сразу же бросились меня обнимать, а священник, закрыв Библию, вышел из комнаты. - Мы уже думали, что ты не очнешься, но соседи посоветовали позвать священника, чтобы он помолился за тебя. Ты спал несколько дней! Ах, как же хорошо, что ты не умер - затараторила сестрица. А мать в это время рыдала, обнимая меня.       Через несколько дней от моей болезни не осталось и следа. Я начал помогать матери в поле, стал главой семейства. Женился. Выдал сестру замуж. К слову, женились и мы, и они в никонианской церкви, по никонианскому обряду, а не как все думали – по-старому. Ведь я помнил слова апостола о том, что Богу все равно, по какому обряду мы венчаемся.       Я старался жить праведно, не совершать грехов, как и советовал апостол Пётр. У меня родилось пятеро прекрасных деток: четыре сыночка и красавица-дочка.       Но вот как-то ночью мне явился апостол Пётр и сказал, что у меня осталась неделя до того, как он заберёт меня. Также он сказал, что теперь я могу рассказать о том, что он мне явился и делать всё, что захочу, потому что эта неделя не будет учитываться при подсчёте моих грехов.       Когда я проснулся, сразу же решил поговорить с женой. Также мы позвали старшего сына, чтобы сказать и ему об этом. Я рассказал им о том, что десять лет назад, когда я был при смерти, мне явился апостол Пётр, ещё я рассказал им о нашем диалоге и уговоре, если его можно так назвать. Я сообщил им, что мне осталась неделя в мире живых. В конце этого разговора моя жена заплакала, а сын отвернулся, стараясь спрятать слезы. Также я рассказал сыну о своём отце и временах, когда я был маленьким. Он сказал, что запишет эту историю и расскажет её своим детям, а когда будет умирать, скажет, чтобы они рассказали её своим детям. В этот момент на моих глазах навернулись слёзы. Всю неделю я старался провести с близкими как можно больше времени и не совершал никаких грехов. Ну, по крайней мере, очень старался, даже зная, что это ни на что не повлияет: я хотел, чтобы дети запомнили меня добрым и праведным. Но вот время начало поджимать, неделя, отведенная мне, закончилась и я приготовился отойти в мир иной. Я почувствовал то же, что и в момент той страшной болезни, которая забрала моего батюшку. Моё тело бросал то в жар, то в холод. Мне было трудно дышать, я почти всё время задыхался. И вот я опять оказался перед апостолом Петром. Он мне сказал : - Я не могу забрать тебя в Рай. Господь решил, что ты должен остаться с семьёй и нести людям посвящение. Ты должен рассказать им, что они не должны убивать друг друга из-за веры. Ты должен убедить в этом хотя бы свой погост. А теперь отправляйся обратно, я буду присматривать за твоим родом.       Так сказал он, и я снова перенёсся в свой дом, рассказал об этом жене и сыну. Они очень обрадовались.       До конца своей жизни я ездил по разным деревням на ярмарки и там проповедовал то, что сказал мне апостол. Кто-то верил мне, кто-то нет. Везде люди принимали меня по разному, но всегда были те, кто верил мне. Кто-то верил моей истории, кто-то отчаялся перед скорой кончиной, и моя история вдохновляла его. Но вот, что я понял и запомнил на всю жизнь : лучше делать добро вне зависимости от своего возраста. Всем нам отведено сколько-то времени в этом мире, и никто не может сказать сколько именно. И лучше, чтобы после тебя осталась хорошая память, чем плохая.       Такова история моего предка, а верить в неё или нет - это Ваш выбор, дорогой читатель.