Глава 8
6 сентября 2021 г., 17:14
Мягкое и ритмичное покачивание вагонов, пасторальный пейзаж за окном и сонное сопение соседей по купе убаюкивали пассажиров Хогвартс-экспресса.
Просидев без движения три часа, Поттер решил размяться. От долгого неподвижного сидения затекли ноги и заболела спина. Он поднялся с лавки, сделал несколько наклонных движений и вытянувшись во весь рост, сильно потянулся, выгнув спину, придерживая её руками за поясницу, от этого тело хрустнуло в суставах, снимая напряжение. Закинув на плечо свою сумку, Гарри перешагнул через вытянутые ноги, уронившего голову на грудь и сладко всхрапывающего Рона.
— Гарри, ты куда? — спросила Грейнджер, которая не спала, как все в купе, а читала книгу.
— Поссать, — грубо и коротко ответил Поттер и наклонившись близко к её лицу, проникновенно произнёс, — Или ты мне не веришь?
— Хорошо, — ничуть не смутившись, девушка кивнула, — Рон пойдёт с тобой. — безапелляционно заявила она, толкнув парня локтём в плечо, — Рон, проснись же ты. Проводи Гарри в туалет.
— Эй, ты чего? Больно же! — возмутился тот, приоткрывая один глаз.
— Эй! Подруга! Ты ничего не попутала? Поверь, я уже большой мальчик и сам могу удержать свой пенис и даже не промахнуться струёй мимо унитаза!
— Дело не в этом, — покраснев, проговорила Грейнджер, — просто ты можешь встретить кого-нибудь в коридоре.
— И что? — перебираясь на освободившееся место и блаженно растягиваясь всем телом, пробурчал Рон, — Кого он может встретить? С дементорами Гарри разбирается на раз-два. Блэка оправдали по всем статьям. А Тот-кого-нельзя-назвать бродит где-то бедный, голодный и бестелесный.
— Малфоя, например, — упрямо сжав губы, не уступала Гермиона.
— И с какой стати я должен переживать за этого слизня? — равнодушно пожал плечами Рон, переворачиваясь лицом к стене, буркнул рыжий и наигранно захрапел.
— Я пойду с Гарри, — поднялась Джинни и встала прямо перед ним, потянулась от кончиков пальцев на ногах до кистей рук, которые она подняла над головой — её кофта задралась, обнажая полоску тела. Лёгкое недоумение мелькнуло на лице Поттера, но тут же приняло равнодушный вид. Рон, не поворачиваясь, громко хрюкнул, а Гермиона с укором во взгляде уставилась на младшую подругу.
— Что? — лицо и шея Джинни покрылись розовыми мазками от смущения. — Я может тоже в туалет хочу?
— Ладно, — обречённо вздохнула Гермиона, с неохотой отложив на стол книгу, — я пойду с вами, — заявила она безапелляционно.
Гарри выразительно закатил глаза и громко хмыкнул. Пока Джинни препиралась с Гермионой, он вышел из купе и достал из сумки мантию-невидимку.
Пройдя до конца поезда и никого не встретив по пути, Поттер вышел на открытую площадку последнего вагона. Сняв мантию, он уселся на металлическую платформу и просунул наружу ноги через решётку ограждения.
Запах железной дороги, витавший над раскалёнными рельсами и россыпями пробивающихся через гравий трав, приятно и многообещающе будоражил воображение. Он насыщал душу самыми разнообразными надеждами — и не призрачными, а такими же зримыми и основательными, как убегающие вдаль рельсы. Гарри с удовольствием дышал полной грудью и ощущал себя на пороге великих перемен.
***
Снейп так и не раскололся, что же связывает его с Блэком. — Это не ваше дело, Поттер, — выплюнул он, когда Гарри открыто спросил его об этом, — Но, если вы ответите на все, Поттер, именно на ВСЕ вопросы, может я и приоткрою для вас секрет. Гарри развернул рулон пергамента. Сорок вопросов! — Сэр, но здесь на двадцать вопросов больше, чем было изначально! — возмутился гриффиндорец. — Правда? — почти искренне удивился Снейп, заглядывая в опросник. — Действительно, на двадцать вопросов больше. Но не я составляю тесты, у меня на это просто не хватило бы времени. Что ж, Поттер, придётся вам ответить на всё. — Не вы? А кто? — Поттер, чем больше вы тянете, тем меньше у вас возможности хоть что-то узнать. — непререкаемым тоном проговорил Снейп, — Работайте, Поттер, и не мешайте мне проверять работы таких же безмозглых тупиц. — Да у вас все безмозглые тупицы, — обиженно буркнул себе под нос Поттер, — один Малфой ходит у вас в любимчиках. — Да будет вам известно, Поттер, любимчик у меня лишь один. Я им любуюсь в зеркале два раза в сутки, — усаживаясь за преподавательскую кафедру, профессор, насмешливо прищурив глаза, посмотрел на ученика. — Себя, что ли, имеете в виду? — Что ж, Поттер, иногда и у вас появляются правильные мысли. Работайте и не тяните время понапрасну. Два часа! ДВА ЧАСА! Гарри пыхтел над опросником. ДВА ЧАСА! Снейп сверлил его уничижительными взглядами. Поттер ответил всего на половину и то, после проверки, половина ответов этой половины были неверными или «не полностью раскрытыми». — Ну и ладно, — проворчал Гарри, когда Снейп с явным удовлетворением поставил на его опроснике «ТРОЛЛЬ» красными чернилами, — Я у Сириуса спрошу. — Через неделю будет повторный опрос. Вопросы те же. Надеюсь, вы успеете подготовиться, мистер Поттер. — с самодовольной ухмылкой сказал Снейп. Через неделю Гарри получил по контрольной о совместимости ингредиентов «Выше ожидаемого», хотя ответил на все вопросы и даже на некоторые в развёрнутой форме. А вот ответа на свой вопрос, что связывает Снейпа с Блэком, так и не получил. — Вы всё узнаете в своё время, Поттер, если не будете совать свой нос, куда вас не просят. В тот день, когда Гарри подслушал разговор своих «друзей», к нему после уроков подошла Грейнджер и попросила прощения за то что сорвалась на него. — Но ведь на то и нужны друзья, чтобы говорить правду. Так ведь, Гарри? — Да, конечно. Вот только я не понимаю, почему ты считаешь правдой то, что сказала? — Потому что это и есть правда, Гарри. Ты иногда выдумываешь такие вещи, что просто не могут происходить в реальности. И делаешь это для того, чтобы обратить на себя внимание. Мы тебя понимаем, а другие, такие как Малфой, могут посмеятся и обидеть тебя. Гарри тогда понял, что пытаться доказать ей, что она не права, пустая трата времени, да и времени не было, и просто кивнул — этот кивок Грейнджер приняла за примирение — и побежал на тренировку. На следующий день должна состояться последняя игра в квиддич в этом учебном году, между факультетами Гриффиндор — Слизерин. А Вуд — капитан команды и вратарь по-совместительству, попал в Больничное крыло с переломом обеих рук. И навряд ли к завтрашнему будет готов к игре. Тем более вратарём. На ворота поставили третьекурсника Рона Уизли, а это было опасно и грозило проигрышем и потерей Кубка школы. Снитч поймал Поттер на сороковой минуте игры, но Гриффиндор проиграл со счётом 350 -200. Кубок школы ушёл на факультет Слизерин. Рон Уизли заслужил бурные аплодисменты слизеринцев — он не взял ни одного мяча — а Снейп даже добавил двадцать баллов Гриффиндору.***
Услышав лязг металлической двери, Гарри резко обернулся. — Малфой?! — Поттер?! — А тебе что здесь надо, Малфой? — раздражённо рявкнул гриффиндорец. — Наверное, тоже самое, что и тебе, Поттер, — так же раздражённо ответил слизеринец. Гарри поднялся на ноги и мрачно впился взглядом в лицо Малфоя. — Что, Поттер? Тошно стало сидеть рядом с нищебродами и грязнокровкой? — брезгливо скривив губы, блондин кивнул в сторону вагона. — Кстати, они там тебя ищут по всем вагонам, — насмешливо сказал он. Гарри небрежно дёрнул плечом и ничего не ответив, снова сел, как и ранее, просунув ноги между железными прутьями. Малфой встал рядом, опершись ладонями об ограждение. — Расстроился? — вдруг спокойным голосом спросил он. — Ты о чём? — О проигрыше в квиддич. О потере Кубка? — Я, Малфой, не проиграл. Я поймал снитч. Это не мой проигрыш, так что мне фиолетово и плевать на Кубок и на баллы. Это просто игра. Я люблю летать. А если при этом ещё и преследуется какая-то цель, то это ещё интереснее. У меня есть и другие проблемы, по которым я могу расстраиваться. — Ты имеешь в виду Сириуса Блэка? — Гарри кивнул. — Так в чём проблема? Его же оправдали по всем статьям. — Оправдать-то оправдали, да только мне с этого что? Сириус Блэк мой крёстный. Магический крёстный. А ему не дают опеку надо мной. Целители в Мунго поставили ему диагноз — недееспособный, неадекватный, почти сумасшедший. Двенадцать лет Азкабана и год в бегах в виде… А, неважно. Ему сейчас самому опекуна ищут. А мне обратно к Дурслям, — с досадой произнёс Гарри. — Расскажи мне, Малфой, вот как ты проводишь каникулы? Драко присел на корточки и вопросительно посмотрел на Поттера. — В смысле — как? — непонимающе спросил он. — Ну чего, в смысле? Чем ты занимаешься на каникулах? Мне правда это интересно. — Как и все, — пожал плечами Малфой, — Первую неделю отсыпаюсь. Потом отправляемся во Францию. Там живёт моя бабушка по отцу. Кузены и кузины, тётушки и дядюшки. Гуляем по Парижу. Ну и всё такое. Потом возвращаемся домой и у меня начинаются занятия. — Занятия? И чем ты занимаешься? — заинтересовано спросил Гарри. — Всем, чему не учат в Хогвартсе. Я же будущий глава рода. Возможно даже стану лордом. Буду работать в министерстве. Чтобы сделать хорошую карьеру и занять верхнюю нишу в политике, надо много знать. — А что ты учишь? — Я же сказал, всё, что не преподают в Хогвартсе. Иностранные языки. Я сейчас уже могу бегло говорить на французском, понимаю итальянский. Вот с русским и немецким у меня пока проблемы. Практики не хватает. Изучаю магическую географию, историю Магии, да не ту, что нам преподносит Бинс. Углубленно изучаю зельеварение — мне это просто нравится, ритуалистику — мне же придется проводить семейные обряды и ритуалы. А также артефакторику — каждый глава семьи и рода должен уметь создать защитный артефакт для членов своей семьи. А помимо всего этого — танцы, дуэлинг, фехтование, езда на лошадях. Зачастую и каникул не хватает. — М-да. Насыщенные у тебя каникулы. Но ты об этом как-то скучно рассказываешь. — Потому что это скучно, Поттер. Мне скучно. — Что? И с друзьями не встречаетесь? — С друзьями? Почему не встречаемся? Встречаемся на приёмах, банкетах, семейных и магических праздниках. Только друзей, Поттер, у нас нет. Есть полезные и выгодные для семьи знакомые, вассалы. Друзья могут предать. А вассалы находятся под клятвой. — Крэбб и Гойл твои вассалы? — Да. И не только они. — Я слышал, что когда исполняется четырнадцать лет, волшебник должен пройти инициацию. — Мне это не надо. Я единственный и уже принятый магией предков наследник Рода Малфой. Инициацию проводят в тех семьях, где есть выбор наследников. Ведь не обязательно перворождённый может стать главой рода. Кого предки посчитают достойным, тот и становится Старшим, даже если он младше своих братьев. — А я? Я ведь тоже единственный наследник Поттеров. Мне тоже не надо проходить инициацию? Малфой повернулся лицом к Поттеру и пристально посмотрел на него. — Ты живёшь в Поттер Кастле? — Нет. — Ты был представлен предкам? — Нет. — Нет. Вот именно, что нет, — раздражённо рыкнул слизеринец. — Связался с предателями крови и грязнокровкой и ничего не знаешь. Я предлагал тебе дружбу, а ты отказался. А ведь я по-настоящему хотел дружить с тобой, — с обидой проговорил Малфой. — Нет, Драко, — горько усмехнулся Поттер, — Никто из вас не хотел дружить со мной. Вы все хотели дружить с мальчиком-который-выжил. С тем маленьким героем, о котором вам рассказывали родители, когда укладывали вас спать. С тем, о ком вы читали в книжках. Вы играли куклами с моим изображением. Вот только возникает вопрос, откуда и кто знал, как я выгляжу, если я впервые увидел волшебников, когда мне было одиннадцать лет? Никто из вас не думал о живом мальчике, вы мечтали стать другом тому, кого сами придумали. — А сейчас? Я знаю тебя уже три года. И я не передумал… — тихо проговорил Драко. Парни какое-то время смотрели друг на друга и одновременно вздрогнули. Громко лязгнула дверь. На площадку выбежали Рон и Гермиона. — Гарри! Ты совсем сошёл с ума? — закричала Грейнджер, возмущённо взмахнув руками. — Мы тебя обыскались по всему поезду. — Гарри, что ты делаешь здесь с этим слизняком? — грозно насупя рыжие брови, воскликнул Уизли. — Разговариваю с другом, — ответил Поттер и поднялся на ноги, — пойдём в купе, Драко. А то нам не дадут спокойно поговорить. А мне столько у тебя узнать надо. Гарри прошёл мимо оболдевших «друзей», а Драко задел плечом Рона и расплывшись в злорадной улыбке, пошёл вслед за Поттером.
