Чёрная лилия

      Дорога от города до Парвуда казалась вечностью. И из-за этого ощущения в груди что-то щемило, будто предупреждая об опасности в деревне. Эйра приехала утром, когда у деревенских уже во всю должен процветать рабочий день. Однако, на улице и даже у домов никого.       Не обратив на это внимание, охотница соскочила с лошади и, оставив ту просто так на улице, стрелой помчалась внутрь дома старосты. Кая в их комнате не было, а Юргена она нашла, спящим за кухонным столом. Наплевав на приличия, Эйра крикнула ему:       — Юрген! Где Кай?! Мне срочно надо с ним поговорить!!!       Староста не отозвался.       — Юрген?       Девушка подошла и хотела было его потрясти, разбудить, но, едва прикоснувшись, отдёрнула руку.       Холодный.       Сердце бешено стучало.       Юрген тоже оказался жертвой проклятья?       Опасения подтвердились, стоило девушке повернуть голову теперь уже трупа деревенского старосты.       Глаз нет, они покрыты множеством маленьких цветков, ровно как и обескровленные губы мужчины.       Развернувшись на пятках, Эйра помчалась к соседнему дому, спросить там, что случилось и где её напарник. Одинокая хижина не внушала надежды, но охотница отправилась туда.       Дом друида. Это стало понятно, едва она приоткрыла дверь — с потолка свисали пучки сушёных трав, на полках стояли банки с грибами.       — Есть здесь кто?!       Тишина.       И снова эта вонь.       Эйра по запаху определила, что и этого мужчину не обошло стороной проклятье. И она оказалась права. Старый друид умер во сне, густо поросший чёрными цветами. Из-под бледной кожи виднелись тонкие нити корней.       Сдержав желание сплюнуть на пол от злости и досады, охотница на монстров быстрым шагом направилась к другому дому.       В следующем жила Фрэйя. Она сидела на крыльце, в кресле. Её голову также украшали лилии. Это было бы действительно красиво, если бы девушка была жива и её лицо не покрылось бы коркой засохшей крови.       Следующий дом. Ещё один. Ещё. И ещё.       Абсолютно все жители деревни, что были живы, теперь подверглись проклятию.       Кая нигде не было.       — М-мама-а-а! — Маленькая девочка сидела на полу возле остывшего трупа молодой женщины и плакала. — Мама! Мама!!! Мамочка, вставай! Вставай, пожалуйста!       Эйра подошла к малышке и неуверенно присела рядом с ней:       — Что случилось с твоей мамой?..       — Не... Не знаю! Она... Она ругалась, что я плохо кушаю, а потом... Потом... Упала... — Девочка ещё сильнее зашлась громким плачем.       Растерявшись, Эйра не знала, что ещё предпринять и попыталась обнять её за плечи. К её облегчению, девочка не сопротивлялась, наоборот — прижалась к ней и обняла за шею, рыдая уже туда.       — Тише... Тише... Я... — Слова застревали в горле. Марген и сама ревела не меньше, когда потеряла своих родителей и сестру. — Я позабочусь о тебе. Обещаю.       Она ещё сильнее прижала малышку к себе, не до конца понимая смысл только что сказанных слов.