114 дней

«Всё, я устала. Мы завтра идём гулять в 14:00. Встречаемся около школы. Жду» Ася Орлова отбросила телефон на кровать, и плюхнулась на мягкий матрас. Каштановые волосы мягко посыпались по одеялу, а карие глаза быстро бегали по потолку. Он не отвечал ей несколько недель. Школа закончилась, и девушка винила себя в том, что влюбилась под конец года. Осознание того, что он может не прийти и они не увидятся ближайшие три месяца больно жгли сердце. Слёзы начали наворачиваться на глаза сами собой. Разум шептал Орловой о том, что он знает только то, что они учатся в одной школе. Он ведь абсолютно о ней не задумывается. Он. Сердце же говорило об обратном. Ты сможешь, вы будете общаться, он не проигнорирует. Он. Тихо лёжа на кровати, кусая губу от волнения и предвкушения завтрашнего дня, кареглазая снова начала его представлять. Мягкие, светлые волосы, темно-зелёные глаза. Обожаю этот цвет. Элегантные руки, длинные пальцы. Улыбка. Смех. — Ужасно. Отвратительно. Зачем я над собой издеваюсь. Хотя нет… Мне это нравится. Да, однозначно. Эмоциональные качели и зона комфорта, в которой присутствую только издевательства — определенно моё. — заявила девушка. — И в заключении, отмечу для себя, что пока что я жива! — встав с кровати и хихикнув от собственной глупости, Ася взяла телефон и снова зашла в их чат. Просмотрено. Глаза девушки резко округлились. Как она помнила, существует пять стадий горя: 1. Отрицание. 2. Гнев. 3. Торг. 4. Депрессия. 5. Принятие. Так вот. Ее удивление нельзя было назвать горем. Однозначно нет. Она рада. Однако первая стадия у девчонки явно присутствовала. Отрицание. — Не верю… Ее руки задрожали, телефон медленно выскользнул из рук. Мама, стоявшая около косяка двери, наверняка не могла понять свою дочь. Почему она радуется слову «Просмотрено». Ася не видела его несколько недель. Это, безусловно, привязанность. Снова. Но в этот раз девушка была уверена, что не потратит зря то время, которое она о нем думала. Хотя, кто знает. Орлова слишком рада для того, чтобы воспринимать что-то и серьезно обдумать ситуацию. Надо ли ей это. Надо. Точно, надо. Всё для того, чтобы почувствовать себя любимой. Хоть не на долго, но почувствовать. Это элементарное уважение, ласка и забота. Я буду хвататься за эту возможность, чтобы у меня ее не забрали. — Ну, дорогая, — мама присела рядом на кровать. — Кушать идёшь? — она нежно пригоняла дочь за плечи и слегка улыбнулась. — Да, сейчас спущусь. Всё ещё переживая по поводу завтрашнего дня, у Аси промелькнула мысль о том, что он может не прийти. Она резко остановилась и встряхнула головой. Бр-р-р. Нет, он придёт. Надо думать позитивно. Орлова быстро сбежала по лестнице в столовую, чтобы поужинать.

***

Первая мысль, когда Ася проснулась, была такой: Он придёт. Он. Придёт. Взглянув на прикроватную тумбочку, она увидела на часах 12:06. Через занавески просачивались лучи солнца. Повернувшись на другой бок, свет ослепил ее лицо. Мама всегда говорила мне, что мои волосы невероятно красиво переливаются на солнце, придавая рыжеватый оттенок, а глаза становятся светло-карими. От этой мысли дочь немного улыбнулась и решила встать, чтобы собраться. До места встречи надо было ехать около двадцати минут, поэтому выйти надо заранее. Отбросив одеяло, Ася подошла к шкафу и распахнула дверцы. Мысль о том, что ей нечего надеть, снова незаметно проскочила в голове, но она сразу перестала об этому думать. Я не собираюсь вести себя, как избалованная овечка. Натянув на себя широкие джинсы и белый топ, Орлова услышала зов мамы: — Дорогая! Иди умывайся и кушать! — на заднем фоне был слышен звук шипящей на сковородке еде. Она, ничего не ответив, побежала в ванную комнату. Пока Ася спускалась по лестнице, решила посмотреть на время. 13:02. Неужели сборы и суматоха заняли так много времени. Внезапно она споткнулась о ступеньку и полетела бы вниз, к прихожей, если бы ее не схватили крепкие руки отца. — Дочь, быть аккуратней. Я не хочу лишний раз менять паркет, — он хохотнул и ехидно улыбнулся, а девушка рассмеялась и ударила его своим кулачком по руке. — Не шути так! Я, вообще-то, испугалась, что моя прогулка с Данилом накроется медным тазом, если я слечу с этой чертовой лестницы… — Орлова слегка ударила ладонью перила. — Тебя надо отвезти? — Да, желательно. Идти долго, а у меня через час уже встреча. — Хорошо. Позавтракаешь и поедем. Девушка кивнула и спустилась к маме, чмокнув ее в щеку и сев за стол. Вилка постукивала по тарелке, принимая переживания своей хозяйки. Асе было страшно, она была в предвкушении чего-то плохого. Не могло мне так везти, чтобы Даня пришёл. Слишком странно.

***

Орлова сидела в машине около школы и нервно теребила чехол телефона. Отец Аси сидел за рулем и постукивал большими пальцами по кожаной поверхности. Девушка оглядывалась по сторонам, ища глазами Даню. Спустя пару минут, Ася увидела белобрысую макушку в толпе. Поняв кто это, она выскочила из машины и побежала к Дане. На глазах наворачивались слёзы, то ли от ветра, то ли от радости. Ее хрупкое тело влетело в парня, ноги стали ватными и она размякла в его объятиях. — Боже мой… Боже… — обняв его, Ася плакала ему в плечо, запустив правую руку в мягкие волосы на макушке. Все, как она представляла. Он все-таки пришёл. У девушки все ещё была стадия отрицания. Она не чувствовала такой привязанности уже несколько месяцев, и вот снова. Несомненно, Орлова была очень рада, что он пришёл. Стоя в его объятиях, Ася подняла голову с тихими всхлипами и заметила мягкую и нежную улыбку на лице. От Дани веяло любовью. — Я пришёл, — Данилу пришлось наклониться, чтобы я услышала его шёпот. — Ась, я пришёл, всё хорошо… Я пришёл…