Круговорот

Алексус честно дожидался Малфоя до половины первого ночи, и почти что разуверился в том, что тот явится, но не тут-то было. Без четверти час в дверь кабинета постучали. - Алексус, ты занят? – Поинтересовался Малфой, проходя в комнату и усаживаясь в кресло. - Можно было и спросить разрешения войти. – Проворчал Фин, протягивая Малфою стакан с каким-то веществом. - Что это? – Мужчина принял стакан. - О, я наконец-то додумался тебя отравить, уважаемый. – Алексус широко улыбнулся. - Дьявол, - изрек Келиас, глотая вязкое снадобье. Фин сел в кресло напротив. - Келиас, - начал он серьезным тоном, - это опасно. Его будут искать. И не столько их чертово Министерство, сколько его... ммм партнер. И к тому же ты не можешь обманывать мальчишку. - Но он так похож на Кима... – начал было Малфой. - Но он же не Ким. Ким умер, Келиас, давно умер. Пора отпустить прошлое. - Ты не понимаешь... – Дрожащим голосом пролепетал маг. - Келиас, не начинай. Твоя прихоть – не повод, чтобы ломать чью-то жизнь. - Мерлин всемогущий! Да у тебя все не повод! Что ты вообще понимаешь? Может, мне просто выпал второй шанс? Может, небеса просто сжалились надо мной? Я не должен этого упустить! - Келли, - ласково начал Фин, - он только похож на него, понимаешь? Только оболочка, и все. Внутри он абсолютно другой. Ты не полюбишь его. Пожалуйста, не ломай в одночасье несколько судеб. - Знаешь что? – Зло процедил Малфой. – Да ты не знаешь, и вправду. Откуда же тебе знать, что такое любовь, если ты ни разу не любил. – Малфой сжал подлокотники кресла. - Келиас, я бы попросил... - Что? Что ты бы попросил? Вся моя жизнь ушла во имя Малфоев. Малфой – звучит гордо, хотя как по мне, так не гордо, а грязно. Все время я только и делал, что упрочнял статус семьи, увеличивал богатства. Французская ветвь нашей семьи даже сумела заслонить собой грехи британских Малфоев, которые там занимались черт знает чем во время войны! Из-за семьи я потерял Кима! Из-за них! – Келиас почти срывался на крик, и Фин с каждой секундой хмурился все больше и больше – он никогда не видел Малфоя таким. Пора было заканчивать эту истерику, и Алексус потянулся к магии Келиаса. - Келиас, посмотри на меня, - требовательно произнес он. Малфой молниеносно поднял на него взгляд и ощутил волну магии доктора. Он был хорошо знаком с методиками Алексуса. Доктор усмехнулся: для большей эффективности ему требовался зрительный контакт, и он его получил. - Келиас, - медленно произнес молодой мужчина, - я уважаю тебя и твою жизненную позицию, но боюсь, что мистер Поттер никогда не заменит Кима. У Гарри другой характер и темперамент, он по-другому мыслит, ему, видимо, не достает знания манер и этикета. Келиас, он не соответствует твоему идеалу. Малфой был знаком со многими методиками Фина. В данном случае он использовал свою магию, дабы успокоить мужчину, но не принуждать ни к чему, хотя он мог. Малфой сделал несколько глубоких вдохов, успокаиваясь, и отвёл взгляд. Алексус понял, что магу достаточно. - Есть ли гарантии того, что к нему вернется память? - Вероятность мала. - А в процентах сколько? - Келиас, мы же не об алкоголе говорим! – Возмутился Фин, но немного подумав, добавил, - процентов пятнадцать, не больше. - А если насильно? Ты бы мог вернуть ему все воспоминания? - Да. Малфой тяжело вздохнул и посмотрел за окно. Небо было чистое и на нем выделялись сотни ярких звезд. Бледная луна казалась далекой и холодной, почти как он. В конце концов, он вздохнул еще раз и обратил свой взгляд на Алексуса. - Алексус, помоги мне с ним. Пожалуйста, я хочу попробовать жить опять. – Малфой выжидающе посмотрел на Фина и тот, наконец-то сдался, поднимая руки вверх. Келиас покинул кабинет доктора в начале третьего утра, немного уставший, но в целом – довольный. Фин провожал спину аристократа долгим, пронзительным взглядом – он не находил затею Малфоя привлекательной, скорее авантюрной и необдуманной. Но ничего, через пару дней он предоставит список всего необходимого, дабы у Поттера не было лишних вопросов. И начать следовало бы с документов. Алексус раздраженно вздохнул: он не любил опрометчивые поступки, и более того, он не любил взрослых детей, коим и являлся Поттер, но Фину повезло. Он прекрасно знал, что если втереться к нему в доверие, то он сможет слепить из мальчишки все, что угодно. Для начала следовало бы избавиться от этого щенячьего взгляда и неуверенности, затем немного подкорректировать характер, обучить манерам и этикету, и немного изменить внешность. Алексус усмехнулся – трудная работа ему предстоит. А в общем и целом, мальчишка был ему не по душе – Фин просто физически ощущал, что этот брюнет принесет еще немало проблем. Но блондин попытался убедить себя, что он просто накручивает ситуацию. Фин нервно рассмеялся, направляясь к камину. Дурной день, очень дурной. Он зачерпнул горсть дымолетного пороха и назвал адрес. Молодой мужчина вышел из камина, находящегося в холле борделя под названием «Ночная фиалка». Неторопливым шагом он подошел к стойке. - О, мистер Фин, рад Вас видеть, - человек, стоявший за стойкой, широко улыбнулся Алексусу, - давненько Вас не было. - Было много дел, Энри. – Фин мягко улыбнулся, проводя ладонью по щеке мужчины. Тот рассмеялся, переклоняясь через стойку и целуя Алексуса в губы. Когда поцелуй закончился, мужчина невозмутимо спросил: - Вам как обычно? На днях привезли новых близнецов и я их придержал специально для Вас. - Нет, я хочу, ммм... Одного блондина и одного брюнета. Актива блондина и пассива брюнета, вот. – Наконец определился Алексус, глядя на Энри. - Ммм... смена вкусов не к добру. – Нахмурился мужчина. - Я просто хочу разнообразия. - Ну, что ж, будет Вам разнообразие, - лукаво улыбнулся Энри, - в сто шестнадцатый пожалуйста. - И Энри... я хочу опиума. - Будет сделано, мистер Фин. Алексус кивнул, расплатился, и получив еще один поцелуй от рыжеволосого, направился в сторону номеров. Он и вправду, бывал здесь довольно часто. Комната нашлась довольно быстро и он открыл дверь, проходя внутрь и погружаясь в полумрак. В комнате было множество подушек различных размеров, стоял кальян и поднос с чем-то. Фин вдохнул полной грудью и отбросил плащ, падая спиной на подушки. Он прикрыл глаза и постарался выкинуть все мысли из головы. Спустя какое-то время он ощутил присутствие чужой магии, но глаза не разомкнул. Он знал кто это. Так уж случилось, что Энри прислал Теодора и Саймона. - Алексус... – прошелестели парни, опускаясь по разным сторонам от доктора. Спустя час Алексус уже не чувствовал своих мыслей, и вообще сомневался, что они были в его голове. Он был чертовски возбужден и хотел дальнейшего развития событий, но пока что не имел возможности сказать об этом. Теодор устроился у стены, захватив Алексуса в кольцо рук и прижимая к своей груди. Спиной доктор ощущал крепкую и горячую грудь Теодора, а Саймон, такой сладкий и притягательный, расположился перед Лексом, сначала целуя его в подбородок, затем в губы, затем, спустился цепочкой поцелуев по груди, расстегивая и стягивая с доктора рубашку. Он щелкнул пряжкой ремня и расстегнул брюки блондина. Алексус издал тихий стон, когда Сай вобрал его член в рот, принимаясь искусно ласкать и поглаживать его языком. Надавливая то здесь, то там, несильно прикусывая головку и с силой проводя по уздечке. Алексус откинул голову на плечо Теодора, который в свою очередь коснулся губами шеи блондина, а затем опалил дыханием ушную раковинку, задавая вопрос, который возбудил Алексуса еще больше: - Как ты сегодня хочешь, Алексус? – В этом шепоте было столько интимности, столько желания, что Фин не сразу нашелся с ответом. - Я хочу сладко и горячо. – Наконец изрек он, поворачивая голову и находя губы Тео. Сай издал хриплый стон, и Алексус переключил свое внимание на него, чуть приподнимая ногу и сгибая ее в колене, прикасаясь к его возбужденному члену и усиливая удовольствие за счет трения пениса о ткань его брюк. Саймон застонал, теснее прижимаясь членом к ноге Алексуса. Теодор скользнул ладонью по груди блондина, вырывая несколько прерывистых вздохов и ловя губами почти сорвавшийся полу-стон. Он огладил его бедра и приподнял голову брюнета, дабы обхватить ладонью возбужденный орган доктора. - Ммм... – Промычал Фин, прикрывая глаза и отдаваясь ощущениям. Саймон понял намек и нетерпеливо стянул штаны и нижнее белье с блондина, широко разводя его ноги и восхищенно вздыхая. - Тео, я сейчас, - хрипло выдавил блондин, впиваясь пальцами в бедра Теодора. - Сколько угодно, - жарко шепнул тот, и Сай накрыл губами член доктора почти в тот момент, когда оргазм накрыл его с головой. - Ты сегодня ел апельсины! – Почти обвиняющее произнес брюнет, облизываясь. Алексус хрипло рассмеялся, и поднялся, покидая кольцо рук Теодора. Он подошел к столику, беря в руку трубку кальяна и делая долгую затяжку. Он лукаво улыбнулся партнерам, пуская несколько колечек в их сторону, и присаживаясь на стол. Теодор оказался перед ним через несколько секунд, а Саймон подошел сзади. За что Алексус предпочитал Теодора и Саймона другим, так это за то, что они действовали слаженно и всегда чувствовали своих партнеров. Через какое-то время, абсолютно потерявшись в ласках и поцелуях, Алексус обнаружил себя, нависающим над Саймоном, и ласкающим его, в то время, как язык Теодора скользил по его спине, собирая бисеринки пота и направляясь к ложбинке меж ягодиц. О, да. Что, что, а римминг он любил. Алекс шумно сглотнул, прогибаясь в пояснице и немного раздвигая ноги. Теплые ладони Тео легли на его бедра, и он провел языком меж его ягодиц. Алексус издал протяжный стон, отчего Саймон восхищенно замер, смотря на блондина. Теодор еще несколько раз повторил это движение и наконец-то прикоснулся к нему там. Он провел языком несколько раз по колечку мыщц и слегка надавил, но не требовательно. Он коснулся им чувствительного местечка под яичками, и слегка прихватил зубами одно из них. Алексус простонал его имя так, что член Теодора дернулся, а на головке выступила прозрачная капелька смазки. Дабы не сойти с ума, Алексус попытался переключить свое внимание на Саймона, едва ощутимо целуя его соски и несильно прихватывая зубами правый, чтобы немного поиграть с колечком пирсинга. Теодор несколько раз толкнулся языком в Алексуса, и блондин понял, что теряет самообладание. - Тео , ах... Сделай это... – Теодор отстраняется, понимая, что Фин уже готов. Он склоняется над ним, потираясь членом между его ягодиц и тихо шепчет: - Про Сая не забудь. – Он целует блондина в шею и слегка прикусывает мочку его уха. Алексус несильно дергается, рычит, находит баночку со смазкой и зубами сдергивает крышечку. Саймон восхищенно смотрит на Фина, боясь пошевелиться, потому что сейчас он себя не контролирует. Потому что сейчас он способен на все. Фин жарко целует брюнета, проникает в него скользкими пальцами и слышит стон одобрения. - Если что, извини, детка. – он шепчет это Саймону, несильно кусая его за шею и приставляя член к его заднице. Ал входит одним, плавным движением и брюнет задыхается от чувства наполненности. Он обхватывает руками шею Алексуса и тянется за еще одним поцелуем, пока блондин делает несколько пробных толчков, чтобы нащупать ту сладкую точку. Он старается не для брюнета, а для себя, потому что Тео уже несколько раз провел членом меж его ягодиц и это значит, что сейчас... - Ах! – Стон Алексуса, громкий и полный желания разлетается по всей комнате, отталкиваясь глухим эхом от стен. Теодор берет его сильно и быстро, задавая размашистый темп, потому что ему всегда сносит крышу от Фина. Алексус подстраивается, и уже в таком же ритме толкается в тело Саймона, который скулит от желания и от того, как его член трется между их животами. Теодор бьет Алексуса по заднице, и тот издает хриплый стон, делая несколько особо сильных толчков в Сая, который тут же кончает. Захлебываясь своим криком. Алек дарит ему горячий поцелуй и продолжает двигать бедрами, но брюнет уже не в силах реагировать. Док сжимает мышцы сфинктера, привлекая внимание Тео. Тот издает протяжный стон, но замедляет движения и в какое-то мгновение вообще выскальзывает из тела Лекса, оттаскивая его от Саймона и опрокидывая на подушки. Теодор тяжело дышит, склоняясь над Фином и жадно целуя его. Алексус скрещивает ноги на талии у блондина, и Теодор безошибочно толкается в него снова, заполняя его до отказа и раз за разом вбивая в подушки. Юноша гортанно стонет, цепляясь за плечи любовника, отчаянно сжимается и кричит его имя в тот момент, когда Теодор кончает в него, а сам Фин выплескивает на себя столько спермы, сколько у него не было еще со школьных времен. У Тео подгибаются руки, но он находит силы, чтобы выйти из любовника и откатиться в сторону. Через несколько мгновений он ощущает касание мягких губ и отвечает на поцелуй, притягивая к себе беловолосого. Теодор знает, что Саймон уже ушел. Он никогда не выдерживает их секс-марафон, а потом обижается на Теодора несколько дней, потому что понимает – Фин отдает предпочтение именно Тео. Спустя примерно час, Теодор провожает Алексуса до главного камина, они воровато целуются, пока Энри общается с каким-то клиентом, и Фин обещает навестить Теодора в скором времени. Дома Алексус стягивает с себя всю одежду и падает на постель, закутываясь в одеяло и зевая. Он не хочет ни о чем думать, абсолютно ни о чем. И еще, ему все еще кажется, что прошлый день был ненастоящим, а настоящей была только ночь. Спустя какое-то время он засыпает.