Осколки среди белых роз

День тянулся за днем, превратившись в одну нескончаемую темную полосу. Гермиона не знала, какой сегодня день недели, какое число и какой месяц. Она даже не была уверена день за окном или ночь – настолько пасмурным был этот ноябрь. Жизнь остановилась ровно в ту минуту, когда она услышала эту фразу. Фразу, которая снилась ей в ночных кошмарах и звоном бьющегося стекла постоянно отдавалась у нее в голове. Ее мир рухнул. Ее прекрасный хрупкий мир. Отвратительное зелье, она ненавидела его. Но это не мешало нескольким бутылькам с радостно-золотой жидкостью лежать на столике перед девушкой. Если кому и нужно немного бодрости и чувства радости, то ей. Пару глотков за раз – не больше, такова была инструкция. Но ей плевать на инструкции, ее горе слишком огромно, чтобы его спасли два несчастных глотка. Гермиона схватила первую бутылочку и яростно рванула пробку. В нос ударил приятный сладкий аромат. Раз – большим глотком она влила в себя все содержимое и отбросила пустую емкость в сторону. Бутылочка разлетелась на сотни мелких осколков. Два – жидкость второго флакона слегка обожгла горло. Три – Гермиона выпила третью порцию зелья и откинулась на спинку дивана. Тепло медленно расходилось по телу девушки. Через несколько минут в комнате стало светлее, будто солнце выглянуло из-за туч и ворвалось в гостиную. Гермиона резко повернулась к окну – темные тучи даже не думали отступать, и дождь безжалостно барабанил по стеклу. Девушка почувствовала легкую тревогу, которая, впрочем, быстро улетучилась, уступив место вдруг возникшему чувству эйфории. Гермиона заулыбалась. Улыбка становилась все шире, а затем переросла в тихий смех. Смех живительным бальзамом проникал в каждую клеточку. Гермиона не смеялась уже сотню лет! Как хорошо, как приятно и как красиво вокруг! Это солнце, эта зелень, эти ароматы! Девушка смеялась, сидя на диване и уставившись в одну точку на стене напротив, а затем резко вскочила и побежала к этой стене. Присев на корточки возле нее, Гермиона протянула руку, словно пытаясь что-то схватить. – Стой, котенок, куда же ты! – вскрикнула Гермиона и побежала по комнате за невидимым зверьком, – Ты же маленькая копия Живоглотика! Зрачки девушки расширились и приобрели ненормально-золотой оттенок. С ее губ не сходила странная улыбка. – Улизнул! – недовольно произнесла Гермиона и оглядела комнату потерянным взглядом. Вдруг девушка замерла, словно прислушиваясь к чему-то. Ее глаза задержались на двери, ведущей в кухню, а на губах снова появилась странная улыбка. – Да, спасибо, я с удовольствием выпью какао! Быстрым шагом Гермиона устремилась на кухню. Резко открыв дверь, девушка застыла на пороге: – Как красиво! Откуда эти разноцветные огоньки? И целая миска со свежими булочками, ммм. Гермиона подошла к столу и протянула руку за выпечкой, но снова лишь прошлась по воздуху. С недоумением она уставилась на свою ладонь, а затем на стол. Спустя несколько минут ее зрачки расширились, и она отшатнулась к стене. – Что?? Откуда тут змеи? Девушка вжималась в стену и кричала, закрывая глаза ладонями. Ее крик смешался с плачем, зажмурившись, она пробежала к кухонному гарнитуру и резко дернула за ручку одной из полок. Достав нож, она забралась на стол, плохо отдавая себе отчет в том, что собирается делать – кромсать всех ползающих по полу змей? Пока она обдумывала эту мысль, картинка комнаты стала размываться, словно в тумане. Спрыгнув со стола, девушка, не выпуская нож, на ватных ногах выбежала из кухни обратно в гостиную, которая больше не была заполнена лучами солнца, а мерцала жутким фиолетово-неоновым светом. В центре комнаты на столике стояла высокая ваза с огромными белыми розами. В нос тут же ударил их аромат, очень сильный и навязчивый. Гермиона медленно подошла к цветам и провела пальчиками по нежным лепесткам. Где-то заиграла музыка. Знакомая мелодия становилась все громче и громче, давя на ушные перепонки. – Что это?? Хватит! Хватит! – закричала Гермиона, размахивая рукой с ножом, словно надеясь перерубить невидимый провод магнитофона. Музыка не прекращалась. Гермиона села на пол и прижалась к стене. По щекам снова текли слезы. – Драко любил Баха… – прошептала девушка. Комната затанцевала перед глазами. В ушах стучало. Горло сдавливало от рвущихся наружу рыданий и неприятного привкуса. Белые розы словно светились в этом жутком фиолетовом мраке. Поднявшись, девушка снова подошла к цветам и, размахнувшись ножом, опустила его прямо на вазу. Стекло разлетелось по комнате, белоснежные розы упали на пол. Гермиона отбросила нож. Не мигая, она смотрела на цветы сверху вниз. Мелодия не прекращалась. Девушка наклонилась, подняла один осколок и с силой надавила им на свое запястье. Уже показались капельки крови, как вдруг сзади что-то громыхнуло, и Гермиона непроизвольно дернулась и обернулась. С комода на пол упала фотография Драко. Он слегка улыбался и поправлял волосы. Этот снимок сделала Гермиона во время их первого путешествия в Италию. Это была прекрасная поездка: море, горы, вино, ее любимая сырная пицца и их всепоглощающая любовь. Любовь. Драко любил ее, он бы не простил ей то, что она пыталась сделать с собой пару минут назад. Гермиона закрыла лицо руками и зарыдала, опускаясь на пол, покрытый розами и стеклом.