Пора переписать сюжет под дочь Тёмного

      Она просто шла по коридору чёртового здания своей грёбанной работы, впрочем, как и все ненавидимые ею коллеги — сплошь лентяи и лизоблюды, но именно ей повезло упасть в лужу, разлившуюся прямо рядом с розеткой у самого пола, которую присобачил туда такой же тупоголовый, как и все вокруг, и получить приличный разряд на свою буйную голову. На довольно слабую, если честно. Но на этом страдания не закончились. Проснувшись не в больничной койке или аду, она, наконец, поняла — есть кое-что похуже Преисподней.       Голова жутко раскалывалась, в то время как теперь уже её воспоминания выборочно влетали в голову, стирая её прошлую жизнь почти подчистую. Но оставляя кое-что мало, но полезное.       Одна часть её сознания говорила ей — Я Бэйлфаер, дочь Румпельштильцхена и Милы. Мать бросила меня, променяв на слащавого пиратишку, а когда пришёл мой черёд идти на мясорубку с ограми, мой, казалось бы, трусливый и слабовольный папаша взял и выкрал кинжал Тёмного, стал им, а потом превратился в чудовище и бросил. Ах да, ещё были Дарлинги, встреча с Крюком (будь неладен этот нарциссичный ублюдок) и триста лет в Нетландии… Что?!       Пересчитывая чёрточки на стене пещеры в десятый раз, она насчитала около двухсот, а потом… потом он отчаялся. Точнее, она. Да, другое её сознание говорило, что Бэйлфаер — это персонаж того сумасшедшего сериала, который её заставляла смотреть совместными вечерами подруга, вспомнить бы ещё её имя! И проблема была не только в её внезапном «перерождении», Бэйлфаер, насколько она знала, был мужчиной. Тем самым отцом Генри, потерянным сыном Румпеля и просто «не таким красивым, как Киллиан, поэтому пусть умирает», как говорила подруга.       Чёрт.       Оставалось надеяться, что Бэйлфаер, хотя бы, всегда была девушкой, а не стала ей после этого. Кстати, насчёт того, что подействовало на подобный союз с другой, так сказать, стороны. Недалеко от берлоги нашего юной трёхсотлетней красавицы Файра или Бэя, как называл её отец, нашла место ритуала с трещиной посередине, словно туда ударила молния. Она смутно помнила, что конкретно произошло, но, кажется, опять пыталась найти способ свалить от своего обезумевшего деда. Ах, да! Бэя ведь не знала о своём кровном родстве с этим рыжим маньяком. Впрочем, как и не знала о Проклятье, которое падёт на жителей Зачарованного леса, или уже пало, и о многих-многих событиях — плохих и хороших. Надо взять на заметку.       От размышлений заметно повеселевшую Файру отвлёк топот и шелест листьев от множества людей, причём по грузности шагов и лязгу металла, это были взрослые. А взрослые в Нетландии только одни — пираты. Повезло-повезло… Бэя нырнула в кусты с кошачьей ловкостью, спасибо Бэйлфаер, что не сидела сложа руки до их «объединения».       — Капитан! Прямо по курсу Мудрая Липа! — чего? Это у них такие ориентиры? Ладно, посмотрим. — А так, всё чисто!       — Гляди внимательнее, Сми! Ты чуть не ввёл нас на грязное ведьминское колдовство! — грубо рявкнул Крюк, почти полоснув лезвием подчинённого. Бэя задержала дыхание. Пираты подобрались слишком близко.       — Опять девчонка постаралась? — сильно шепелявя, один из разбойников сплюнул наземь.       — А кто же ещё, как ни эта дрянь?! — мда, а в сериале капитан Подводка всё же казался чуть милее. Даром, что никогда ей не нравился. — Затопчите тут всё! Чтоб это мерзкое Тёмное отродье сдохло без своих штучек! — о чём это он. Роясь в памяти в попытках найти что-то полезное, Файра забыла, что вообще-то прячется, и задышала достаточно громко, чтобы её услышали за десяток метров отсюда, не то, что в паре шагов.       — Кто это у нас? — Киллиан вальяжно раздвинул кусты саблей и её кончиком приподнял подбородок Бэйлфаер, пуская капли крови. Бэя вздохнула. Дура-дура-дура!       — Привет, Крюк, — устало, почти на автомате ответила Файра, как делала это раньше во время стычек с Джонсом. В голове промелькнула мысль: «Хоть бы руками не трогал».       — Готовишь очередной трюк, милая? — наигранно ласково спросил капитан и дерзко осклабился, медленно опуская саблю вниз по шее. Файра резко отпрянула, рассекая щёку, и зашипела, прижимая пыльную ладонь к порезу.       — Ну-ну, что же ты так со старыми друзьями, м? Мы же почти семья, Бэ-эя, — в той же манере, но с угрожающе сверкающими глазами продолжил Киллиан, медленно наступая на Бэйлфаер.       — В семье не бросают своих, трусливо убегая на край света, когда один из её членов должен идти на съедение огров будучи двенадцатилетней тощей девчонкой! — не удержавшись, вскрикнула она, а потом снова закричала, но уже от боли. Крюк пнул её в живот, в котором похоже покоились несколько криво сросшихся ребра. Сердце бешено застучало, больно ударяясь о грудную клетку. Кажется, она вспомнила, о каких трюках он упоминал. Сначала песок, а потом и травяной порошок из кармана полетели в лица пиратам, ослепляя их и заставляя закашляться, а некоторых и вовсе упасть в забытье. Файра рванула вперёд настолько быстро, насколько позволяла её неудобная обувь, состоящая из кожаных полосок вокруг ноги, и голодно рычащий желудок, не говоря уже о расплывающемся синяке на грудине. Добежать до неизведанных пиратами территорий получилось почти чисто на одном адреналине, т.к. даже наличие каких-никаких мышц не спасало от столь долгого забега. Во время необходимого отдыха Бэя озабоченно размышляла над тем, где теперь ей жить. Нет, в конечном итоге, она собирается сбежать из этого поганого острова, но до этого ещё нужно дожить — не быть съеденной дикими животными, не быть убитой пиратами и пэновскими беспризорниками, или банально не замерзнуть насмерть. Однако ночь уже приближалась, и ей нужно было найти хотя бы одноразовое жильё, а потом уж «утро вечера мудренее». И воспоминания по полочкам она расставит чуть позже, если получится. Только сейчас ей в голову пришёл один пренеприятнейший факт. В сериале чётко обозначилась какая-то связь Бэйлфаера-Нила с ловцами снов, но тема так и не была раскрыта. Но у Бэи были её воспоминания, с помощью которых она могла ответить почти на все интересующие её прошлую «я» вопросы. Пусть и не в полном составе. В чём же проблема? — Не такой уж тупой, простите, тупая Бэя научилась изготавливать ловцы снов и, чтобы банально не сойти сума от переизбытка хранимой информации за эти триста лет, помещала некоторые важные и не очень события из своей жизни в эти замечательные изделия. Но из-за своей неосторожности теперь не видать ей своих воспоминаний, ведь мерзкие пиратишки наверняка просто растопчут её творения, да ещё припасы заберут. Сволочи. Конечно, если Файра не была предусмотрительной и не поставила защиту, какую могла со своими скудными познаниями в магии и инженерии. Кое-что, конечно, успокаивало — до этого у неё почти никогда ничего не крали, хотя Пэну точно известно местонахождение всего на его острове, значит, что-то останавливало, пусть она и не помнила этого. Возможно, то, как она ставила охрану на своё «гнёздышко», было запечатано в одном из ловцов — полезное знание, но в каком именно?.. Ладно, сейчас правда не время об этом думать.       Бэйлфаер воровато оглянулась, осмотрела близстоящие деревья и тягостно вздохнула. Ни одного дупла, норы, пещерки и тому подобного! Да даже растения все здесь были слишком вытянутыми, тонкими, чтобы она смогла расположиться на какой-нибудь толстой ветке. Ещё здесь было очень подозрительно. Почему? — Она стоит в самой чаще леса и не слышит ни единого звука, кроме редкого шуршания листвы. Пора сматываться отсюда.       — Ньях! — что-то попыталась прыгнуть на неё сверху с боевым кличем, но отточенные столетиями инстинкты буквально толкнули её в сторону за секунду до столкновения. Ну, конечно! Кто же ещё мог распугать своим неумением вести себя тихо и неуклюжестью?       — Бэя? Это ты?.. Прости, пожалуйста, — Динь-Динь неловко отряхнулась и постаралась улыбнуться, но на её истощённом и бледном лице это скорее походило на оскал. Файра осклабилась в ответ.       — Ты так и не научилась…       — Знаю-знаю… — предотвращая ворчание, буркнула бывшая фея. Не то чтобы они были подругами, скорее имели некое соглашение не вредить друг другу и не охотиться на чужой территории. Бэйлфаер, конечно, пыталась научить Динь-Динь хоть каким-то основам выживания по доброте душевной, так сказать, но успехи были скудными, да и учителем она хорошим не была, поэтому решили, что каждый сам за себя. Т.е. всё также, как и прошлые двести семьдесят, что ли, лет. Но при всём при этом, как бы Бэе не было жалко Динь, при виде бывшей фейки её одолевало жутко злорадство. Злорадство над Голубой феей — той ещё интригантки, от которой стали сбегать её собственные подчинённые (или сестры, кто их знает). Плевать, что фактически она сама выгнала Зелёную.       — Ты мне не… — Динь-Динь приблизилась, и Файру неожиданно захлестнула невероятная паника. Хотелось закричать: «только не касайся меня»! Руки и ноги затряслись, а губы дрогнули. Она попыталась взять себя в руки.       — Нет. Сама, так сказать, на мели, — отступая на несколько ощутимых шагов, почти уверенно сказала Бэя, глубоко вздыхая.       — Охота не удалась? — понимающе повела плечами Динь.       — На меня, да, — сардонически усмехнулась Файра. — Сушёная вобла с своей морской алкашнёй случайно-неслучайно набрели на мою пещерку… — и тут её озарило. Одна она не справится с пиратами, да. А вот с фейкой… Неважно, что без магии. Достаточно будет их просто отвлечь. — Слушай, Динь…       — О-о-о, даже не проси, — отрезала та, скрещивая руки на груди, но, тем не менее, не ушла, а будто бы приготовилась слушать.       — Т.е. ты не хочешь есть, да? — издевательски в открытую рассматривая её болезненную худобу, изогнула бровь Бэя.       — Гм… — собственный желудок предательски выдал её, и она всерьёз задумалась.       — У нас не так много времени, — устав ждать, нетерпеливо буркнула Файра. — Ты согласна или нет?       — Смотря, какой план ты предложишь, — всё ещё не уверенно покачала головой Динь-Динь. — Их же много. Да и если их послал за тобой Пэн, то всё это бесполезно, а ты ещё и меня собираешься втянуть…       — Если б их послал за мной Пэн, то мы бы уже сто раз услышали его издевательский голос, насмехающийся над моей наивностью. Да и нужна я ему, — надменно дёрнула плечами Бэй.       — С чего бы это? — подозрительно сощурилась Динь, угрожающе поддавшись вперёд. Сердце снова яростно забилось, боясь чужого возможного прикосновения. Файра сглотнула и насмешливо ответила:       — Скучно без меня, — казалось, Зелёная тоже выдохнула и расслабилась.       — Так, что у нас за план? — уже более серьёзно переспросила Динь.       — Так ты уже согласна? — весело ощерилась Бэя. — Плана, как такового не будет. Каждый делает то, что может. Ты — отвлекаешь их, скрываясь и прыгая по деревьям, я — быстро выношу нужны нам вещи, убегаю и прячу их в одном укромном месте. Потом возвращаюсь за тобой, и мы вместе запутываем след, после чего встречаемся на этом самом месте, — показательно топнув, объяснила Файра.       — Скверный план, — скривилась Зелёная, Бэйлфаер в ответ недовольно проворчала:       — Но другого у нас нет, да и мнения твоего никто не спрашивал.

***

      Как оказалось, Крюк вместе с большей частью своей морской шалупони ушёл, оставив лишь парочку — дожидаться её маловероятного возвращения. Хм, это было плохо, как бы странно это не звучало. Если Джонс и припёрся в лес, то скорее всего на встречу с рыжим господином — стариком в нескладной подростковой шкуре. А Пэн, в свою очередь, мог ради очередного представления подсказать своему слуге, где прячется его внучка и кто ей помогает.       — План отменяется. Вырубаем их сзади и вместе забираем вещи, как можно больше. У меня там всё полезное, — Динь-Динь согласно кивнула. Похоже, им всё же придётся подружиться, в связи с сложившимися обстоятельствами. Возможно, Бэя даже возьмёт её с собой в Мир без магии, когда, наконец, найдёт способ сбежать отсюда, потому что, видит Мерлин, или кому там сказочные твари поклоняются, остатки её второй «я» не помнят этот момент в сериале, только то, что он был каким-то дурацким и очень странным.       Уложив бандюг на лопатки и связав на всякий случай, союзницы приблизились к пещере, но прямо у самого входа Динь затормозила, принюхиваясь.       — Я чувствую защитную магию. Ты и колдовать умеешь? — удивлённо прошептала фейка.       — Если честно, сама не помню, что я конкретно сделала, — пожала плечами Бэя, довольно улыбаясь. Всё-таки она умнее, чем кажется. Пусть её героя толком и не раскрыли, но несложно было догадаться, что единственный человек, сумевший найти способ и сбежать из Нетландии, явно не дурак. Хотя ситуация с Пиноккио-Августом сильно покоробила её когда-то при просмотре. Всё это было очень странно, да и в сериале, если не изменяет память, Нил, в итоге, остался с Крюком друзьями, а судя по тому, как Джонс обращался с Бэей, это было, как минимум, невозможно, как максимум, по-хорошему было бы избавить мир от этого придурка. Всё сходится к тому, что Нил, отныне мужская версия Бэйлфаера зовётся так, больше лопух, чем Бэя. Может, из-за этого, что Румпель был с ней более строг, боясь, что девочку без матери совсем затопчут? Или она сама с детства на подсознательном уровне равнялась больше на Милу, чем на отца? Или и то, и то. Впрочем, стоило перестать думать над тем, что кто-то там оказался хуже, т.к. это точно не спасёт её от злой участи.       — О, здесь ничего сложного. Просто возьми меня за руку и я войду, — улыбнулся Динь, хватая ладонь Бэи. Файра резо перестала дышать. В глазах потемнело, а земля ушла из-под ног. Руку, которую держала Динь, словно проткнули тысячи иголок, захотелось немедленно одёрнуть её и в страхе убежать, наплевав на изначальную миссию, но не менее испугавшаяся бывшая фея крепче стиснула её, облокотила на себя и потащила внутрь пещеры, услышавши приближающиеся тяжёлые шаги.       Взвалив Бэйлфаер на её же койку, Зелёная прислушалась в творившемуся на улице. Остальные пираты вернулись и шумно обсуждали связанных собратьев. Затем она вернулась к Файре, которая, в свою очередь, уже сидела на кровати, прижимая ко лбу сырую тряпку, служившую вместо ведра в сыром углу пещеры.       — Вовремя ты, — удовлетворённо, но обеспокоенно шепнула Динь. — Представь, если б мы вышли, а они нас прямо на выходе схватили.       — Обращайся, — хрипло ответила Бэя, нахмурившись. Что ещё за чёрт? В сериале не было темы гаптофобии сына Тёмного, или как она там называется.       — Голодный обморок? — протягивая Файре найденную в подобии бочки засахаренную грушу, поинтересовалась Динь.       — Всё намного хуже, — пробурчала себе под нос Бэя, осторожно принимая еду так, чтобы не касаться даже кончиков пальцев сообщницы. Не получилось. — Положи её куда-нибудь, чёрт возьми… — простонала Файра под шокированным взглядом фейки. Та послушно положила фрукт на край её койки, наблюдая за тем, как Бэя одёргивает в сторону от её на миг приблизившейся ладони бедро.       — Э-э-э… в общем, я тоже поем, если ты не против, — недоумённо приподняла брови Динь-Динь и отвернулась, склоняясь над продуктами.       — Всё только не сожри! — пробурчала Бэйлфаер, вгрызаясь в долгожданный ужин и думая, не от побоев ли «любимых» матушки и недо-отчима её так воротит от прикосновений?       За пару часов молчания и полного игнорирования друг друга Бэя даже сумела задремать, пока Зелёная не разбудила её, снова прикоснувшись.       — Ты можешь просто перестать это делать или нет?! — почти рявкнула Файра. Динь в ужасе посмотрела в сторону выхода из пещеры. Пираты ещё не ушли, но, похоже, были слишком поглощены своими спорами.       — Я тоже спать хочу, — почти жалобно протянула Динь, кивая на достаточно широкое для них двоих ложе.       — Обойдёшься! — всё ещё разозлённо на неё оскалилась Файра. Но через несколько минут щенячьих глаз в исполнении бывшей феи не выдержала: — Ладно-ладно! Но спим по-одному. Я пока покараулю, — поставила условия она, осторожно вставая так, чтобы ненароком не коснуться фейки, радостно плюхнувшейся на солянку из шкур и соломы.       Что ж, у Бэи всё равно есть достаточно важные дела, ради которых можно пренебречь сном.       Смотря в угол, где под камнем, в тайнике были спрятаны ловцы снов, Бэйлфаер тяжело вздохнула и сделала шаг к собственному прошлому, которого так старательно избегала все… очень много лет.