Часть 3| От лица Сани
12 июня 2021 г., 04:15
«Я была влюблена в Юлю с переходного возраста и с каждым годом я всё больше осознавала это. Но он был нестабилен и я боялась, что он неправильно меня поймёт. Мы танцевали под блэк метал а после он курил на балконе. Мне было 16, я не сдержалась и призналась. Он сказал, что это взаимно, но он боится афишировать это и ранить меня, но всё было не так.
Как-то он не сдержался и поцеловал меня. Он после этого порубил свои руки в кровь, дабы наказать себя.
С 20 лет я регулярно оставалась у него на ночь. Но, что важно сказать, мы не трахались, он это ненавидит и боится, даже плакал, когда я по пьяни хотела его выебать.
Последние дни его жизни мы были вместе сутками. Я вышла буквально на 20 минут а по возвращению зашла к соседке, как всегда. Она рассказала мне, что слышала выстрел сверху, и тогда я пулей взлетела в квартиру, уже плача метнулась в спальню и... увидела его.
Он лежал в своих органах и крови и ещё дышал, пол лица было разбито к чертям а грудь, горло и руки были изрезаны бесчисленное множество раз. Розовые губы и соски на фоне этого месива были будто ненастоящими. Его труп выглядел более чем привлекательно, я влюблена в него больше, чем в Юлю при жизни. Его мышцы постепенно расслаблялись а лицо (если это можно так назвать) становилось спокойнее и спокойнее. Я просто не верила своим глазам. Я целовала ещё дышавшего Юлю — его организм тщетно пытался захватить ещё хотя бы один глоток воздуха, чтобы ожить, но он попросту захлёбывался в собственной крови.
Я целовала его, не веря в случившееся и надеясь помочь, но понимала: его невозможно было спасти, он постарался на славу... До сих пор не верю, что его нет.
Меня нашли соседи, спящую рядом с ним, я была вся в его солёной, сочной крови. Я плакала каждый день после похорон, всего около месяца. Меня трясло, я начала страдать анорексией... Для меня это было худшим, что могло случиться — смерть Юли равнялась моей смерти. Я не могла жить, сидела на таблетках... Все его вещи я забрала в свою с мамой квартиру, а фото трупа стоит в рамочке на столе. Я осознала, что страдаю некрофилией и влюблена не сколько в Юлю, а сколько в его труп...
Мама допоздна была на работе а я всё время плакала и страдала из-за Юли.
Всё своё свободное время я проводила на его могиле. Как он и хотел, его похоронили у реки под вербой. Я просто не могу воспринимать его смерть. Это слишком давит.
Я не могу, лучше бы я была на его месте.»