Заметки о «Евангелионе»

      Я думаю, вы видели большое количество произведений, где в качестве центральных персонажей выступает команда из трёх героев — каждый из них обладает броскими индивидуальными чертами и они могут добиться наибольшего успеха только тогда, когда действуют в команде. Один из этих персонажей — волевой и агрессивный, второй из этих персонажей — интеллектуальный и хладнокровный, третий из этих персонажей — мягкий, сдержанный и осмотрительный. В «Наруто» — это Наруто, Саскэ и Сакура, в «Берсерке» — Гатс, Гриффит и Каска. В «Евангелионе» — это Аска, Рей и Синдзи. В своём максимально клишированном варианте, эта команда представляет собой сплочённую группу, которая путём диалектических объединений и противоречий, добивается некого успеха. Эта группа соответствует триаде по Фреду: Я, Сверх-Я и Оно. Синдзи — Я, Аска — Оно, Рей — Сверх-Я. В «Евангелионе» нам показывают, по сути падение Золотого Трио и то, как оно потерпело сокрушительное поражение.       В первую очередь Трио «Евы» связано только через Синдзи. Между Аской и Рей нет никакой самостоятельной связи. Аска видит Рей как какую-то стрёмную девку, которая над ней издевается своей нарочитой молчаливостью. Рей видит в Аске шумную хабалку и отвечает на её развязанное поведение просто полным игнором. Связаны они только через Синдзи. Эти три персонажа действуют классической командой только в том случае, когда нужно забороть какого-то рядового монстра недели. В решающем конфликте они как лебедь, рак и щука — Аска месится с Серийными Евами, Синдзи не может сесть в свою Еву, Рей вызывает Третий Удар вместе с Гендо. Потом кидает его, но лишь для того, чтобы потакать апокалиптическим желаниям Синдзи. На всех остальных Рей плевать.       Как можно заметить, командующий Икари обладает свойствами всех троих. Общая идея предполагает, что в качестве команды героев у нас выступают персонажи, которые могут лишь вместе достигнуть успеха — если бы один персонаж обладал подобными свойствами, то он был бы непобедим в рамках сюжета. Антагонист сюжета, чтобы представлять собой угрозу, обладает свойствами всех троих сам по себе. Гендо обладает хладнокровием, целеустремлённостью и ценностями Рей, определённой эмоциональной мягкостью Синдзи (Гендо ни к кому не питает ненависти и ни перед кем не раздражается, Юй отмечает, что он удивительно нежен в отношениях с ней) и внутренними сильными эмоциональными мотивами, как Аска. Как и Синдзи, Гендо, вероятно (в ТВ-сериале это не показано, в ремейке — прямо подтверждено), был морально дезориентирован и испытывал экзистенциональное одиночество в окружающем мире, но потом вступил в апокалиптический культ и Остапа понесло: организация Второго Удара, маниакальное желание вернуть Юй, Третий Удар. Гендо, в определённом смысле, побеждает: у него гораздо больше понимания и власти над ситуацией, чем у Синдзи и Аски, Рей скидывает его власть, но от апокалипсиса это никого не спасает — потому что Рей уже разделяет нигилистические и апокалиптические ценности Гендо. Золотое трио не ощущает командующего как своего главного врага, ибо он просто скрывает свои подлинные намерения от Аски и Синдзи и использует на ряду с Рей для достижения своих целей, паразитируя на них всё время и ментально разрушая.       Каждый из персонажей трио проигрывает по той причине, что не справляется со своей ролью: Синдзи то не может сделать верный личностный выбор, то сильно страдает от сделанного выбора (смерть Каору его окончательно ломает); Аска страдает из-за своих эмоциональных проблем и переживаний; Рей терпит поражение из-за своих нигилистических ценностей. В каком-то смысле, они становятся коллективным Гендо: Синдзи делает неправильный личностный выбор — как его отец; Аска оказывает одержима своими тяжёлыми эмоциональными переживаниями — прямо как Гендо одержим апокалиптическим религиозным бредом и идеей вернуть жену; Гендо и Рей одинаково готовы уничтожить мир и признают человечество, вождь этой апокалиптической секты воспитал себе достойную ученицу.       Как я уже обращал внимание, «Евангелион» — ниспровержение мономифа, таким образом нет ничего удивительного, что здесь ниспровергается и этот троп. Точно также в «Евангелионе» ниспровергается образ героической команды из шести человек, которые противостоят центральному антагонисту. Рей, Синдзи, Аска, Тодзи, Кенске и Каору по своим типажам способны действовать как команда из шести могучих рейнджеров: Синдзи — герой, Аска — напарник, Рей — персонаж, сглаживающий острые углы, Тодзи — штатный силач, Кенске — штатный умник, Каору — могущественный союзник, который приходит в самом конце перед финальной битвой. Как можно заметить, каждый из этих персонажей, по ходу сюжета, полностью противоположен своей классической роли: Синдзи полностью лишён лидерских качеств; Аска — собачится с ним; Рей вообще полностью отрешена от окружающего общества, хотя неплохо разбирается в отношениях и эмоциях; Тодзи тупо становится жертвой Ангела-паразита прямо сразу; Кенске не взяли в пилоты; Каору — no сomments.       Возникает вопрос, можно ли представить подобную историю со схожими декорациями и тропами, но так, чтобы Золотое трио могло справиться со своей задачей, спасти мир и победить главного антагониста? Такие фанфики сравнительно популярны на Западе. Мне они не нравятся — лично мне вообще не нравится всё это «Золотое трио» из Аски, Синдзи и Рей. В первую очередь у них отсутствует нормальное взаимодействие между друг другом: Аска и Рей принципиально не могут нормально позитивно взаимодействовать, Синдзи — откровенно неподготовлен к событиям и никто их двоих его соратниц не может ему помочь. У Рей нет опыта и представлений об иных ценностях, кроме сектантских. При заданных вводных данных эти персонажи проигрывают.       Я, когда писал свой собственный фанфик, то составил иное Золотое трио из других персонажей — Синдзи, Каору и Виктор (который был у Кима, ессно). Я больше люблю бойчиков, чем тянок, и, на мой взгляд, половину проблем сериала можно было бы решить, если выкинуть истеричных и стрёмных баб и заменить их на каких-нибудь бойчиков, чьи ягодицы, обтянутые контактным комбинезоном, можно было бы точно так пихать в камеру зрителю. Если серьёзно, то, как можно заметить, персонажи, заменяющие тут Аску и Рей, представляют собой, в некотором смысле, их модернизированные версии. Каору также является выходцем из апокалиптического культа, но он обладает гораздо более правильными социальными инстинктами — он отказывается вызвать апокалипсис в любом случае — его волнует судьба той же Аски, выживание человечества и вообще Каору хочет и может легко налаживать межличностные связи. Виктор достаточно эмоционален, ему нравится быть пилотом, смотреть на других с высока, но он может держать себя в руках, может смирить свою гордыню и действовать, когда надо, совершенно в лад с другими персонажами. Подобно первоначальному трио, эти трое персонажей друг с другом конфликтуют. Синдзи и Виктор диаметрально противоположны друг другу в самых разных вещах. Синдзи — пацифист и антиимпериалист, Виктор — милитарист и империалист, Синдзи — трансвестит-трансгендер, Виктор — маскулинный традиционалист. По этому поводу у них возникают конфликты, они взаимно думают друг про друга плохое и оскорбляют — при этом Синдзи не меньше токсичен, чем Виктору. Одновременно они испытывают друг к другу определённое сочувствие. Виктор видит в Синдзи человека, который совершенно не создан для его работы, и который оказался исключительно волей судьбы на своём месте. Синдзи всё-таки видит, что Виктор искренне старается предотвратить апокалипсис, сражается со всякими террористами и монстрами и хочет помочь в этом Синдзи. Ситуация несколько облегчается благодаря тому, что эти двое обладают телепатической связью и могут дать друг другу напрямую почувствовать свои эмоции. Это крайне важно для Виктора, который страдает паранойей, никому не доверяет и везде видит потенциальных врагов — Синдзи, невзирая на всю их несхожесть, оказывается единственным человеком на всей планете, которому Виктор может доверять. Это облегчает синхронное взаимодействие. Я даже переработал сцену борьбы с двойным противником под Синдзи и Виктора, когда как в каноне она была с Синдзи и Аской [1]. Да и сам Виктор, в рамках моего фанфика, в чём-то ведёт себя по отношению к Синдзи как цундэрэ [2].       Каору, в отличие от ТВ-сериала, в моём фанфике мотивирован помогать Синдзи и сделать его счастливым — в качестве извинений за то, что произошло в каноне; и, в отличие от ремейка, Каору готов активно и на практике добиваться этой цели. Каору вызывает недоверие к себе у Синдзи, так и у Виктора. В рамках моей истории, Синдзи не спешит проникаться доверием к этому стрёмному альбиносу, который говорит странные вещи, но Каору с самого сначала мотивируют Синдзи на победу — победить в войне, чтобы получить божественную силу и распорядиться ею по своему усмотрению. Если в каноне у Синдзи не было цели, то я придумал ему цель благодаря заинтересованному вмешательству Каору.       Виктор видел в аниме, что Каору сломал Синдзи и вообще крайне мутный персонаж (а, кроме того, фактически открытый гей). Виктор испытывает к нему смешанные чувства, когда узнаёт его поближе: с одной стороны Виктор хочет Каору в том смысле, в котором его хочет Синдзи, но Виктор не желает, по его мнению, зашквариться — и опасается, что Табрис будет манипулировать его чувствами и вообще глубоко залезет ему в сердце. К Виктору сам Каору относится добродушно-нейтрально, совсем не намерен влезать к нему в сердце и манипулировать его чувствами. Сам Синдзи по ходу сюжета начинает чувствовать себя некомфортно из-за того, что Каору сильнее и вообще лучше его. Сам Каору глубоко переживает из-за того, что боится закончить, как в каноне, завалить дело и в итоге покончить с собой вместе с Синдзи. Дело ещё в его в одиночестве и в страхе перед ним.       В рамках моего сюжета, они все трое обладают достаточной осведомлённостью, чтобы понимать, кто является главным врагом, и они могут направить свои силы на то, чтобы бороться непосредственно с ним. В качестве главного антагониста, тут выступает уже не командующий Икари, а Ползучий Хаос Ньярлатхотеп — злобный хентайный монстр, создавший петлю времени, которая заставляет апокалиптические события повторяться на протяжении вечности. Ньярлатхотеп обладает характеристиками и свойствами трёх названых персонажей: Ньярлатхотеп обладает спокойствием и лёгкостью восприятия действительности как у Каору, на что намекает его имя [3]; подобно Виктору, Ньярлатхотеп является милитаристом и любит войну и диверсии; наконец, если Синдзи тут во всяком случае мечтает стать демиургом, чтобы изменить мир, который ему не нравится, то Ньярлатхотеп уже родился богом и не намерен менять этого мира, потому что он ему нравится таким, какой он есть — с войнами, убийствами, враждой и некропедозоофилией. В отличие от Каору, как не трудно заметить, Ньярлатхотеп не испытывает жалости и считает себя совершенной формой жизни, так как не страдает от одиночества и считает подобное возвышенное и бесстрастное существование наилучшим; в отличие от Виктора, который всё же испытывает страдание от творящегося насилия, Ньярлатхотеп получает искреннее удовольствие от насилия и ведёт войну ради удовлетворения собственной жажды крови; если Синдзи ненавидит существующий мир борьбы и противоречий, то Ньярлатхотепу очень нравится именно этот мир — этот злодей любит социальный дарвинизм и истязания и войнушки жалких смертных. Проще говоря, этот главный злодей является дьяволом в религиозном смысле — князь мира сего, человекоубийца от начала, величайший и бесчеловечный, не являющийся человеком, находящий отраду в том, чтобы мучить всех, кроме самого себя. В отличие от Гендо, этот антагонист действует более или менее открыто, лишь поначалу пытаясь выглядеть неоднозначным, но в дальнейшем охотно показывает свою подлинную сущность и использует для своих целей всевозможных монстров и сатанистов, откровенно чернушных и стереотипных злодеев-приспешников (хотя на самом деле он и не нуждается в них). Короче говоря, это достаточно очевидно всеобщий злобный персонаж, против которого не грех объединиться обозначенной троице. Им удаётся его остановить и разрушить временную петлю — пока Синдзи отвлекается Ньярлатхотепа на себя, Виктор активирует супер-режим Каору, с помощью которого тот выкидывает Ньярлатхотепа из вселенной.