Одолжи мне своего вампира

      Лили отрываться от своей «находки» не спешил. Он комкал в руках чужой пиджак, с силой вжимая подкласс спиной в кирпичную стену, и целовал-целовал-целовал, вплоть до покрасневших губ и задыхающегося фокусника. Когда Беркия, отойдя от шока и осознав всю однозначность ситуации, попытался наглого сервампа оттолкнуть, Похоть резко впился в мгновенно оголённое плечо. Вампир вскрикнул, хватаясь первым делом за одежду, но, осознав, что она цела, гневно стукнул жавшегося к нему Лили. И испуганно ощупал чужое тело. Кажется, Сноу впервые за время их недолгого знакомства использовал свою силу. Сервамп держал мягко, но сейчас его пальцы разжать не смог бы, кажется, даже ДжиДжи. Он был как мраморная статуя, возвышающаяся над человеком. Идеальная, красивая, созданная из лучших чувств и фантазий… а ещё мощная, пугающая и нерушимая.       — Ох, очень вкусно, — Лили оторвался от шеи фокусника, растягивая окровавленные губы в улыбке. — Я бы хотел попробовать больше, — сервамп как-то слишком быстро и смазано чмокает чужой подкласс в нос и прихватывает что-то у Беркии, скрываясь за углом.       Вампир растерянно проверят волосы. Хвост на месте и вроде бы не укорочён. Странно, он даже всё ещё жив.       — Обошлось? — вампир потёр место укуса, кривясь и поправляя форму.

***

      Лили поджидает Цубаки в кафе, узнав от Ива брата, что Уныние частенько там бывает. Когда на пороге появляется скучающий сервамп, Похоть улыбается. Когда за его спиной медленно вытягивается по струнке и боится пошевелиться Беркия, Сноу знает, что уже победил. Неприглашённый позволяет своему подклассу что-то быстро протараторить и сбежать в неизвестном направлении, заходя внутрь и присаживаясь рядом со старшим братом.       — Приветствую. Чем обязан, братец Похоть? Ты же меня ждал здесь? — Цубаки прослеживает вторую кружку кофе на столе возле Лили. Ему жутко не нравилась вся эта ситуация. Если Отогири провалила задание, Уныние не будет сердиться, но вот если с ней что-то случилось…       — Да, привет. Я хотел спросить, — Похоть лукаво косится в сторону окна, где то и дело мелькает не решающийся бросить своего хозяина фокусник. И это тоже Неприглашённому очень не нравится. Лили достаёт из кармана зажатую между пальцами повязку, в которой Цубаки сразу же узнаёт свой подарок, который Беркия вчера всю ночь искал, перевернув вверх дном весь этаж отеля.       — Могу я одолжить твоё порождение? Буквально на вечер.       Старший сервамп улыбается, потому что фраза вроде как звучала немного по-дурацки и должна была вызвать смех… вот только Уныние побледнел, застыв и, возможно, перестав дышать. Обеспокоенный Беркия всё-таки зашёл следом, подскакивая к сервампам и нервно сжимая в руках край пиджака. Фокусник впервые не знает, что сказать, потому что — что собственно сейчас произошло? Он не слышал снаружи их разговор (если пару невпопад брошенных фраз можно так назвать) и представления не имеет, что такого могут обсуждать два могущественных вампира.       — Я обещаю, что всё будет хорошо, — пользуясь растерянностью Беркии, Похоть притягивает того ближе к себе, приобнимая одной рукой, а второй быстро пряча повязку в карман пиджака. И скалится, впервые используя этот в каком-то смысле звериный жест. Цубаки не находит в себе силы на что-то большее, нежели обычный кивок, внутренне обещая себе проследить за старшим братом позже, потому что оставлять подкласс без защиты у другого сервампа как минимум безрассудно, даже если этот братец кажется увлечённым фокусником.       Лили пользуется общим замешательством семейки Уныния и под ручку выводит Беркию из кафе, оставляя на столе деньги за заказ, чаевые и записку с номером телефона, чтобы один очень обиженный на жизнь вампир, когда оклемается, не спешил идти крушить город, в поисках своего порождения, а просто позвонил.       Может быть Лили даже ответит ему, если сможет оторвать взгляд от мягкой игрушки у себя в руках. В такой форме его можно безнаказанно тискать, и Сноу почти счастливо прижимает Беркию к себе, садясь в машину и обещая всё объяснить позже.