Чёрный на белом

Тоша согласился. Ему пришлось согласиться. Рома подхватил его на руки понёс в ближайшую комнату, где была кровать. Он впился в него жадным поцелуем, кусая потресканные губы. Антон жалобно хныкал и стонал, ведь поясница и ягодицы всё ещё болела . Не церемонясь, Рома кинул возлюбленного на диван какой-то комнаты и одним движением разорвал пуговицы на рубашки. Он удовлетворённо зарычал, увидев следы их прошлого времяпровождения. Его выпирающий член прислонился к тонким штанам парня. – Скажи, что ты только мой, – Рома шептал ему на ухо, прикусывая мочку, – скажи…. На это лишь Тоша тихо постанывал, цепляясь за спину парня. Рома принял эти слова за одобрение, поэтому начал снимать с себя все то, что мешало бы ему завладеть парнем во второй раз. Рома с каждым поцелуем опускался все ниже, пока не навис над небольшим членом, с слегка выступающей спермой. Парень поцеловал головку, а потом взял в рот полностью. Он нежно водил губами вверх и вниз, пока Тоша держал его за темные волосы, изредка от новых ощущений натягивая голову на себя. – Ах! – воскликнул Антон и испустил семя в рот парня. Тоша неуверенно посмотрел в глаза Ромы. – А ты вкусный, – ухмыльнулся парень, проглатывая содержимое рта, – даже вкуснее, чем обычно. Парень сплюнул себе в руку и растёр по всей длине своего органа. После чего осторожно приставил головку члена к покрасневшей дырочек Антона. Аккуратно, без лишних движений, парень вошёл. Он готов был сразу кончить, но сдержался, ведь так хотел почувствовать прикосновения своего Зайчика вновь… – Рома! – кричал Тоша, обнимая плечи парня. Он простанывал его имя раз за разом, когда его переполняли чувства – Аргх! – простонал парень прежде, чем заполнить своего возлюбленного доверху. Обессиленный он рухнул рядом. Рома сразу же подобрал обмякшее тело к себе и заключил в объятия. – Мой, – шептал он, – ты только мой... – Не только твой, – тихий шепот, словно ветерок, прозвучал с другой комнаты. Но двое возлюбленных были слишком усталы, чтобы расслышать его.