Кошка (рабочее)

Солнце нещадно палило и казалось, что можно разбить два яйца на камень и пожарить яичницу. Но так было только на небольшой поляне, на вершине горы. Ниже же, была долина, где текла небольшая горная речушка, которая потом водопадом спускалась с небес на землю. Если присмотреться, то среди деревьев-великанов, которые даже в магическом мире считались редкостью, можно было заметить сидящую на камне девушку, свесившую ноги вниз. Она болтала ногами, и, подставляя свое тело и лицо солнцу, о чем-то, а может о ком-то думала. Но, не будем лезть не в свои дела. Одета она просто, черные шорты и обтягивающая красная майка. Волосы, цвета воронова крыла, небольшой длины - сантиметров десять, не больше - находились в беспорядке и торчали в разные стороны. Незнакомка, кажется, не заботилась о них совсем. На вид ей можно было дать лет шестнадцать-семнадцать, но заглянув в зеленые глаза и все тридцать. Нет, они не были морщинистые, или усталые, просто в них было что-то такое, что никак не вязалось с образом подростка. И сейчас эти глаза были устремлены в небо. Тишина, мир и покой. Вот, что окружает девушку в данный момент. - Эй, Дарь, я все! – Вдруг раздался высокий девичий голос. И на поляну тут же выбежала светленькая девушка с корзиной полной ягод. От внезапного окрика Дарина Шервуд, а это была именно она, вздрогнула. - Чего ж ты так пугаешь, а? – вставая, спросила недовольно черноволосая. - Да кто ж знал, что ты в себе. Ты в следующий раз табличку вешай, мол, ушла в себя вернусь не скоро. Присылайте письма с купидонами. – С улыбкой сказала светловолосая. - Арр... Ира не нарывайся. Домой пешком пойдешь. – Беззлобно ответила Дарина. - Не будь букой, тебе не идет, ты слишком добрая. Пойдем уже домой. На этом разговор был окончен, а вот чудеса только начинались. Дарина разбежалась, прыгнула, и перед Ириной появилась огромных размеров кошка. Точнее что-то среднее между тигром и пантерой. Но для нее это, похоже, не было шоком, и, взяв удобней корзину, девушка ловко запрыгнула на спину зверю, который тут же побежал в лесную чащу. Однако и в облике зверя, на бегу, Даря продолжала о чем-то думать. * * * Мало кто знал, что где-то среди Кавказских гор и лесов есть дом, где живут семьи друидов. В магическом мире эти знания официально считались утерянными и знали об этих людях лишь единицы. Знали о них и родители Дарины. Все потому, что ее мать, Лада Шервуд, была рождена в этой деревне, но из-за магического дара друидом не стала. Еще одной ее особенностью было то, что она могла превращаться большую кошку. Способность оборотничества была еще большей редкостью и передавалась она не каждому поколению. Друиды жили себе тихо-мирно, никого не трогая и не вмешиваясь в дела магов. Но во времена, когда орды нежити осаждали Тибидохс, они все-таки пришли на помощь магам. Ну... А потом все снова встало на свои места: Чума-деть-Торт была побеждена, мир и покой воцарился на Земле – и друиды снова ушли в леса постигать тайны природы. А когда убили родителей Дарины, Медузия отдала девочку на воспитание одной из семей друидов. Это были старые друзья ее родителей: Тарас и Марина, у которых была своя дочь – Ира. Теперь Дарина выросла и они с Ирой стали сестрами, пусть не по крови, зато по духу. С того ужасного дня минуло пятнадцать лет. Дарина ничуть не жалела о том, что оказалась в этой семье, хотя по родителям очень скучала, интуитивно, на уровне души. Был еще один человек, по которому она скучала. Раньше, лет шесть назад этот человек появлялся часто, навещал ее. Многие важные вещи в жизни девушки произошли с участием этого человека. Например: ее первое превращение в кошку. Это было в пять лет. На дворе стояла солнечная погода, однако по небу, цепляя горы, ходили тучки. Был май месяц, и все в природе благоухало и цвело, все-таки весна – время появления новой жизни, тех же цветов или животных. Дышалось легко, и в каждом вдохе ощущалась сила природы, которая царила в воздухе. Однако, пятилетней девочке, которая в данный момент пыталась разобрать зудильник и понять, откуда же там берутся дяденьки и тетеньки. В ход уже были пущены ножи, вилки, даже турецкий кинжал, хранившийся в доме и драконья доза ослиного упрямства и здорового интереса. Но вскоре ей надоело это бесполезное занятие. Посмотрев на зудильник взглядом, не предвещавшим ничего хорошего, девочка взяла небольшой молоток дяди Тараса и уже собиралась было нанести удар по супостату, как вдруг ее руку перехватила другая, нежная, но в то же время сильная. - Эй, на тебя имущества не наберешься. – сказали ей мягко выхватывая молоток. Голос принадлежал доценту кафедры нежитеведения школы трудновоспитуемых волшебников. – Пойдем лучше разберемся со съедобными и несъедобными ягодами. - А мы пойдем в лес? – Спросила девочка, хватая за руку Медузию. - А как же. Кто-то еще обещал показать мне райскую птицу. Дарина довольно улыбнулась, ей нравилось в лесу. Она ощущала с ним какую-то непонятную связь, и в нем ей было как-то комфортнее, чем например в городе. За всю свою маленькую жизнь она один раз была в городе и ей совсем не понравилось. Машины, суета, но больше всего ее удивило то, что люди не обращают внимания на красоту деревьев, или редкой пролетевшей птицы. Они даже не рады тому, что солнце не скрыто тучами, а лишь досадливо ругают жару. Когда же наоборот пошел дождь, все поспешили попрятаться. Даже детей родители затаскивали в помещения. А вот в деревне, где жила маленькая Дариша, все было по-другому. Дети бегали, смеялись, а дождь для них был особенным временем, особенно грибной, ведь все дети верили в то, что попав под него, быстрее вырастут. Несмотря на свою общительность, девочка мало с кем сходилась. Доверяла она лишь Ире, ее родителям, но их она считала семьей, и доверять им, и любить их было в порядке вещей. А кроме них маленькая Шервуд любила лишь Медузию, которая посещала их редко, но как говорится, метко. Она всегда приносила собой много историй о драконах, о героях, или просто о своих непутевых учениках. Ее прилета Дарина ждала, едва ли не считая дни до встречи, а когда она происходила, то очень радовалась. Но вернемся в сегодняшний день. В лес они пошли сразу после занятий: Медузия объясняла ей правила магического мира, что следует делать в той или иной ситуации и все в таком духе. Там, в лесу, Дарина постоянно расспрашивала Медузию о растениях, или, иногда рассказывала сама. Но больше всего девочка любила животных. Ей нравилось следить за ними, помогать им. Вот и сейчас она вела Горгонову к гнезду райской птицы. По легендам они необычайно красивы и голос у них ангельский. И если насчет красоты почти не соврали, то голос у птиц был ужасный, похожий на скрип старого дивана. В лесу они были редкостью, а Дарька вообще видела такую птицу впервые, вот и радовалась. Медузия же... Она всегда радовалась вместе с девочкой, та умела рассеять даже плохое настроение. Как и обещала Ярославу с Ладой, она часто навещала их дочь, играла с ней, учила. А такой суровой женщине как Меди нравилось возиться с маленькой Дариной, которая была смышленая не по возрасту. Вот и теперь эта маленькая девочка, умеющая разогнать тучи в душе женщины, пыталась помочь волчонку, который лапой застрял в поваленном бревне. И конечно же, ей это удалось. Волчонок, хоть и напуганный, все равно понимал, кому обязан свободой. Перед тем как убежать в лес он лизнул Дарю в нос. Ее радость и восторг полностью захватили все вокруг, казалось, что даже вековые кроны деревьев стали качаться радостней, а ветер отвечал ей веселым шелестеньем. Начало смеркаться и они решили возвращаться домой. Однако, этот день не мог закончиться без еще одного сюрприза. Когда Медузия уже вошла в дом и, здороваясь с Мариной, сняла плащ, кто-то начал скрести в дверь. Когда же ее открыли, на пороге обнаружился котенок, размером с хорошего, откормленного кота. Он виновато смотрел на двух женщин, и в его зеленых глазах отражалось такое искреннее удивление, что они засмеялись. Потом уже ей объяснили, что и как, а позже девочка могла уже по своему желанию становиться зверем. Сейчас, вспомнив это, бегущая кошка ощутила радость и замурлыкала. *** Был еще один случай глубоко запавший в память Дарине. Это было... Дай Древнир памяти, девять лет назад. Стоял обычный январский день… Мороз и солнце, день чудесный. Ну и далее по тексту. Так вот, в этот обычный, ничем непримечательный день Дарине Ярославовне Шервуд должно было исполниться целых десять лет! Круглая дата, юбилей можно сказать. И в этот день с утра она ходила вся радостная, в ожидании праздника. В общем, вела себя как обычный ребенок. И как у любого ОБЫЧНОГО ребенка у нее был человек, которого она ждала больше всех. Это была Медузия, давно не навещавшая ее, но обещавшая быть в столь радостный день. Сегодня ей подарили огромное множество подарков. Дядя Тарас наконец-то подарил ей лук и стрелы. Дарина давно хотела его и очень давно наседала на дядю, но тот отмазывался, а теперь, видимо совесть заиграла. Лук был добротный, самодельный, тетива была такая тугая, что Даря едва могла натянуть ее. И, тем не менее, радости было полные штаны. Тетя марина подарила ко всему этому кожаный колчан и куртку. Сестра Ира тоже готовила какой-то подарок, но пока скрывала. Впрочем, и сама она тоже скрывалась от здорового любопытства Дарьки. А когда ей надоело, то она для отвода глаз подарила сестре седло, которое было впору кошке. Близился вечер. На улице большими хлопьями повалил снег, он был похож на белых мух. Огромных белых мух. Девочки побежали играть на улицу с другими ребятами. Кстати те тоже поздравляли именинницу. Они подарили ей бесплатный снежок, шишку, перочинный нож и много всякой мелочи вроде пачки фломастеров. Хотя.. Это для взрослых эти вещи кажутся мелочью, а вот для детей – это настоящие сокровища. Для Дарины особенно фломастеры, ведь она любит и умеет рисовать. На улице было шумно, детвора и не думала успокаиваться, несмотря на сгустившиеся сумерки. Родители же, не думали их загонять домой, ведь тут, в деревне, окруженной лесом и скрытой от посторонних глаз, было безопасно. Снежки летали так быстро, что прохожие еле успевали уклоняться. А еще прямо посреди дороги стояли снеговик и снежная баба, которые держались за руки. А в другой руке у них были метлы. Баба от снеговика отличалась лишь волосами, которые сделали из соломы, и ведром с цветочками. Война снежками разгоралась все сильнее, хотя казалось, что сильнее некуда. И вот, убегая от очередного снежка, Дарька отбежала близко к лесу и залегла за сугроб, попутно делая боеприпасы. Вдруг в сумеречном лесу мелькнула тень. Из чащи вышел человек в черном плаще, который делал его похожим на ворону. Он был страшный. Не внешностью. Она как-раз-таки была даже привлекательной. Мужчина лет тридцать, светловолосый, но глаза черные, как души стражей мрака. От него шла аура страха. Безотчетного, животного ужаса. - Ну, привет, малышка. – Сказал он хриплым голосом. – Не помнишь меня? А я тебя хорошо помню. Я ведь не добрался до тебя в тот раз. Хотя... Что мне стоит убить тебя сейчас? Он засмеялся так противно и жутко. Потом вдруг резко взмахнул рукой, и тело Дарины пронзила боль. Они стала задыхаться от боли. - Нет, я не убью тебя сейчас. Это было бы слишком просто. Подождем твоего двадцатилетия, малявка. Я ведь и тогда смогу прикончить тебя. Ну все, пока-пока. Привет тебе от родителей. – Снова противно рассмеявшись, он исчез. А вот боль нет. Она как будто бы стала сильнее, будто тысячи игл пронзали тело девочки, пока, наконец, не пришло спасение в виде обморока. Очнулась она уже дома, где над ней склонилось встревоженное лицо тети Марины. - Дарина! Как же ты нас напугала. Что произошло? – Спросила тетя Марина. - Я убегала от ребят, и... – Тут девочка замялась. Что-то ей подсказывало, что о незнакомце рассказывать не надо. - Мне внезапно стало плохо. Я упала, а потом очнулась здесь. - Вероятно, переутомилась. - Да, наверное. Можно мне попить? – Хотелось перевести тему и не вспоминать о том колючем, убийственном взгляде незнакомца. - О, я сейчас принесу. – И её приемная мать вышла из комнаты. Дарина облегченно откинулась на подушку, казавшуюся ей сейчас мягче королевской. Только сейчас до нее дошло, что комната, в которой она лежи не её, а гостевая, в которой обычно ночевала Медузия. Да, точно. Вон, над кроватью, висит оживающая картина, на которой был изображен знаменитый «Девятый вал» Айвазовского. Минус этого памятника русской живописи в том, что периодически этот «вал» обрызгивал того, кто имел неосторожность встать рядом. После этого несчастный больше походил на мокрую и матерящуюся лягушку. Вдруг, Дарина ощутила непонятную щекотку в голове. Неприятное ощущение и она поспешила от него избавиться, действуя чисто интуитивно, она поставила стену. Сзади кто-то охнул. - Я смотрю, ты хорошо охраняешь свои тайны. – Раздался сзади холодный, строгий, но такой родной голос. – И видно есть что охранять, да? Ты ведь не сказала правды. Не знаю, что там произошло, но ты решила умолчать. Почему? - Это только мое дело. К тому же не хочу чтобы кто-то начал меня чересчур защищать. – ответила Дарина. - И мне не расскажешь? – В этот момент девушке показалось, что в голосе Медузии послышалась обида. Между прочим, это удар ниже пояса! Запрещенный прием. - Вам тем более. Знаете, есть такая поговорка: «Меньше знаешь - крепче спишь». Здесь же я просто не хочу никого подвергать лишнему риску. – Прошептала Дарина, почувствовав, что кто-то есть за дверью. - Дело твое. Знай, если что – мне ты можешь доверять. – Сзади что-то зашуршало. – Да, кстати, С днем рождения! Пожелаю только любви, счастья и удачи. – Она подошла к кровати, в руке была зажата коробочка, похожая на те, с которыми делают предложение. – Это – кольцо твоей матери. Я обещала его тебе передать. – Открыв коробку, женщина извлекла из нее кольцо, сделанное из серебра, но оно было не простое. Вершина кольца была сделана в виде головы кошки, держащей в зубах камень – по моим скудным познаниям – это сапфир. Глазами кошки были алмазы, которые сейчас в тусклом свете, сверкали словно звезды. - С-с-спасибо. – Девочка аккуратно взяла подарок и надела на палец. – Какое красивое... – И в этот момент эмоции полили через край и Дарина просто обняла Медузию, зная, что та все поймет. Тот день не испортил даже обморок именинницы, и день рождения был отпразднован на славу. А еще, в тот день Дарина поняла одну важную вещь. Она поняла, почему всегда так ждет прилета Медузии. Девочка просто любила, как взрослые, как в фильмах и сказках. Просто любила.