Вы так себе психолог

Парень открыл дверь. Перед его глазами открылась мечта архитектора: белые стены, несомненно дорогая мебель из тёмного дуба, светлые кресла, изысканная люстра с большим количеством деталей, стеклянные, чёрные столы и даже подвешенное кресло - кокон, такого же чёрного цвета. Антон сел на одно из светлых кресел, держащихся на тонких чёрных ножках. — Так, ты у меня... — Антон оторвался от исследования кабинета и посмотрел на... парня? ~ Нихуя себе. Он, наверное, старше меня лет на 5 максимум. Такой молодой и уже работает. ~ В кресле напротив сидел парень лет двадцати, в костюме и кроссовках. Волосы аккуратно уложены, на шее мелкая серебрянная цепочка. В проколотом ухе была небольшая сережка. Сняв очки, он кладет их в ящик под столом, параллельно что-то ища. Парень начал перебирать бумажки на столе, а наклонившись, взял под столиком на перекладине новую, чистую папку. В которой, по всей видимости, уже были напечатаны шаблоны для заполнения и введения осмотра. — Сегодня начну заполнять твою папку и параллельно слушать тебя и твою проблему. Завтра я расскажу о себе и своих проблемах, которые тоже переполняют меня. Мне не с кем поделиться ими, поэтому их будешь слушать ты, и в конце поймёшь, что всё не так плохо, — в момент речи он открыл папку и нашёл ручку, спрятанную под уймой макулатуры. — Что-то быстро вы всё решили, я, наверное, задержусь у вас, — Антон лукаво улыбнулся, он обожает портить планы другим людям. — Мальчик, у меня таких как ты за день приходит сотни. Я не собираюсь целый год с тобой сидеть, — у психолога выдался тяжёлый, нет, даже очень тяжёлый день, а Антон был последним, и, конечно же, всю злость молодой психолог сдерживать не может. — Извини, я поступил непедагогично, рассказывай, — парень выжидающе смотрел на Шастуна. — Меня зовут Антон Андреевич Шастун и... месяц назад я узнал о смерти своей мамы – человека, в котором был мой смысл жизни и, следовательно, после её смерти, смысл жить тоже умер. Осталась лишь бабушка, из-за которой я улыбаюсь, и моя... подруга, — на выдохе произнёс Шаст. Во время маленького рассказа Антона, психолог в спешке записывал что-то и перелистывал страницы. — Антон, сколько тебе лет? — Шастуну не хотелось говорить свой возраст, по непонятной причине он стеснялся его, скорее всего, из-за его роста, который не совпадает с возрастом. — Мне в скором времени 16, сейчас 15, — ради бабушки сказал он. Психолог кивнул головой, всё также утыкаясь в папку. — А как мне вас называть? — Антону было интересно узнать об этом человеке побольше, личность он, честно говоря, интересная. — Меня зовут Арсений Сергеевич Попов, ты можешь звать Арсением, — он попытался выдавить улыбку, но та вышла натянутой и усталой. Он вновь перевернул страницу и сузил глаза, явно чего-то не разбирая, либо не понимая. — Что-то не так? — выдаёт Антон и приподнимает бровь. — Нет, всё в норме, — Попов нагнулся к ящику под столом и, поднимая одну из папок, вытаскивает бархатный, чёрный футляр. Он открывает его с явным усилием, видимо тот неохотно поддаётся, и достаёт круглые очки. У Антона происходит мини-дежавю, ведь он видел их в начале. Арсений плавно надевает их. ~ Они ему очень идут, кстати. ~ — Можно поинтересоваться? — Антон не смог сдержаться и, если говорить откровенно, он в шоке от своей же вежливости. — Если ты хочешь поинтересоваться мной, то оставь это на завтра, — отрезает Попов и смотрит пронзительным взглядом, от этого по телу Антона проходит холодок. — Я понял вас, — мальчик сглатывает колючий ком, а психолог лишь хмыкает и возвращает взгляд в папку. — Я думаю, моя проблема не столь велика. Я остыну и забуду уже через... ну, год. И ваша терапия будет не обязательна. — Ты куришь, это уже признак того, что стоит оказать тебе помощь. Ты употребляешь алкоголь? — уже после первой фразы у Шастуна округлились глаза, как? Он, перед тем, как прийти к бабушке, выживал жевачек 5, не меньше, а когда сюда шёл – не курил. — Ну, только безалкогольное пиво. Арсений, как вы узнали что я курю? — всё же любопытство Антона когда-то выйдет ему боком, но это будет потом. Жить будущим – это как пытаться спрыгнуть с окна, а потом жалеть – именно этого девиза придерживается Шастун и живёт настоящим... По крайней мере, жил... — Это видно по жестикуляции и глазам, да и твоя одежда пропитана этим ужасным запахом. Но не волнуйся, я отучу тебя и от сигарет, и от пива. — Сомневаюсь, — Антон грустно улыбается, он бросил бы и сам, но именно это и помогает ему.

***

Спустя длинные для Арсения, но короткие для Антона 20 минут, они уже закруглялись. Попов позадавал Шастуну пару вопрос для заполнения папки, подписал её перманентным маркером, а точнее каллиграфическим почерком вывел его фамилию. Когда Арсений уже закрывал кабинет, а это было минут через 10 после окончания сеанса, он увидел сидящего на диване Антона, который чуть ли не спал, а в руках был телефон. Ну, как в руках, скорее на ногах рядом с рукой. — Антон, — Арсений аккуратно потряс его за плечо, парень приоткрыл глаза. Попов стоит перед Шастуном в красивом пальто кофейного цвета, который дополняет его чёрную рубашку и серые брюки. Антон окончательно пришёл в себя спустя минуту после открывания глаз, рядом с ним сидит Арсений и пытается его разбудить. — Чего ты домой не идёшь? — он посмотрел на парня, пытающегося впихнуть телефон в карман бомбера так, чтоб тот не выпал. — Я действительно засиделся. Извините, — он встал и попрощался с Арсением, кинув самое обычное «бай». Ну, по крайней мере, в его речи это обычно.

***

Шастун вышел через автоматическую дверь на улицу. Недавно пролил дождь и было довольно прохладно. Антон стал пытаться найти в телефонной книжке контакт «бабуля». Через некоторое время он наконец находит его и набирает. — Алё, ба. Можно сегодня у тебя переночевать? — спросил Шаст, пытаясь прикрыться от нового моросящего дождика. — Конечно, приезжай, — Антон даже смог почувствовать бабушкину улыбку в словах. Он сбросил трубку добавив «скоро буду» и побежал на остановку.