108,8 FM

-Но в палате душно! Давайте я открою окно,- упорствует пожилая въедливая медсестра. -Нет, спасибо, я боюсь сквозняков, знаете ли. И вообще я спать сейчас буду,- прозрачно намекает Леви на потребность очистить помещение. Старушка фыркает и уходит, оставляя после себя тяжелый больничный запах. -Тьфу, мелкая,- распахиваются ставни.- Я уж думал, не удержусь,- в комнату лезет Редфокс с черным гитарным чехлом за спиной и протягивает букет ромашек. -Нет, не то,- хихикает девушка, натягивая до подбородка одеяло и глядя, как белые цветы осыпаются лепестками у дальней стены. -Ну, ты как не девушка, блин,- расстроено восклицает парень, усаживаясь на кровати. -Почему же? Я люблю цветы,- хитрый взгляд шоколадных глаз. -Ага, вот, только, какие? Не скажешь?- синие пряди из стороны в сторону.- Фиалки? Тюльпаны? Орхидеи?- Леви морщит нос. -Фу, они так воняют. -Орхидеи не пахнут, мелочь. -А ты откуда знаешь? Ты тайный любитель экзотических цветов, что ли?- Гажил фыркает, но отвечает. -Моя мама очень любила цветы и даже держала небольшой магазинчик. Она была страстным флористом, если честно. -Была?- голос МакГарден совсем тихий. -Она умерла. Когда мне было семь лет,- короткие, рубленые фразы дробящей тяжестью оседают в воздухе, и сразу вспоминается, что за окном темно и холодно, и что жизнь имеет вредную привычку заканчиваться. -Прости, я не знала,- Гажил вздрагивает от легкого прикосновения и переводит взгляд на свою ладонь. Маленькая рука девушки невесомо поглаживает ее, успокаивая. Такая хрупкая, по сравнению с его лапой, которую методично обнюхивает запрыгнувший на кровать кот. После той ночи бродяга ни на секунду не оставлял парня. Редфокс и не знал, что коты могут ездить на мотоцикле и дышать сигаретным дымом. -Кошак, проваливай,- только рука протягивается, чтобы схватить несносное животное за шкирку, Леви подхватывает нарушителя спокойствия и принимается чесать за ухом. «Я, может, тоже так хочу»,- Гажил трясет головой, избавляясь от сумасшедших мыслей. -Ты что, еще имя ему не дал?- возмущается она, в ответ на что парень чешет затылок с растерянным видом. Кажется, он даже не знал, что котам положено давать клички. МакГарден поднимает черное животное на уровень глаз и задумчиво вертит из стороны в сторону, пока Редфокс вспоминает свои жалкие попытки хотя бы подвинуть наглеца с постели без получения причудливого узора от его когтей. -Лили,- твердо произносит мелкая, сдувая волосы с глаз.- Подержи,- передает парню кота и роется в тумбочке, открывая двум плотоядным взглядам красивую шею с коротким синим завитком волос и маленькую трогательную родинку на плече. -Какое-то бабское имя,- презрительно рассматривая нового домашнего любимца, возмущается Гажил. -Ничего не бабское!- Леви подвязала волосы лентой, и теперь они не скрывали лоб и не лезли в глаза.- Вот послушай,- она придвигается поближе, мало обращая внимания на ошарашенное лицо байкера, с которым никто еще раньше себя так не вел. -Сидеть,- шипит он вырывающемуся коту и машинально гладит того против шерсти. -У одного шумерского царя, не буду называть имя, оно тебе все равно ничего не скажет,- щебетала МакГарден, пока осунувшийся парень ковырялся в своей душе,- был огромный, антрацитово-черный барс. Он ходил по дворцу, где хотел, наводя священный ужас на слуг и гостей. Когда царь принимал послов, барс лежал в золотом, массивном ошейнике у подножья трона и временами широко и лениво зевал. А потом хозяин отправился на войну и оставил его дома, не желая терять верного слугу и не веря в его силы. Маленький отряд с царем окружили, истребили охранников и солдат, когда появился барс. Он возник в темноте, в свете полной луны его шкура серебрилась, как драгоценные ткани,- голос мелкой убаюкивал, по крайней мере, Лили уже спал, свернувшись теплым калачиком на коленях Редфокса, которого тоже клонило в сон. Парень не выспался и очень устал, поэтому глаза непроизвольно слипались, поэтому рассказ звучал все тише, откуда-то издалека, сквозь толстый слой ваты. -А я вот голубой цвет очень люблю, точнее, лазурный, знаешь, я бы даже стены в комнате покрасила, только парень, у которого я ее снимаю, не разрешает. Ты что, спишь?- внезапно обрывается мягкая речь. -А? Что? Нет, не сплю,- подрывается Гажил. С колен с тихим, но протестующим мявом падает кот. -Ага, ты просто медленно моргаешь,- уязвленная Леви поворачивается спиной, основательно обидевшись и ворча под нос про неблагодарных и необразованных рокеров. -Ты меня совсем не боишься, что ли?- вышеупомянутый рокер опрокидывает наглую девушку на кровать. Лицо близко, нарушая личную территорию, пресекая все границы. Больше хрипотцы в голос и сузить глаза.- Ты совсем не боишься, мелкая? МакГарден сглатывает упрямый комок в горле и мотает головой, задевая волосами губы Гажила. -А чего тебя боятся? Ты ведь просто обиженный ребенок,- шепчет она, разрываясь от желания отвернуться, зарыться в подушку и продолжать смотреть в темные глаза.- Но ты скоро повзрослеешь. -Я уже повзрослел,- первым не выдерживает поединка взглядами Гажил. За окном воет ветер, неприветливый, хмурый. В комнате душно и воздух тяжелый, кружит голову вместе с близким человеком. -Иди спать, мелочь,- бросает он и отворачивается, упираясь руками в кровать, чтобы подняться. -Подожди,- маленькая ладонь цепко хватает рукав кожаной куртки.- Ты до сих пор не извинился. Тшшш,- палец ложится на губы, перекрывая рвущиеся наружу слова.- Букет цветов, которые я не люблю не считается. Спой мне, Гажил. «Спой мне, Гажил»,- смеется высокая женщина с длинными смоляными волосами. Тяжелая коса дергается в воздухе вслед за плавными движениями танца. Металликана танцует, мальчик поет. Казалось бы, что удивительного в словах? Что удивительного в этой миниатюрной девушке? С ней легко, как ни с кем другим. Она его не боится, не пресмыкается перед ним и не мечтает затащить звезду в постель. Она простая, и в тоже время такая сложная. Ее улыбка цепляет железное сердце на алмазный крючок. «Я не спал, мелкая. Я прекрасно помню, о чем ты мечтаешь». Струны у гитары жесткие, если просто провести по ним пальцем, звук тонкий и дребезжащий. Как его душа, слова из которой в кои-то веки рвутся наружу бурным потоком. Надо же, он нашел свою музу, которая сейчас тихо свернулась под одеялом и смотрит из-под пушистых ресниц. (Stone Sour - Wicked Game) The world was on fire and no one could save me but you... Мир был в огне, и никто не мог спасти его, кроме тебя It's strange what desire will make foolish people do. Странно то, что желание делает людей глупцами I never dreamed that I'd meet somebody like you. Я никогда не мечтал о том, чтобы встретить кого-то вроде тебя And I never dreamed that I knew somebody like you. И я никогда не мечтал, что познакомлюсь с кем-то вроде тебя. Он вообще ни о чем не мечтал. Просто шел своей дорогой, прямой, как его характер. Зачем лгать и унижаться? Зачем попусту тратить слова и драгоценное время, если его и так отпущено не много? Он убедился в этом, когда мама умерла. Умерла в разгар работы над новым альбомом, довольная жизнью и сыном, работой и своим магазином. На ее могиле было множество цветов. Белые лилии и красные розы, словно ее жизнь и ее любовь, чувство, которое он зарекся испытывать. No, I don't want to fall in love. Нет, я не хочу влюбляться No, I don't want to fall in love. Нет, я не хочу влюбляться With you. With you... В тебя. В тебя… Как это – любить? Одни говорят, что это прекрасно, что жизнь словно рай. Другие утверждают, что это больше похоже на безумство ада. Но он поет не об этом. Он не знает, как это – любить. Но разве надо это знать, чтобы сердце стучало? Чтобы чувствовать, знать не обязательно. Необязательно подбирать колыбельную, чтобы убаюкать человека. Необязательно верить закрытым глазам. К тому же, веки так разоблачающе дрожат. What a wicked game to play, to make me feel this way. Что за злая игра – заставлять меня чувствовать себя так. What a wicked thing to do, to let me dream of you. Что за злодейство – позволять мне мечтать о тебе. What a wicked thing to say, you never felt that way. Что за злодейство – говорить, что никогда не чувствовал. What a wicked thing to do, to make me dream of you and, Что за злодейство – заставлять меня мечтать о тебе и… Однажды в жизни появится кто-то, с кем тебя молча столкнет судьба. Впечатает лицами друг в друга, запрет в тесной кладовке, пока вы не поговорите. Пока не осознаете, что от судьбы не денешься, ей плевать, что он психованный рокер, а она скромная девушка, что до безумия любит читать. Как минимум сумасшествие у них общее. Как минимум сил у судьбы хватит. Она заставит любить. Ему останется просто смириться. No, I don't want to fall in love. Нет, я не хочу влюбляться No, I don't want to fall in love. Нет, я не хочу влюбляться With you. With you... В тебя. В тебя… Мелкая спит, укутанная в одеяло. Окно закрыто, следы забросаны мерзлой землей, гитара в чехле стучит по спине. Черный, как ночь вокруг, кот шипит, сидя на руле мотоцикла, владелец которого так же шипит в трубку телефона, выясняя интересующий его адрес. Плавно вдавить педаль газа и отнюдь не плавно стартануть. Резко нажать тормоз и медленно остановиться. Гажил любит такие мотоциклы – с характером, вредным и упрямым, как у него. Пятая квартира и обитая клеенкой дверь, без малейших признаков звонка. Переглянуться с котом и с размаху врезать тяжелыми берцами по хлипкой преграде. Подождать немного и повторить свой маневр, пока не откроют. Врезать полуголому парню с темными волосами, так, для профилактики, с сарказмом извинится и поставить в известность, что это не вор и не грабитель, а просто маляр. Почему ночью? Срочный заказ. Предупредить, что будет, если владелица комнаты узнает о ночном госте, наслаждаясь логичным и подзабытым вкусом страха. Попросить стопку газет и молча закрыть дверь. Все стены в фотографиях, все стулья в книгах. На столе, на полу, на подоконнике – баррикады из фолиантов. По одной, наклоняясь и читая названия, составить на пустующую книжную полку. Осторожно, рассматривая содержимое, снять фотографии. Леви веселая, Леви грустная, Леви с друзьями и одна. Просто города, просто люди, обложки альбомов и киноплакаты. Аккуратно, не расколотить стекло и завернуть в бумажную обертку. Кисть тяжелит руку, широкая и колючая. Банки с краской должно хватить на четыре стены. Ее и хватает, когда парень выскальзывает из квартиры, из распахнутых окон выплывает удушливый запах свежей краски. Голубой, точнее, лазурной.