Ты — мой мир

Выходные. День, когда Дазай посмотрит в глаза своему главному страху. День, когда юноша сможет заглянуть в себя и прочувствовать режущую боль вновь. Как бы тяжело не было, сбежать – не выход. Юноша уже собрался и вышел из дома, не забыв обработать свежие раны. Он снова не спал всю ночь, но, на этот раз, из-за раздумий по поводу встречи, и не только с некогда другом, но и с прошлым, от которого несколько лет пытался безуспешно скрыться. Осаму подходит к назначенному месту, небольшому кафе около сквера, и одергивает рукава. Кажется, это становится дурной привычкой. Парень пытается успокоиться, чувствуя, как легкие медленно сдавливает от волнения. Что-то подсказывает, что все пойдет не так. Он заходит в здание и оглядывается по сторонам. За дальним столиком, у окна, все уже в сборе и ожидают только Дазая. Ацуши, завидев друга, машет ему рукой и улыбается. Чуя отводит взгляд, найдя что-то очень интересное в рассматривании стен. Акутагава просто кивает в знак приветствия и незаметно толкает в бок Накахару, который напрочь игнорирует жест друга, но осторожно потирает место, куда пришёлся удар локтем. Осаму садится напротив Акутагавы, рядом с Накаджимой, и здоровается со всеми. Сначала разговор не шел и был каким-то неловким, но после нескольких минут парни нашли тему для беседы и уже более свободно себя чувствовали. Дазай, увидев, как Ацуши и Рюноске неоднозначно переглядываются и мило улыбаются, незаметно ухмыляется и, как обычно, проваливается в сознание. Именно из-за этого юноша не замечает внимательный взгляд светлых глаз на себе. Чуя, хотя и пытается отрицать это, скучал. Их общение так резко оборвалось, что осознание пришло далеко не сразу. Накахара любуется. После стольких лет он, наконец, может рассмотреть его. Захотелось дотронуться до любимых каштановых волос, провести пальцами по острым скулам, утонуть в карих бездонных глазах... Чуя опускает взгляд на руки Осаму. Длинные, слишком изящные пальцы, стертые до мелких ссадин костяшки. Тут юноша замечает небольшой кусочек свежего бинта, торчащий из-под рукава объемного худи. Накахара опасливо закусывает губу. Неужели..? – Ты в нем дыру просверлишь, – Чуя вздрагивает, услышав тихий голос над ухом. – Вам нужно поговорить, – утверждение. Парень это и сам понимает. Акутагава переводит взгляд на Ацуши и лукаво подмигивает. Последний, в свою очередь, слегка краснеет и глупо улыбается. – Дазая, Накахара, мы отойдем ненадолго? Вы же не против? – Накаджима мнется и неуверенно смотрит на парней, которые еще не до конца поняли смысл сказанного. Рюноске хватает светловолосого на руку и двигается в сторону выхода. Дазай и Накахара остаются один на один.

***

–  Ты уверен..? Дазай же меня убьет. – Ацуши нервно поджимает губы и замалывает пальцы. – Тигр, успокойся, – Акутагава осторожно приподнимает подбородок товарища и с нежностью смотрит в глаза. – Им необходимо остаться наедине, – короткое молчание. – Да и нам тоже.

***

" – Что? Ацуши, что за шутки?! Рюноске, это же твоя идея. Знаю тебя слишком долго, мог и догадаться." Дазай растерянно смотрит по сторонам, не зная, за что зацепиться. Накахара, прекрасно понимая намерения друзей, выдыхает, смирившись, и начинает вновь настойчиво сверлить взглядом парня напротив, будто ожидая чего-то. Осаму, давно уставший от угнетающего чувства, мысленно бьет себя по лицу и неспеша поворачивается к рыжеволосому. Беззвучный диалог идет около минуты. – Дазай, нам давно пора прояснить кое-что, – Накахара резко обрывает привычную тишину, царившую за их столиком. Грубый голос, но даже в нем Осаму смог уловить легкую дрожь. – Ты прав, – кареглазый, на самом деле, рад разговору без посторонних. – В тот день... Осаму запинается. Сколько раз он прокручивал этот диалог в голове? Каждый день, каждую ночь. Но сейчас все слова будто куда-то исчезли. Парень нервно перебирает край рукава худи. Почему-то этот жест вызывает чувство тревоги у собеседника, и тот осторожно дотрагивается до пальцев кареглазого. По всей руке будто проходит электрический ток. – Честно, мне плевать на то, что ты там собрался говорить. Ответь только, зачем?.. – Накахара выжидающе смотрит в глаза. – Чуя... – от произнесенного по спине пробегают мурашки. Как же давно Осаму не произносил его имя. – Это была ошибка. В тот день... Я не хотел говорить всего этого. Я пытался просить у тебя прощения, но ты меня просто игнорировал. Это только моя ошибка. И я... сорвался, – Дазай громко сглатывает. В ушах эхом отдается собственное серцебиение. – Если сможешь, постарайся простить. А я, в свою очередь, исчезну из твоей жизни. Только попроси. Глаза Накахары начинают бегать по лицу собеседника в поисках каких-то ответов. Почему Дазай это говорит? Неужели, он не хотел бы вернуть общение? Он хотел лишь... прощения? Ради этого он так упорно пытался заговорить с рыжеволосым, но потом бросил эту затею из-за полного игнорирования в свою сторону? Чуя не понимает, что творится в голове у кареглазого. Накахара прикрывает веки и на долю секунды задерживает дыхание. Он давно его простил. Но он не смог простить себя. Парни совершили грубые ошибки, но не смогли их исправить своевременно. Сейчас это переросло в давнюю обиду. На себя, в первую очередь. – Я попрошу, – Чуя с вызовом уставляется на юношу. Дазай перестает дышать. – Но не об этом. Осаму приподнимает одну бровь и непонимающе заглядывает в глаза. – О чем же? – Не делай это, – парень потупил взгляд, совсем не понимая, о чем речь. Рыжеволосый поясняет. – Не смей резаться. Юноша округляет глаза. Его начинает мелко трясти. Он увидел? Догадался? Но как? – С чего такие выводы? Не думай, что ты все обо мне знаешь. – Что, если я скажу, что знаю все? – Чуя хитро ухмыляется, садится рядом и близко притягивает Дазая за руку, на которой заметил бинты. Лица находятся на минимальном расстоянии друг от друга. Осаму в безвыходной ситуации без малейшего понятия, что делать. Накахара, не отводя взгляд от прекрасных черт лица товарища, закатывает рукав чужого объемного худи. – Бинты. Просто так? Кровь тоже? – позже шепотом добавляет. – Что ты скажешь на это, Осаму? – рыжеволосый сладко протягивает имя, будто пробуя его на вкус. Сердце пропускает удар. Чуя всегда знал слабое место друга. И в этот момент решил не упустить шанс. – Тебе-то какая разница? – Дазай находит в себе силы одернуть руку и отстраниться. – Тебе не кажется, что ты лезешь не в свое дело? Ухмылка с лица Накахары спадает, и он, прикусив губу, отворачивается. – Нет, не кажется. Я всегда беспокоился о тебе, каким бы придурком ты не был. И до меня есть дело, что происходит. – Да, не спорю, я придурок. Но ты тоже хорош. Почему игнорировал? Избегал, а потом и вовсе пропал на какое-то время. Чуя не находит, что ответить. Дазай прав. Он не стремился встретиться с другом, не хотел поговорить и обсудить все, как нормальные люди. Он закрылся в себе и спрятался в собственном маленьком мирке. – Я понял. – от этих слов Чуя начинает паниковать. Нет-нет-нет. Не смей повторять моих ошибок, чертов Дазай! Кареглазый собирается поднятся из-за столика и уйти подальше от прошлого. "Сбежать?" – внутренний голос противно отдается эхом в сознании. В последний момент Накахара хватает парня за запястье и тянет назад. У Осаму нет сил сопративляться, и он садится обратно. – Тебе есть, что сказать, Накахара? Чуе хочется проснуться от этого кошмара. Он мечтал, чтобы это все был страшный сон. – Да. Рыжеволосый хватает Дазая за подбородок и притягивает ближе. Нежно проводит большим пальцем по потрескавшимся губам. Осаму уже сбился со счету, сколько раз он задыхался в присутствии этого рыжего черта. – Не смей, слышишь? Не смей просто так уходить, как сделал я в свое время. Кареглазый тихо усмехается: "Да неужели?", но не находит, что ответить. Чуя задерживает взгляд на чужих губах, но вовремя останавливает себя и прочищает горло. Слишком много чувств возникает при близком нахождении с этим идиотом. Кажется, Дазай ощутил то же самое, но не показал вида. – Где носит эту сладкую парочку? – Осаму решает сменить тему и осматривается. – Именно, что парочку, – Чуя усмехается и глядит на собеседника. – Акутагава мне все уши прожжужал про Накаджиму. – Думаешь, они..? – Кто знает, кто знает. Но ты и сам видел, как они смотрели друг на друга. – Но ведь они недавно познакомились. Так? – Дазай хмурится. – Не совсем, – Чуя закидывает ногу на ногу. – Они знакомы дольше, чем нам кажется. Их тоже связывают некоторые обстоятельства, но какие, я не знаю. Акутагава предпочитает молчать. – Вот ведь... И где их теперь искать? – Осаму раздраженно растирает виски. – Нам их точно необходимо искать? – Накахара искренне пытается доброжелательно улыбнуться, и выходит не так уж и плохо. Он явно не привык к такому действию. – Сходим на наше место? Дазай опасливо щурится от подобного предложения, но соглашается.