Глава 47.
19 июля 2014 г., 07:01
По тропинке поднимались три человека. Двое были викингами, а третий - как не из их ансамбля. Тот был полностью облачён в доспехи и с длинным, выточенным мечом, который скрывался в ножнах, на которых можно было разглядеть королевскую гравировку. Они услышали рык дракона и вытащили оружие наготове.
Перед семейством драконов встали люди в полном свете: один - юноша в доспехах; второй - слегка постаревший мужчина средних лет, низкорослый и слегка сгорбившийся в спине; а третий - молодой парень лет пятнадцати.
Дракониха рычала на них глядя снизу вверх, что бы отвлечь всё внимание и люди не догадались, что в пещере ещё кто то есть.
- Рычишь? - ехидно высказал старший викинг. - Ну рычи , рычи - не долго тебе осталось.
Потом, мужчина повернулся к викингу младшему и сказал:
- Запомни, сын, это - ночная фурия. Не очень опасная тварь, если обессилена. А если она в полном расцвете сил, то считай, что ты мертвец.
- Уважаемый, я думаю, мы нашли как раз то, что мне нужно. - сказал парень в доспехах, проанализировав слова старца.
- Да, верно, будущий принц. - викинг старший сел на корточки и потрогал голову дракона. - За эту голову тебе обязательно отдадут принцессу.
Дракониха лишь тяжело дышала.
- Давай, Эрсэн. Доставай меч у рыцаря и руби..
Zik не выдержал и выбежал на защиту. Он встал между мамой и Эрсэном, что замахнулся. Дракончик пытался рычать так громко, насколько это было возможно, но...
Люди не испугались его, а просто начали смеяться. Пятнадцатилетний Эрсэн даже опустил меч. Zik был размером с голову взрослой ночной фурии.
Когда смех отступил, зрослый викинг взял Zikа за кончик хвоста и спросил: - Это что у нас тут выбежало, а?
Zik только извивался, пытаясь выскользнуть из его руки. Вдруг, дракончику удалось больно укусить за руку викинга, на что тот выпустил из рук малыша, и малыш больно ударился об пол.
- Ну зачеем ты его так? - издевательски спросил Эрсэн. После чего, он, последовав примеру отца, так же взял Zika за хвост и смеялся от того, как рептилия быстро извивается, пытаясь выбраться из человечьих рук.
- С этим что? - поинтересовался рыцарь.
Взрослый викинг слегка перекривил лицо и сказал:
- Да ничего. Он, в одиночку, всё рано подохнет. Сын, выбрось эту пакость. - с брезгливостью помахал мужчина руками.
Эрсэн послушно выполнил просьбу, сильно сжав кончик хвоста Zikа и бросив его в сторону пещерной лавы - той самой.
Дракониха лишь слабо рычала. Она хотела защитить своё чадо, но силы покинули её..
Zik больно ударился о твёрдый пол из природного камня пещеры. Его маленькое тело упало у самого краешка смертоносной жидкости. От появившейся вибрации, лава слегка всплеснула и.....
Капли ужасного тепла лавы, обрызгали его тело сверху, он успел зажмуриться, но.... Горячая лава прожгла большую часть его детской драконьей кожи до красного мяса.... В этот момент он взвыл от боли.
Придя в себя, после болевого шока, он увидел то, что потом не сможет забыть всю оставшуюся жизнь:
Острый, сверкающий на солнце меч, быстро опускается на шею драконихи. Он легко пронзает чёрную шею дракона, отделяя кости шеи от костей тела.. Эрсэн кладёт в ножны рыцаря кровавый меч. Голова ночной фурии откатилась слегка в сторону.....
От увиденного, у Zikа на чёрные глаза накатились горькие слёзы. Ему так же было ужасно страшно от увиденного... Боль, что он только что перенёс от лавы, казалась ему такой глупой и никчёмной, по сравнению с той, что он увидел только что..... Смерть матери на его глазах.... Теперь он - сирота.....
Он поднял глаза, полные слёз, что бы увидеть убийц и их последующие действия.
Рыцарь дал по небольшому мешку с чем - то звучащим, каждому из викингов, а те, в обмен отдали ему большой мешок, уже пропитавшейся кровью убитого зверя.
Тело ночной фурии осталось лежать обезглавленным...... Оно ещё продолжало выпускать кровь наружу. Холодный каменной пол пропитывался красной жидкостью.
Люди стали уходить. Zik заметил, как один, перед уходом, улыбнулся и помахал ему рукой, будто ничего не произошло. Это был Эрсэн.
В тот момент, Zik впервые стал понимать - что такое ненависть. И как быстро страх может перетечь в ненависть, если есть на то причина..