Любовь с привкусом смерти

      Под лунный свет зимнего вечера платиновые волосы, которые при этом холодном свете казались слегка синими, раздувались легким ветерком и из-за этого были немного лохматые. Эта лохматость давала понять, что ее обладатель провел на астрономической башни уже достаточно времени, чтобы его зубы стучали от холода, а глаза слезились. Но слизеринский принц продолжал стоять, несмотря на все неудобства, и глядел вдаль, словно думал, что где-то там вдалеке он увидет ответ на вопрос который его мучил уже целый вечер. Он не знал сколько прошло времени, но знал, что возможно девушка, о которой он сейчас думает, потеряла его и уже идет сюда. Она знала, что после собраний он часто сюда приходит, ведь он не мог переварить все мысли, что его сейчас тревожили. Башня однозначно в этом помогала.       Сегодня было очередное собрание пожирателей смерти, на котором их возглавитель дал первый указ для Малфоя младшего. Лорд Волан Де Морт поручил Драко привести к нему её. Привести к нему ту девушку, которая, он был уверен в этом, идет сюда. Также он был уверен в том, что она несет ему что нибудь перекусить, ведь ужин он пропустил, а в гостиной слизерина так и не появился. Ужин он пропустил из-за того, что был на собрание, а гостиную до сих пор не пришел так как был на астрономической башне, это все очень логично и предсказуемо.       Мина шла по темным коридорам Хогвартса и ее черные, слегка кудрявые волосы, которые были до талии, поднимались вместе с ветром, который создавала она из-за того что шла нелегким шагом, а слегка бежала. Сердце в своей груди она не слышала, так как его стук заглушал стук ее черных, на толстой ножке туфель об холодный хогвартский пол. Лестницы на пути были нескончаемыми, и возможно, если бы не цель до которой она сейчас шла, то она бы уже заблудилась. У неё такое бывало, она ужасно ориентировалась в местности, но когда у нее была цель, до которой нужно дойти она могла бежать с закрытими глазами, и не пропустит ни один поворот. В ее руках был пакет в котором лежало три бутерброда с маслом и мясом, она всегда обожала этот перекус, но сейчас они были не для нее, ведь она знала что он их тоже обожает, потому что она любит их.       Он любил в ней все, и он ее ненавидел. Он любил ее улыбку, и ненавидел когда эта улыбка улыбается не ему, он любил ее волосы и ненавидел когда он не мог их потрогать, потому что они проводили мало времени на едине, он любил ее руки и ненавидел когда эти руки здороваються с ее друзьями, потому что его друзья настолько пошлые, что представляют ее без одежды даже когда она отвечает на уроке, он любил ее серые, почти черные глаза и ненавидел когда в этих глазах были слезы, слезы которые текут по ее лицу из-за него. Он обожал ее тонкую и изящную шею на которой он редко, но оставлял свои горячие поцелуи, и ненавидел, когда она разрывает свои связки из-за криков, которые принадлежали ему. И в конце концов он обожал ее губы, обожал эти чертовы мягкие и алые как кровь губы, обожал их целовать и кусать тогда, когда они все же находили свободное время для того, чтобы побыть на едине, и ненавидел, когда она кусала эти мягкие как шелк губы, ненавидел когда на этих губах появляется эта чертова ухмылка, ненавидел когда понимал, что эти губы целовал Блейз, так как он был глуп и не понимал как сильно ее любит. —Драко? Ты здесь? Хотя, что за глупые вопросы конечно ты здесь, — последнее предложение она проговорила почти шепотом, — Я тебе принесла покушать, возьми пожалуйста.       Зачем она так делает? Зачем она говорит про эту еду если она понимает, в каком состояние он приходит на Астрономическую башню. И все же он как всегда ничего ей по этому поводу не скажет, ведь у него в животе действительно пусто и возможно еда отодвинет все мысли на второй план. Но все же на второй план, а не уберет полностью.       Он слышит, как ее каблуки подходят ближе и ближе, но все же останавливаются и он начинает чувствовать аромат ее духов, которые теперь забивали все его мысли. Она поворачивает голову на него и видит, что из его глаз текут слезы и что самое ужасное, она не может понять, это слезы из-за холода или он и в правду дал волю своим чувствам. Она ничего не говорит, а просто медленно протягивает к нему свою руку, будто боялась, что он ее оттолкнет, и большим пальцем вытирает холодные, как лед слезы. Это странно, ведь на таком холоде они должны были застыть, и сейчас она понимает что это слезы какого-то чувства, потому что слеза забрала все чувства и вышла наружу, делая барьер для мороза, который так и норовит сделать больно хозяину этих слез.       Ему хочется увидеть ее и он поворачивает голову в тот момент, когда ее палец проводит по его скуле. На ее лице он видит маленькую озабоченность и непонимание. Но это не имеет значение. В маленький промежуток времени он преодолевать рукой расстояние рукой до пакета и ухмыляется, ведь он на это и расчитывал.       Она достает перекус из пакета и протягивает ему, пока он смотрел на нее. Когда кусок бутерброда был уже во рту он почувствовал как по ему телу тут же проходит тепло, ведь еда была еще теплая. —Он дал мне задание, — спустя некоторое время молчания говорит обладатель платиновых волос.       Мина слегка повернула к нему голову и заметила как по его лицу стекает еще одна слеза. Она зачем то посмотрела на то, в чем он одет: как всегда чистые до блеска туфли, выглаженные до единой складки брюки, также как белоснежная рубашка и мантия, галстук слегка выглядывал из-под мантии и было не сложно догадаться, что он был ослаблен. Мина всегда восхищалась его видом, Драко каждый учебный день одевался как на официальный приём, хотя, сама же она ничуть по виду не отличалась от него: чистые черные туфли на среднем каблуке, юбка, белоснежная рубашка, туго завязанный галстук и поверх этого всего мантия с зелеными тканными вставками. Она как и он была на слизерине. Мина обожала зеленый цвет, даже на святочный бал два года назад она пришла в строгом шелковом зеленом платье и подвеской с изумрудным камнем, смотря на нее можно было сразу сказать, что она слизеринка от пальцев на ногах до макушки, но это не так. Она любила свой факультет, любила одногруппников, любила зеленый цвет и все что с ним связано, но при всем этом она ненавидела все стереотипы, что строят смотря в сторону слизеринцев. В сторону магглорожденных она даже не смотрела, да, она считала что они не достойны жить и ходить по этой земле, но она и не отрицала что великим волшебником можно стать и с такой «чистотой» крови, взять даже Грейнджер, она считала ее несмотря на ее кровь, равной себе, так как по способностям где-то она превосходит саму Миру. —Он приказал привести тебя к нему, он думает, что ты пригодишься ему, так как ты анимаг, если я этого не сделаю он пообещал убить мою мать, — развернувшись всем корпусом к ней сказал Драко и посмотрел в ее глаза, под которыми были небольшие синяки от недосыпа, — Мина, я не знаю что мне делать. Он ведь убьет тебя после того как использует тебя в своих целях, потому что он не позволит тебе просто уйти, я же не переживу этого. Также я не представляю что будет если он убьет мою мать из-за меня. —Мы… Мы что нибудь придуем, я тебе обещаю. Посмотри на меня, — Драко поднял свой взгляд и посмотрел прямо в ее глаза, — Сколько он тебе дал времени на выполнение? —Две недели.       Девушка смотрела в его глаза и видела насколько он сломлен. Когда Темный Лорд его выбрал он рассказал ей только через неделю, всю неделю же он ходил с таким видом, как будто на него напала куча дементоров одновременно, ей пришла записка от него: «Извини что я от тебя отдалился, у меня в семье произошли кое какое затруднения, я хотел попросить тебя не приближаться ко мне, пока все не уладится. Ты тут не причем, позже все расскажу». Он боялся причинить ей вред, он хотел вообще разорвать с ней все отношения, чтобы Темный Лорд о ней не узнал, он пытался защитить её, он перерыл всю библеотеку в поисках того, как можно переделать свои воспоминания, чтобы он не смог узнать о ней. О Мина, зачем же ты рассказала Малфою младшему о том, что ты владеешь анимагией, ведь именно из его воспоминаний он узнал о тебе, о твоих слабых местах, он узнал о тебе все       Черноволосая девушка и юноша с платиновыми волосами так и простояли очень долгое время вдвоем на Астрономической башни где их мало кто найдет да и вообще их никто искать не будет, потому что ни он, ни она никому не нужны. Они простоят в обнимку, она будет гладить его по голове, он будет гладить ее по спине, и оба будут думать об одном. Об их будующем