Вечер пятницы.

Шум на улицах города поднялся на свой пик, ведь все выбегают из своих офисов, убегают со школ и несутся скорее домой, чтобы оказаться в тепле и уюте. Чтобы укутаться в плед, сесть за просмотр любимой телепрограммы и забыть о этой суете будничных дней, погружаясь в домашнюю сонливость и спокойствие. А кто-то, возможно, скорей-скорей несется домой, чтобы переодеться в открытый наряд, прыгнуть в такси и оказаться среди толпы незнакомцев на мерцающем танцполе, веселиться всю ночь напролет, слушая громкую музыку и обжигая свое горло раз за разом алкогольными коктейлями для пущего веселья. Все спешат и торопятся к тому самому комфорту, убегают из душных помещений, сбивая всех на своем пути и даже не извиняясь. Но лишь он не знает как ему быть дальше. Куда податься? Ради чего жить дальше? Все эти людишки с высоты многоэтажного дома кажутся такими маленькими, почти нереальными, словно игрушки, управляемые умелыми руками кукловода. Шум с улиц доносится лишь частично, создавая ощущение отстраненности. Тонкие и длинные ножки свисают с края крыши, устремляясь вниз стопами, а ботинки на них так и норовят упасть на головы бедным куколкам снизу, поэтому Феликс снял их, чтобы не дай господь испортить настроение кому-то еще кроме себя. Слезы уже привычно катятся по опухшим щекам парня, красные глаза изучают вид дома напротив: люди там такие доверчивые, что не закрывают окна плотными шторками, из-за чего отстраненный взгляд Ликса падает на их будничную суету. Кто-то ругает своих отпрысков за разрисованные стены на кухне, в другой квартире девушка танцует в разных нарядах перед огромным зеркалом во весь рост, а в третьей старый дедушка тихонько ковыляет от кресла к телевизору, чтобы хорошенько ударить его тростью за такую плохую работу. Но взгляд Ли задерживается на квартирке, в которой царит домашняя, уютная и такая знакомая атмосфера, хоть теперь она и отдается в сердце колким невыносимым чувством, которое заставляет слезы литься новым потоком. Парень и девушка мирно сидят на диване, задорно смеясь. Они греются в объятьях друг друга и играют с пушистым белым котом, который старательно пытается победить хозяев. Это ощущение домашнего тепла тонким лезвием разрезает душу, а их улыбки и нежные прикосновения выворачивают внутренности наружу, обдавая холодным осенним воздухом. В глазах мутнеет, стук в висках усиливается, заглушая прочие шумы и звуки, а в голове возникают воспоминания прошлогодней давности. /// Возвратившись домой после учебы, Феликс скидывает сумку с плеча и с звонким смехом падает на пол, принимая в свои объятья черно-белую собачку. Она безумно рада приходу хозяина, гавкает и облизывает парня выдавая свои эмоции на полную. Из-за поворота появляется заспанный блондин с растрепанными волосами, в черных шортах и голубой футболке, которая больше его в два раза. Он лениво шагает по коридору, потирая сонные глаза, пока неожиданно не оказывается в цепкой хватке парня. — Хён, ты только проснулся? — на ушко шепчет Ликс, обдавая теплым дыханием кожу старшего. — Кажется, я проспал больше, чем планировал,— хихикает Хван, крепче обнимая любимого, — а ты на удивление радостный после учебы, Ликси. — Я просто счастлив, что могу наконец позаботиться о своем любимом бестолковом хёне, который умудрился простыть, — чуть отстраняясь бурчит Ли. Он снимает с руки блондина черную резинку и аккуратно завязывает длинные волосы в хвостик, причесывая петухи пальчиками. Хенджин смотрит блестящими глазами за действиями своего парня, за эмоциями сменяющимися на его лице, пытается почувствовать его касания максимально четко, уловить каждое движение, потому что сейчас, когда Хван только проснулся, все будто в тумане, кажется таким медленным, таким спокойным и таким неуловимым. Не выдержав такой дистанции, Джин аккуратно притягивает Ли за тонкую талию ближе к себе и наконец ощущает вкус родных губ. Нежный поцелуй сейчас для обоих как раз кстати, и обоим плевать на болезни и прочее, им хочется максимально близко быть друг к другу и продлевать этот момент бесконечно. Но ничего не длится вечно. /// Ничего. Феликс наконец отрывает взгляд от окон дома напротив, смотрит на свои обветренные руки, и на них начинают падать слезы, из-за наклона головы. Кожа пропитывается соленой жидкостью, а перед глазами снова видения, будто поверх рук Феликса ложатся другие, с тонкими длинными пальцами, будто сзади кто-то пристраивается, обнимая парня и согревая в такой холодный вечер, в голове проносятся слова шестимесячной давности “я тебя не оставлю одного, дурачок, я всегда буду рядом”. Блондин закидывает голову назад, сжимая руки в кулаки до боли. До крови. Слезы неприятно начинают течь по ушам, шее и скатываться под одежду, оставляя мокрые дорожки. Всего три месяца назад эти видения могли быть реальностью. Всего три месяца назад Ликс мог ощутить прикосновения любимого человека на своем теле. Но не сейчас. Все испортил ужасный день, когда Хенджин не вернулся в их общую съемную квартиру. Ночь тогда длилась для парня вечностью, он обзванивал все номера, откуда могла поступить хоть какая-то информация о его парне: друзья, знакомые, преподаватели, больницы, морги. Ни слова о Хван Хенджине. “Он ушел из универа еще в шесть вечера, мы ничем не можем помочь”, “он как обычно сел на автобус и мы его не видели, ничего странного, прости Ликс”, “простите, но человека с таким именем не поступало в нашу больницу, мы ничем не можем помочь”, “да успокойся ты, куда он денется, вернется скоро, просто успокойся”. Но он не вернулся. На следующее утро Феликсу поступил звонок из больницы, находившейся на другой стороне города. — Вы Феликс Ли? Приносим свои соболезнования, вашего парня нашли без сознания на улице. У нас не удалось его спасти, просим приехать на опознание, — спокойно вещала девушка на том конце провода, пока на этом конце рушился мир. Феликс не узнает, что в тот день Хенджин поехал забирать посылку, в которой хранился подарок любимому. Он не узнает как эта посылка выпала из рук юноши, когда того избивали хулиганы, и он не узнает, что лежало в той коробочке. Он не узнает кто эти мерзавцы, отнявшие у него смысл жизни и точно не узнает, что в последние минуты своего существования Хван думал о нем. О своем любимом. Он лишь знает, что его хёна больше нет. Поэтому Феликс разводит руки в разные стороны и делает последний шаг в своей жизни, все же пугая своим предсмертным полетом куколок на улицах города.