Мой самый лучший друг и самый злейший враг

— Дашка! — послышался голос Эли, среди большущей толпы. «Чёрт!» — подумала я. Пару минут назад мы с Элей веселились, как вдруг почти около нас вспыхнула барная стойка. Все тут же ринулись на улицу, толкая друг друга. Мы смогли выбраться только благодаря Никите и учителю литературы, которые моментально оказались рядом с нами и аккуратно, но быстро вывели из здания. — Как так?! — громко сказала Эля, пытаясь перекричать толпу, на что я лишь пожала плечами. Этот пожар настолько странный… Ведь рядом не было ничего, что могло вызвать воспламенение. Мы стояли и смотрели, как пожарные пытались потушить дом, в надежде, что никто не пострадал. — Дарья и Эвелина, — послышался голос Дмитрия Анатольевича за нашими спинами. — Да? — мы обернулись. — Идём-те, я отвезу вас домой, — сказал он и направился к машине. Мы с Элей переглянулись и последовали за ним. Я села на переднее сиденье, а Власова легла на заднее, под предлогом, что у неё разболелась голова и она поспит по дороге до наших домов. В машине пахло цитрусом в перемешку с корицей. Такой запах я часто чувствовала на рубашке отца, ведь это его любимое сочетание. — Дмитрий Анатольевич, — прервала я тишину, которая царилась уже минут семь, пока мы ехали. — Что такое? — спросил он, не отводя взгляда от дороги. — Почему вы решили на конкурс отправить именно меня и Артёма? Почему не Элю к примеру с Артёмом, или меня с Элей? — Потому что у вас двоих чудесная дикция. Вы читаете стихи так, будто чувствуете то, что чувствовал автор во время написания. И у вас получился прекрасный дуэт. Ну и ты всегда выделялась из класса своим рвением к литературе, — на последнем предложении он слабо улыбнулся. — Папа часто мне в детстве читал сказки и рассказывал интересные истории о разных поэтах, поэтому можно считать, что любовь к литературе мне прибил именно он с раннего детства. — Мне тоже любовь к литературе прибил отец, — как то грустно отозвался он. — Эм… У вас… Не хорошие воспоминания с этим связаны? — как можно аккуратнее поинтересовалась я. — Можно и так сказать. Я лишился отца лет так в двенадцать. А когда мне исполнилось шестнадцать погибла моя мама в автокатастрофе, после чего я попал в семью подруги моей матери. — Оу… Сочувствую… В этот момент мне невероятно неудобно было, что я затронула больную для учителя тему, но так же я удивлена, что он мне рассказал об этом и можно сказать излил душу. Краем глаза он посмотрел на меня и заметил, мою нервозность. — Не стоит так переживать. Я уже давно смирился с этим и больше это не отзывается во мне сильной болью. Неприятные воспоминания, но что ж поделаешь. Нельзя вернуться в прошлое и изменить то, что уже произошло. — Да… — вздохнула я и посмотрела в окно. До дома Эли мы ехали в полной тишине. Попрощавшись с ней, литератор повёз меня домой.

***

— Спасибо вам, Дмитрий Анатольевич, — поблагодарила я его, когда он остановился около моего дома. — Не за что, Даша. Завтра приходи чуть раньше первого урока и загляни в мой класс. Мне нужно с тобой и Артёмом обсудить детали конкурса и сделать расписание наших занятий. — Да, хорошо, до свидания, — ответила я и вышла из машины. В лицо тут же дунул холодный ветер. Пройдя в дом я сразу же отправилась в ванную, после чего легла в кровать и уснула.

***

Воскресенье пролетело незаметно. Я весь день сидела за уроками, пытаясь выучить всё, как можно идеальнее. А вечером села за прочтение новой книги, которую мне принёс Тим на днях и сказал, что мне точно понравится. — Романтика, драма? Обожаю этот жанр, — усмехнулась я с нетерпением открывая книгу. — «В начале девятого класса к нам пришла новая девушка. Её звали Лиза и она была невероятно красивая, с изумрудными глазами и рыжими кудрявыми волосами…» Я погрузилась в чтение и ближе к пяти часам утра дочитала книгу, вытирая слёзы. — Он же так её любил… Почему она совершила самоубийство из-за какого то подонка, который совсем не ценил её чувств… Ведь совсем рядом был Матвей, который влюбился в неё с самых первых страниц книги… Эх… Жизнь жестока… Ещё немного полежав и поразмышляв над книгой я решила, что всё же нужно поспать хотя бы два часика.

***

— Здравствуйте Дмитрий Анатольевич, — сказали хором я и Никита, которые пришли чуть раньше, для обсуждения конкурса. — Здравствуйте, присаживайтесь, — ответил он, заполняя журнал. Мы сели на первую парту, прямо перед ним и устремили на него свой взгляд. — Итак, — наконец закончив писать, мужчина поднял взгляд на нас. — Конкурс будет проводиться в декабре, а это значит, что у нас есть ещё три месяца с хвостиком для подготовки. Вы будете оставаться в среду и пятницу, после моих уроков. Есть какие то вопросы или возражения? — Что именно нужно для конкурса? — поинтересовался Артём. — А это уже следующая новость. Мне сказали, что нужно подготовить стих. Вот список того, что я могу предложить. Дмитрий Анатольевич протянул нам листок. Не долго думая я произнесла. — Мне нравится идея насчёт Есенина. — «Письмо женщине»? — посмотрел на меня Артём и получил от меня кивок. — Хм… Пожалуй соглашусь с тобой. Вот так да. Я совсем не ожидала того, что он так просто согласится со мной, без приперательств. — Прекрасно, значит начинайте понемногу учить. С выражением, без ошибок. Хотя я думаю вам об этом можно не напоминать. Мы кивнули и после этого ушли на уроки.