Tenderness

      Грозы в Облачных Глубинах были редким явлением, но красота их поражала сознание. Громкие раскаты грома, ослепительные вспышки на темном небе и стойкий запах мокрой почвы. Это было просто невероятно.       Вэй Ин сидел на перилах закрытой веранды, свесив босые ноги вниз. Мелкие, прохладные капельки воды вдребезги разбивались при ударе о кожу. Мужчина вздрогнул от особенно большой капли. Все тело покрылось гусиной кожей. Холодно и сыро, почти так же, как в Юньмэне в период дождей.       Рука сама потянулась к флейте, что аккуратно лежала рядом, завернутая в дорогой шелковый платок. Подарок Лань Чжаня. Нежно развернув сверток, Вэй Усянь подавился воздухом, вновь ощущая такую необъятную силу, что как ток пробежала по венам, устремляясь в самое сердце. Использовать флейту для подчинения темных сил он больше не собирался, но как инструмент она все также манила и просила, чтобы кто-то уделил ей время. Мужчина пробежался пальцами по лакированной поверхности, поднося флейту к губам.       Мелодия была простая, совершенно незамысловатая. Дождь продолжал набирать обороты. Тяжелые капли барабанили по крышам, по земле, по листьям. Казалось, что сама природа желает подыграть темному заклинателю и Вэй Ин не мог проигнорировать такой ярый позыв. Наполняя свои легкие кислородом, мужчина приложил больше усилий и навыков, стараясь подстроиться под природу, подыграть ей.       Он так увлекся, что не сразу услышал восторженные вздохи учеников. Детишки небольшой кучкой стояли под навесом одного из учебных павильонов, вытягивая шеи все дальше, чтобы разглядеть такого искусного музыканта.       Вэй Ин усмехнулся и поднялся на ноги, стараясь при этом удержать равновесие на тонком и мокром бруске. Выпендриваться он любил также сильно, как выпивать.       На этот раз темп его игры был значительно выше. Губы уже начали побаливать с непривычки, а кривая челка неприятно прилипла к лицу, норовя попасть прямо в глаза. Все лицо и волосы вымокли за считанные секунды, но Вэй Ин все еще краем уха улавливал взволнованные шепотки откуда-то со стороны, вперемешку с возбужденными покрикиваниями. Слышать подобное на территории ордена Гусу Лань было чем-то диким, но таким желанным.       Однако все хорошее рано или поздно заканчивается. Вспышка света всего на долю секунды ослепила Усяня, но и этого хватило, чтобы потерять такое хлипкое равновесие на такой неустойчивой поверхности. Он неуклюже наклонился назад, падая прямиком на спину. Зажмурившись, мужчина прижал флейту к груди, чтобы случайно не сломать хрупкую вещь при падении.       — Осторожно.       Глубокий, вкрадчивый голос вернул Вэй Ина обратно, и он ощутил, как горячие, сильные руки бережно удерживают его на весу, прижимая к крепкой груди. Жар исходящий от чужого тела тут же передался Вэй Усяню.       — Ты как всегда вовремя, Лань Чжань! Я было уже подумал, что это конец, но ты спас меня! Мой герой!       Голос Вэй Ина слегка надломился из-за волнения. Он осторожно прикоснулся к вороту ханьфу своего мужа, перебирая пальцами мягкий материал. Это успокаивало.       — Мгм. Спас тебя.       Усянь залился смехом, откидывая голову назад, открывая вид на тонкую шею. Кое-где выступали еле заметные желтые пятна, оставленные грубыми поцелуями и сильными руками. Лань Ванцзы поставил его на ноги, не забывая поправить одежды так, чтобы ни одному взору не открылось нечто такое, от чего потом могли бы возникнуть неприятности у многих людей разом.       — И что же ты хочешь получить в награду? — Вэй Усянь даже не пытался скрыть похотливую улыбку на своем лице. Руки сами собой обвили чужую шею. И вот уже темный заклинатель шепчет всякие пошлые шуточки своему мужу на ушко. — М? Как тебе такое?       Лань Чжань выглядел как всегда серьезно, но вот пылающие от смущения и предвкушения мочки ушей выдавали его с потрохами.       — Приемлемо.       Состроив капризную рожицу, Вэй Ин отошел на пару шагов назад, уперев руки в бока.       — Лань Чжань, ну кто так отвечает на подобные предложения?! Ни одна ночная бабочка никогда бы не решилась на подобное, а у тебя есть я! Любой твой каприз, я всегда готов!       Второй нефрит клана Лань слегка нахмурил брови. Говорить о подобном в столь открытом месте было верхом бесстыдства, но его мужа кажется не могло смутить ничего в этом мире. Даже то, что ученики все также продолжали стоять на прежнем месте и могли все услышать.       — Будь аккуратнее, — Ванцзы лишь мазнул своим острым взглядом по перилам, где минутой ранее стоял темный заклинатель. Вэй Ину хватило. Он тут же почувствовал в груди эту неприятную горечь. Лань Чжань волновался за его здоровье, а он так глупо рисковал всякий раз, даже не задумываясь о последствиях. — Ты мог удариться головой.       — Ты прав. Но ты только посмотри, как сверкают счастьем лица детей. Думаю, в этот раз риск был оправдан, — Вэй Ин закусил нижнюю губу, потирая между пальцев флейту. — В вашем ордене такие суровые правила. Нет никаких развлечений. Я подумал, что это может поднять им настроение в такой тоскливый и пасмурный день.       — В следующий раз, создай себе комфортные и безопасные условия, а после уже играй.       Усянь активно закивал, вновь приближаясь к такому любимому мужчине, утыкаясь замерзшим носом в чужую грудь, потираясь. От дождя тянуло холодом. Лань Чжань заметивший, что температура тела его супруга чуть опустилась, прижал его плотнее к себе, закрывая чужую спину длинными рукавами своего одеяния. Согревая худощавое тело всеми способами.       Юные адепты же тихо наблюдали за парочкой, боясь, что строгий Ханьгуан-цзюнь накажет их за то, что те подсматривают. Для детей было странным видеть, как двое невероятно сильных заклинателя с замиранием сердца переплетали пальцы, как они, позабыв обо всех на свете оставляли короткие поцелуи там, до куда успевали дотянуться. Как горели глаза обоих, стоило лишь им пересечься взглядами. Это все было таким необычным, что детей это завораживало. Вэй Ин как-то один раз на уроке сказал: «Мы показываем на своем примере модель нормальных, здоровых отношений. Отношения — это такая же работа, как заклинательство, только гораздо приятнее». Это фраза непременно заставила поразмышлять о смысле бытия и пониманием того, как должна выглядеть семья.       — Пойдем домой, Лань Чжань, — прошептал мужчина, не отрывая лица от чужой груди. — Время уже позднее.       — Мгм, — тут же отозвался другой, оставляя на виске своего мужа легкий поцелуй. — Подожди меня здесь, я провожу учеников до их покоев и вернусь за тобой.       Вэй Ин отошел назад, поджимая нижнюю губу. Его рука вновь непроизвольно прошлась по гладкой поверхности инструмента, кто бы мог подумать, что с помощью столь безобидной вещи можно получить так много, но столь же много потерять. Завернув флейту в шелковый платок, Усянь положил ее в резной футляр, плотно закрывая крышку.       — Конечно, мой дорогой муж, только будь осторожнее, на улице темно, как в пещере. Да и дождь не собирается останавливаться, может быть очень скользко идти по траве.       Лань Ванцзы кивнул, дав молчаливое обещание, а после подался вперед, нежно проводя кончиками пальцев по точеным скулам, опускаясь ниже к линии челюсти, переходя к шее. Кожа Вэй Ина была влажная из-за дождя, а еще от мужчины пахло луговыми травами и солнцем. Самое родное сочетание ароматов. Ванцзы обожал зарываться лицом в густые, роскошные локоны своего мужа, вдыхая этот чарующий запах, который уже стал основным атрибутом Вэй Ина.       Усянь обожал такие ласки. Обычно сдержанный и очень холодный Ванцзы в такие моменты напоминал большую кошку, что показывала свою истинную натуру только тому человеку, которому доверяет. А Вэй Ин любил, когда его считали особенным. И очень сильно любил Лань Чжаня. Так сильно любил, что в голове не укладывалось, как такое может быть. Впрочем, такой вопрос, как: «Как такое могло произойти?!» мучил большинство жителей Китая. Темного заклинателя расстраивало лишь то, что ему не удалось лицезреть лицо Цзян Чэна, когда он получил письмо с приглашением на свадьбу. По слухам, это было нечто такое, что сложно описать словами.       Напоследок обернувшись, Лань Чжань пошел к адептам, что все еще бесстыдно пялились на двух мужчин.       — Вы сегодня нарушили несколько правил ордена. Мне следовало бы вас наказать за это, но на этот раз остановимся на выговоре. Завтра утром жду всех в классе, будем вспоминать правила ордена.       Адепты смотрели на мужчину большими от испуга и удивления глазами, но покорно опустили головы, как только ледяной взгляд прошелся по каждому. Вэй Ин, что наблюдал за всем со стороны тихо хихикал. Его муж бывал невероятно дотошным в плане следования правилам, и если Вэй Усянь за свои косяки мог отплатить натурой, то детям приходилось страдать.       «Ничего-ничего, я уже и не вспомню, сколько раз получал по спине, а тут всего лишь выслушать нудную болтовню о правилах, от самого шикарного мужчины, потерпят».       Вэй Ин устало потянулся, всматриваясь в темное небо, что изредка освещалось за счет ярких разрядов молний, что практически ослепляли. Неожиданно подул ветер. Холодные капли тут же ударили по лицу, волосы и одежда вновь неприятно намокли. Мужчина невольно вздрогнул.       — Поторопись, Лань Чжань, иначе твой муж промерзнет до костей.

***

      Довести юных адептов до их покоев, оказалось неожиданно сложной задачей. Двое мальчишек, не удержавшись на ногах упали, измазываясь в грязи, пачкая белые одеяния в неприятный коричнево — зеленый цвет. Лань Чжаню приходилось самостоятельно поднимать их на ноги, чтобы те не поскользили вниз, иначе дорога бы заняла еще больше времени. Ванцзы не хотел, чтобы его супруг мерз на улице дольше вынужденного.       Обратно же мужчина просто летел, но меч при этом остался в ножнах. Так было безопаснее.       Вэй Ин уже устало облокотился на перила, вырисовывая цветочные узоры капельками воды. Сердце Лань Чжаня на секунду остановилось. Его муж выглядел таким милым, беззащитным и таким непривычным. Он тихо-тихо подошел к Усяню, нежно проводя ладонью по спутанным, мокрым локонам.       — Пошли домой, — прошептал Ванцзы на ушко Вэй Ину, обнимая его за талию. — Тебе нужно согреться и высушить волосы.       Вэй Ин прижался спиной к груди мужа, откидывая голову на чужое плечо. Их взгляды встретились. Сероглазый мужчина нежно улыбнулся, пытаясь сквозь шум дождя услышать биение родного сердца.       — Только если ты обещаешь расчесать мои волосы и приготовить тот вкусный чай с ягодами. Лань Чжань лишь кивнул головой, но Усянь смог разглядеть, как уголки губ мужчины приподнялись, а глаза засияли от нежности.       — Тогда стоит поторопиться! — воскликнул темный заклинатель, тут же выбегая из-под навеса, прямиком под дождь. — Ох, побежали, Лань Чжань!       Усянь звонко смеялся, размахивая руками в разные стороны. Ванцзы же просто устало вздохнул, повторяя одну из своих любимых фраз.       — Вэй Ин, в Облачных Глубинах запрещено бегать…