Неожиданный поворот.

Утром проснулся с тяжестью в душе. Всю ночь мне снилась какая-то ахинея. То за кем-то гонялся, то, напротив, убегал. Лиц рассмотреть не мог. А утром чувствовал себя таким разбитым, уставшим, тело ломило от неудобной позы. Напротив зашевелился Макс, что-то пробормотал сквозь дрему, но что именно, не расслышал. Глянув на наручные часы, поразился, что еще только пять утра, значит, можно еще поспать. Приняв более удобное положение, провалился в дрему. Казалось, всего на пару минут сомкнул глаза, а уже раздался звук горна, с трудом встав, потянулся, глаза отказывались открываться, хоть спички вставляй. С Максом мы не перекинулись и парой слов. Я все еще был обижен на него. А он, словно понимая мое состояние, не навязывался. Выйдя из палатки, заметили сидящих на бревнах вожатых. Глеб сиял, как начищенный самовар. А вот Вик больше хмурился, его брови были сведены к переносице, он о чем-то усиленно размышлял. Бросив на нас нечитаемые взгляды, оба вожатых отвернулись. Несколько раз Глеб пытался заговорить с Виком, но тот только отмахивался, а Глеб заливался смехом, похлопывая того по плечу, от чего Вик каждый раз вздрагивал. Мы с Максом переглянулись и пошли поближе к девочкам, что готовили завтрак. Перекинувшись с ними парой фраз, решил пройтись, осмотреться, так как другой возможности явно не представится. Направившись по тропке в лес, рассматривал то, как солнечные лучи пробивались сквозь кроны деревьев, образуя своеобразный дождь, который хотелось подойти и поймать руками, потрогать каждый лучик. Лес внезапно закончился, передо мной предстала равнина, на которой располагалось озеро, а чуть поодаль горы, с которых стекала вода, как раз в это озеро. Глянув на время, порадовался, что минут двадцать в запасе еще есть. Можно искупаться, а то ведь на это до сих пор не было времени и возможности. Оглянувшись по сторонам, никого не заметил в непосредственной близости, потому, быстро раздевшись, с разбегу забежал в воду. Она оказалась теплой и чистой, причем, настолько, что на дне был виден каждый камушек. С удовольствием нырнув, проплыл под водой, зачерпнув горсть камушков. А вот вынырнув, заметил, что уже не один. - Ты что, следишь за мной? - отфыркиваясь от воды, попытался наехать на парня, заходящего в воду. Тот даже бровью не повел. Даже не посмотрел в мою сторону, продолжая медленно входить. Его кожа покрылась мурашками, он медленно провел по воде руками. - Больно надо, - наконец, равнодушно пожал плечами тот. - Я давно приметил это озеро, и уже третий день каждое утро прихожу купаться. - Но ведь три дня назад вы еще были далеко от этого места, - попытался уличить во лжи Леху. Но тот даже бровью не повел. - Да, далеко, но у меня была пробежка, с прошлой стоянки, а бегаю я обычно далеко, причем, надо было рассмотреть местность для последнего состязания, вот и совместил тогда приятное с полезным, - ответил он, а мне и прикопаться не к чему было, так как вроде все оказалось логичным. Больше вопросов задавать не стал, да и времени не было. Натянув одежду прямо на мокрое тело, по дороге высохнет, не став дожидаться Леху, побежал к лагерю. Стоило только приблизиться, как Макс накинулся с упреками: - Ты где был? Почему мокрый? - я возмутился: - Мне что, шагу нельзя ступить, не отчитавшись перед тобой? - заметив поджатые губы друга, немного убавил резкости и сменил тон. - Купаться я ходил, там такое чистое и теплое озеро, что я не удержался. Зато сейчас, как заново родился. - А меня не мог позвать? - обиженно спросил Макс. - Так я это озеро увидел случайно, просто гулял, а, увидев, не смог сдержаться, чтобы не окунуться, - попытался оправдаться, хотя и сам не понял зачем. - Эх! - тяжко вздохнул друг. - Жаль, что я с тобой не пошел. Сейчас бы искупаться было самое то. А то эта жара доконает. Как же я ее ненавижу. Он был прав, еще только утро, а солнце палило нещадно. Даже страшно было представить, что будет днем, а ведь до нашего лагеря путь неблизкий. Словно прочитав мысли, Глеб встал и сделал объявление: - Ребят, сейчас быстро завтракаем, выдвигаемся по другой дороге, которая как раз будет мимо моря, где можно будет искупаться и отдохнуть, - все закричали и захлопали в ладоши от радости. Завтракали и правда очень быстро. Сложив вещи, тронулись в путь. Через пару часов ходьбы футболки просто взмокли от пота. Было жарко и душно. Рюкзаки тяжким грузом давили на плечи, из-за чего ноги совершенно не хотели двигаться. Хотелось упасть прямо тут, посреди дороги, и не вставать. Но, помимо воли, мы продолжали идти, хотя и с трудом. Девочкам было проще, на них поклаж не было, но и они изнывали от жары, еле плетясь и с надеждой вглядываясь вдаль, не покажется ли на горизонте кромка спасительного моря. - Соберитесь! - обернулся ко всем Вик. - Осталось совсем немного. Всего минут пятнадцать. Я понимаю, всем жарко, все устали, но... - он оглядел всех нас. - Лучше немного потерпеть и потом купаться в море, чем сейчас на жаре устраивать привал. С ним согласились все. Потому, продолжили идти. И тут правда невдалеке показалось море. За спиной будто крылья выросли, откуда только силы взялись, мы с криками бегом помчались к воде. Побросав рюкзаки на песок, на ходу разделись и забежали в спасительную прохладу. Как же сразу жить захотелось. Настроение поднялось. Усталость, как рукой сняло. Мы плавали, дурачились в воде, брызгались. Качались на волнах. А потом просто попадали на горячий песок, наслаждаясь контрастом прохлады от воды и жаром песка. Отдых занял пару часов. Но нам и этого хватило. Дальнейший путь пошел много легче. Натянув на себя одежду, мы, перед тем, как двинуться дальше, окунулись прямо в ней, чтобы легче идти было. И ведь действительно, так стало много лучше. Привал мы делали еще пару раз, один из которых, чтобы пообедать. Место выбирали поближе к морю, чтобы можно было еще и искупаться, иначе от жары все с ума бы сошли. Пока шли, никому даже в голову не пришло любоваться красотой природы, все были вымотаны, но потом, много позже, естественно все об этом жалели, и нам пообещали сводить нас на экскурсию еще раз, чтобы желающие могли наделать фотографий. Так как в тот момент было не комильфо фотографировать перекошенные физиономии. А к вечеру были уже в лагере. Усталость брала свое, потому, с сонным видом выслушав поздравления тренера, быстро поужинав, сразу же отправились спать. Нам никто не препятствовал, понимая. Сон сморил сразу, стоило коснуться подушки. А на следующий день нам даже дали на час больше поспать. Зато потом всех собрали на построении, объявили победителя игры, устроили сладкий стол и развлекательные игры. Веселились целый день. Не заметили даже, насколько быстро он пролетел. А потом потянулись обычные будни. Каждый день тренировки, по вечерам посиделки у костра и редкие уроки игры на гитаре. О нашей шутке никто ни разу не заикнулся. Только я стал замечать, что с каждым днем оба вожатых все больше сближались, их взгляды изменились. Вик больше не дергался от прикосновений Глеба. Я прислушивался к себе и понимал, что сейчас та тяга к этому человеку, которую я принял за влюбленность, медленно покидает меня. Сколько на него смотрел, всегда всплывало его перекошенное презрением лицо и плевок в душу. Спустя неделю после игры, когда у нас должен был состояться очередной урок с Виком, мне пришлось идти самому, так как Макс не смог. Подходя к домику вожатых, удивился, что в комнате не горит свет, но открыто окно. Обычно, когда они уходили, все закрывали. Странно это все. Посмотрев на часы, понял, что пришел на десять минут раньше. Ладно, подожду, может он ненадолго выскочил. А вот стоило мне сесть на скамейку под окном, как едва не подскочил от стона, раздавшегося из комнаты, и это явно был не стон боли. Я опешил на несколько минут, а потом до меня донеслось: - Даааа... Вик... Еще... Глубже... Я сей... Ааааа... - и это был не голос девушки, а его друга Глеба. Характер их занятий не вызывал сомнений. Я чувствовал себя не в своей тарелке. Было немного стыдно, что именно я оказался свидетелем их отношений. Через пару секунд раздался такой же блаженный стон Вика, а потом он произнес со смехом: - Вот же, приспичило тебе, сейчас ребята на урок придут, а у нас тут... - договорить ему не дал довольный смех друга. - Но мы же успели до их прихода, - дальше я слушать не стал. Тихо встав, едва ли не на цыпочках, обошел дом и по тропинке, невидимой из их окна, отправился обратно, к себе. Только прежде, чем войти в комнату, надо было немного успокоиться, так как я чувствовал, как пылало лицо. Зайдя в глубь парка, сел на первую попавшуюся скамейку и задумался. Как же бывает быстро меняются приоритеты, мнения и... Ориентация. Тот, кто не признавал такого, более того, вообще отрицал, теперь прекрасно себя чувствует, развлекаясь с парнем. А передо мной даже не извинился. И как мне после этого смотреть ему в глаза? Как вести себя на этих уроках? Я же не смогу спокойно реагировать, а значит... Точно. Все, больше никаких занятий. Мне хватит и того, чему я уже успел научиться, а дальше сам как-нибудь. Вместе с Максом мы сможем сами научиться, главное, нам показали азы, а все остальное приложится, если будем учиться и тренироваться. Приняв такое решение, успокоившись немного, пошел к себе. Зайдя в комнату, никого не увидел, все где-то гуляли, а мне еще и лучше, не будет зудежа под ухом. Можно спокойно заснуть, что, собственно, я и сделал. На следующий день после столовой Вик, заметив нас с другом, подошел и поинтересовался: - А вы почему вчера не пришли? И не предупредили, - Макс красноречиво посмотрел на меня, словно спрашивая, куда я делся, так как должен был идти один. Я ответил хмурым взглядом, не знаю, что он там в нем увидел, но ответил за двоих: - У меня вчера свидание было, а Сашу, видимо, по дороге перехватили и соблазнили, - при этом он пошло хохотнул. Только Вик шутки не понял. - Кто соблазнил? - вот тут уже решил ответить сам, зная, насколько далеко Макса может занести. - Никто не соблазнял, увидел, что света нету, развернулся и просто пошел гулять, - Вик после моего объяснения покраснел, как маков цвет. Ого! Он еще и смущаться умеет? На этом тема была закрыта, нас на тренировку позвал Олег Николаевич, а после нее всем объявил, что через пару дней будет проводиться соревнование между летним лагерем и спортивным, и нам надо подготовиться, чтобы не ударить лицом в грязь. - Саша, сбегай, пожалуйста, ко мне в комнату, там лежит список спортсменов, поделенных на команды, надо посмотреть, как вы будете работать вместе. Я согласно кивнул, взял ключи и побежал. Завернув за угол домика тренера, в кого-то врезался, чуть искры из глаз не посыпались, но хорошо, что успел схватиться за того, кого едва не снес. - Снова ты?! - воскликнул... Вик. Ну, конечно. Кто бы сомневался? Ведь по закону подлости мне надо было врезаться именно в него. Но тут же изнутри поднялась такая злоба, о наличии которой и сам не подозревал. Я-то человек мирный, по большей части. А тут... Оттолкнув его от себя, вложив в свой взгляд максимум презрения, процедил: - А в чем проблема? Снова будут глупые обвинения, когда вы сам такой же, если не хуже, - что может быть хуже, я и сам не понял, но то, как резко изменилось его лицо, став сразу испуганным, с него разом слетело все недовольство, было для меня, как бальзам на душу, не одному мне гадости выслушивать. - С чего ты... Откуда... - он даже не мог сообразить, какой правильно вопрос мне задать. - Окна надо закрывать, когда трахаетесь, ваши стоны были слышны за километр, - просветил его я, обойдя кругом, ни разу не оглянувшись и ничего больше не сказав, пошел за списком, за которым меня и послали. Его я нашел быстро, так как тот лежал на столе. А возвращаясь обратно, мельком заметил чуть поодаль одиноко сидящую фигуру под деревом. Вик сидел на корточках, обхватив голову руками. Сначала хотел пройти мимо, но совесть мне этого не позволила. Как-никак, это я виноват в таком его состоянии. Зная, как сложно все это принимать, осознавать, вполне смог понять его состояние. Зря, наверное, я с ним так резко, но изменить уже ничего нельзя. Слово не воробей, вылетит - не поймаешь. А за своим языком я никогда не мог уследить. Вот и разгребать теперь приходится. Подойдя ближе, остановился, пытаясь подобрать слова, вожатый не обращал на меня внимания. Он глубоко ушел в себя. Тронув его за плечо, от чего он вздрогнул, устремив на меня расфокусированный взгляд, я произнес: - Об этом никто не знает, и не узнает, во всяком случае, от меня. Так что... - собравшись уходить, вспомнил еще кое-что. - Любовь, как и привязанность и страсть не знает и не признает половой принадлежности, поэтому, не важно, кто рядом: парень или девушка, главное, чтобы вместе было хорошо, легко и свободно, а все остальное, это пшик, вода, не стоящее внимания. Высказавшись, направился на берег, где меня уже, скорее всего, потеряли. Позади раздался вздох вожатого и едва слышный шепот: - Спасибо, Саша, ты оказался намного умнее и мудрее... Дальше я не слышал, так как перешел на бег, чтобы создать видимость деятельности. А подбегая к пляжу, как обычно, споткнулся, падая, кого-то зацепил. Да что же за день сегодня такой? Кто на этот раз оказался жертвой моей неуклюжести?