стихийное бедствие.

Только освободившись, Рустам сразу отправился к отцу, ожидая увидеть его в кабинете или, в крайнем случае, в столовой. Однако, искать его не пришлось - тот возвышался на троне, около него суетился и кричал его советник, а новый Временник молча стоял рядом, опустив голову и спрятав руки за спиной. - Да как ты не понимаешь? Они здоровались по-человечески. Новое поколение совсем не уважает наши традиции!.. - Руслан, - король поднял ладонь, тоже ннрвничая и переходя на крик, - во-первых, где тогда твоё уважение? Ты смеешь повышать голос на короля! Не говоря уже об обращении к Его Величеству, как к поданному, и с указаниями! И потом - в людской традиции здороваться за руку нет ничего такого, к чему можно прицепиться, лишь дружеский жест. (Белый: "Советник и король должны быть советником и королём, хоть и будущими, но не друзьями.") Дружба важна, даже пусть между кузнецом и королём, хоть и от работы дружбу надо отделять. Но вне работы ни чин, ни статут не важны друзьям, да и Рустам с Эмиром, как никто другой, имеют право на дружбу. Разве не так, Временник? - Привет, пап, - принц шмыгнул носом. - Здравствуй, сын, - Ильсур переключил внимание со спора, и огонь на факелах поубавил свою мощность. - Как провели время? Саидохмедов-младший почесал затылок. - Да нормально, посидели... Но я не за этим вообще, - он дернул головой и провел посохом по воздуху на уровне пояса. Появилась карта Филиппин. - Смотри, отец. Принц запустил мощнейшее извержение Тааля. Ильсур встал с трона, и Белый ждал, пока тот пройдёт к карте, чтобы пройти за ним. Кашоков же прошмыгнул к Рептилоиду безо всяких тонкостей, и Руслан чуть не взорвался от злости. Король, вдруг приятно удивлённый наглостью и страстью к делу наследника, выставил перед советником посох, не позволяя вымолвить ни слова. Вулкан меж тем изрыгал лаву, странно взрываясь. - Видите, - глаза принца горели. - Он не должен так себя вести. Там сероводородные источники! Это не виноват, пап, понимаешь! Ты не виноват ни в одной лишней жертве, пап. Тебя оправдают! В суде! - А кто виноват? - спросил король вкрадчиво. - Я не должен был "взрывать" тогда вулкан, потому что расчитывали не на то количество жертв. Рустам не нашёлся, что ответить. Глаза наливались отчаянием. Там никогда не было сероводородных источников! Как?! Почему?.. А с карты-то и не проследишь. Белый тоже молчал, торжествуя над неправотой принца. - Отверженные, - задумчиво сказал Эмир.

отверженные.

Я хотел перевернуть мир.

Перевернул чашку с чаем. A.Булгакова

Они родились в Стихии, но не подошли ей. Они не управляли ей, а она - ими. И тогда они ушли, назвав себя Отверженными. Они бунтуют против королей, разгоревшись злостью к непринявшим Стихиям, но слишком слабы, чтобы устроить войну.

***

Суд, как и подобает всем судам, проходил в зале Воздушного замка. Королевские семьи стояли полкругом: впереди короли, рядом с жёны, сзади - сыновья и наследники правителей Времени, уже за теми несколько зрителей, - а в центре, за белоснежным мраморным столом, сидели Временники. Вокруг летали несколько не приглашенных зевак, которые по ходу действа будут летать к остальным Воздушным и досконально рассказывать каждое движение судей. В зале активно шептались. Мусагалиев что-то рассказывал Юле, прикрыв рот ладонью. Семён постукивал пальцами, ухмыляясь, а Белый, уперевшись кулаком в стол, глядел на коллег. Рустам, изрядно нервничая, пялился на Щербакова. Тот, обнимая свой скипитр и улыбаясь, словно сытый кот, переговаривался с женой, и его крылья вздрагивали - трепетная любовь к богине, которая уже десятки лет теплилась в будущем правителе. Вскоре даже не сам принц Воздуха, а Илья поймал на взгляд Рептилоида и толкнул Лёху. Тот удивлённо проморгался - мол, чего тебе? Саидохмедов глазами указал на судий, беззвучно спрашивая: "Когда?" Щербак кивнул, наклонился к уху отца - король Сергей едва заметно отклонился назад - и бросил пару слов, бегая глазами. - Азамат, прошу начать, - Щербаков-старший уважительно кивнул. - Дело Ильсура из рода Саидохмедовых, королей Огня, считать открытым, - протараторил судья. - Вы обвиняетесь в том, что во время Вашего извержения вулкана... (Белый, шёпотом: "Вулкана Тааль.") Тааль погибло количество жертв, значительно отличающееся в большую сторону от количества, поописанного в межстизийном договоре, и выходящего за обозначенные там же пределы. (Король Огня: "Так.") И Вы хотите оправдаться, так как считаете, что Вашей вины в этом нет. (Король Огня: "Так.") Кто будет выступать за Вас? - Я, - Рустам уверенно шагнул вперед, а голос дрожал. Кашоков схватил принца за руку. "Давай я," - безмолвно, одними губами предложил будущий советник, ведь он Временник, ему ничего не будет. Рептилоид мотнул головой и вышел перед публикой. Провёл по воздуху посохом - и появилась карта. Когда Саидохмедов говорил, в нём кипела желчь. Он был зол на судей, что те не слушали, перебивая. И на принцев был бы - но что от них толку? Земные полностью отдали вулканы в распоряжение короля Огня так давно, что никто не помнил когда, Водных всех эвакуировали до извержения, а Воздушные вовсе не понимали, о чём идёт речь, ведь их стихии проблема не касалась вовсе. Процесс становился горячим: от наследника престола исходил жар, как из печи. Судьи, перевесившись через коай стола, вытирали со льов пот, кольцо из присутсвующих становилось всё уже, а зеваки, летаюшие меж колонн, с интересом в глазах и шёпотом сновали по зале и иногда исяезали, чтобы сообщить новости. - Тихо, - рявкнул Азамат, когда чужие голоса заглушали то, что говорил принц. - Уважаемые судьи, - Сабуров-младший поднял руку, - Рустам не лжёт, то правда были Отверженные. Вода видела. Саидохмедов выпрямил спину, надувшись от радости и благодарно глядя на принца. Семён стрельнул глазами: "Куда ты лезешь?", и Ахметова вопросительно покосилась на Водного Временника. Слепаков пожал плечами: - Серёж, давай воды. Детков пробился к судейскому столу. Его глаза сверкали, точно океан под лунным светом. - Он правду говорит, при мне Воду спрашивал, - шептал Серёжа, изниоткда создавая каплю воды, у всех на виду, смотрите, мол, всё чисто и нигде нет обмана. Семён молча взял заисшую в воздухе каплю и сжал в кулак. Зал, будто в водовороте, наполнялся водой. Гости ахали, короли сводии брови. Рептилоид хоть знал, что опасности нет, но всё равно сжал покрепче посох. Водушные, засуетившись, прижали поплотней к себе крылья, дабы не намочить, и всё оборчивались на них. Но вода была лишь обманом зрения, простейший фокус - она казалась глазу, но её никто не ощущал. - Покажи же Вода, о чем я тебя прошу, - Слепаков шептал закрыв глаза. Вода становилась темнее, будто в глубине океана, показалось основание Тааля. У него проплывал Тилль, глава Отверженных, с трубкой-кораллом в руках. Коралл - это знал каждый - и был олним из искусственных источников, коими промышляли Отверженные. Нурлан молча наблюдал за происходящим. Он видел это тогда, в озере. Вода связана и вода всё помнит. А Серёжа... Серёжа не видел ничего - добавил так, для антуража. Не зря ж в нём течёт Огненная кровь.

Сергей Детков.

Редко среди богов рождаются метисы. И на то есть причины. Они становятся богом по матери, и всё же когда происходит слияние кровей, ребёнок вряд ли выживет, хоть и божий, а отцу придётся уйти в забытье. Они встретились у подводного вулкана и полюбилии друг друга с первого взгляда, как оно бывает в книгах. Они вовсе забыли, что нельзя им быть вместе, и не слушали, когда им то напомнили. Вскоре у неё родился сын. Мальчик без левой руки. Огненный божок стоял в дверях, и у обоих лились горькие слёзы. Он вышел из комнаты, и сквозь смежное окно она видела, как её любимый сгорает, и огонь обжигает потолок. Богиня плакала, а левая рука стала ценой их прежней любви.

***

- Спасибо, - Рептилоид подошёл к Сабурову и пожал ему руку.