Белладонна

- Бэла, дорогая, последнее время ты не прекращаешь меня баловать! - Альсина начала разговор с этих восторженно сказанных слов, гордо смотря на только что пришедшую дочь, державшую новую жертву. Она небрежно толкнула его на пол и молча простояла секунд десять, неуверенная в том, следует ли ей демонстративно радоваться только что сказанным словам. Ранее молодая Димитреску не получала столько похвалы от матери и в связи с этим выстроилось недоверие: ей казалось, будто что-то или кто-то внезапно подменил её. - Этот мужлан - отпетый преступник. Он пытался пристрелить меня, но моя неуязвимость спасла меня и я оперативно схватила его, потащив в замок. Мерзавец. - не дождавшись других слов в свой адрес, вампирша поведала ей краткую историю охоты. - Оу, мне нравится слушать о том, как ты наконец проявляешь свою жестокость. Выпивать кровь таких проворных приятнее, когда понимаешь, что их ловля далась не так легко. - радостно промолвила хозяйка замка, смотря уже на предмет разговора, а далее договорила, - Хочу сказать, Бэла, ты нравишься мне с каждым днём всё больше, а твои успехи не могут не радовать. Старшая дочь не ожидала такой воодушевлённой речи от матери и ей было как-то не по себе: всё это казалось какой-то театральной сценкой. Ничего не сумев ответить Альсине, она стояла и молча наблюдала за тем, как мать наслаждается видом крови из проколотого бедра парня. В конце комнаты, где происходил диалог между Альсиной и Бэлой, находилась средняя сестра. Её радостное и горделивое выражение лица сменилось на гневное и растерянное после услышанного. - Кассандра, ты чего там стоишь? Тебе, должно быть, стыдно было при подслушивании нашего разговора? - насмехаясь говорила она, будто специально стараясь задеть словами дочь. Девушка так и продолжила стоять, не сдвигаясь с места. Она была очень зла. Ревность и зависть одновременно охватили её. Слова, сказанные ей от матерью, остались без комментария. Кассандра никогда не перечила матери, а говорить что-то в свою защиту было страшно. Девушка не хотела потерять остатки своего авторитета и мамину любовь, которой дорожила. - Ты стала слишком много сидеть в замке, ничего не делая. Когда в последний раз от тебя был хоть какой-то прок? Ты думаешь, я должна поощрять тебя за красивые глазки? Эти слова настолько сильно ранили вампиршу, что та чуть не сорвалась на мать. Кассандра изо всех сил пыталась держать себя в руках. В мучительных попытках скрыть эмоции, её начало трясти. Она посмотрела на Бэлу взглядом мифического существа с картины “Падший ангел”, написанной Александром Кабанелем. Не выдержав давления и не желая услышать ещё что-нибудь унизительное, она спешно разлетелась на рой мух. "Всё не так! Стало происходить что-то необычное и я выясню причину таких перемен!" - подумала про себя средняя дочь, судорожно ища свою комнату. Кассандра пулей летела в спальню. Ей было невыносимо тяжело сталкиваться с ни с того ни с сего нахлынувшими эмоциями, что она переживала. Мысли разъярённой вампирши были лишь о несправедливом отношении к ней. Казалось, будто весь мир рухнул в ту минуту. Она так сильно боялась стать никем в глазах матери. Ей было важно оставаться на первом месте и быть самой любимой. Чувства переполняли её, хотелось кричать, забыться и закрыться ото всех, демонстрируя свою ненависть ко всему живому. "Так не должно было произойти! Этого не может быть!" - эта мысль чаще остальных крутилась в голове брюнетки. По пути рой мух столкнулся со служанкой, работающей в замке. Это была та Каталина, с которой на днях развлекалась Даниэла. Она начала задыхаться и теряться среди насекомых. Вампирша стала единым целым, обретя облик человека. - Чего под ногами мешаешься, потаскуха? - практически безэмоционально спросила она, сдерживаясь от незапланированного убийства. - Вы в порядке, госпожа Кассандра? - девушка заметила, что та была сама не своя и, не ответив на заданный вопрос, встревоженно задалась своим, после чего добавила, - Утешение своих хозяев входит в обязанности слуг и я могла бы выслушать Вас. - По мне что ли видно, что со мной что-то не так? Чёрта с два! С чего ты решила задать мне этот вопрос? По твоему, я жалкая!? - за каждым её судорожным вопросом следовал другой, однако ответ ей был не интересен. Закончив истерию, Кассандра вновь обратилась в облик мух и полетела прочь, оставляя в коридоре запутанную служанку. *** Шла первая неделя мая. Сальваторе Моро занимался своими обыденными делами, включающие в себя просмотр телевизора, оставление слизи и рефлексию. Он был разочарован тем, что Гейзенберг так и не объявился за нужными ему ресурсами после вердикта Матери Миранды. - Eh bien*, это было ожидаемо. Кто захотел бы по собственному желанию явиться в это полуразрушенное место кроме mon adorable* Даниэлы, что всегда готова составить мне компанию? - грустно пробормотал Моро. У него в планах была генеральная уборка перед визитом одного из лордов, однако с каждым днём необходимость в ней становилась всё меньше. Не было никакого смысла переворачивать всё вверх дном ради мнимой надежды на появление Карла в его логове. Бродя по шахте, Сал искал то, что можно было бы предложить ожидаемому гостю. То, что можно было бы ему вручить и стать полезным хотя бы раз за всю жизнь. Во время поисков ничего не привлекало его внимание помимо того, что он видел перед собой, и ни один шорох не вызвал подозрения, а любой признак чьего-либо вероятного присутствия спихивалось на крысиные гонки. Неожиданно, Сальваторе почувствовал чужака на своей территории и инстинктивно начал покрывать всё слизью. - Эй! Здесь есть кто-нибудь? - за вопросом последовало нечто, что было хуже попадания на кожу машинного масла, а реакция была мгновенной: - Блять! Какого лéшего?! - мужской голос эхом разлетелся по пещере и от него затряслись все болты в рельсах. Осознав, что он натворил, хозяин шахты поторопился помочь попавшемуся бедолаге выбраться из "желейной ловушки". К его удивлению, это был не заблудший житель деревни, а Гейзенберг собственной персоной. "Неужели он пришёл? Поверить не могу..." - подумал было обладатель вязкого вещества, как вдруг услышал нераспознаваемую ругань: - Das monster kann seine verdammte Macke immer noch nicht kontrollieren*! - Умоляю, прости меня! Я сейчас же освобожу тебя! - встревоженно ответил виновник сего происшествия. - Beeil dich*, мне уже нездоровится! - громко ответил Карл, неподвижно удерживая голову так, чтобы его окончательно не поглотило. Освободившись, мужчина первым делом судорожно смахнул с себя остатки жижи, недовольно бормоча. Сальваторе наблюдал за ним из под капюшона с видом провинившегося ребёнка, хотя смотря на него, внутри не возникало никакой жалости. Однако Карл понимал, что агрессией он всё испортит и что ему нужна любая помощь от болотного обитателя. - Ну ты даёшь, водяной, прямо застал меня врасплох! У тебя отличные рефлексы! - притворно сказал он, а его собеседник, как ни странно, не смог распознать эту неискренность в голосе и словах. - Боже, я так рад, что ты не держишь на меня зла! Я счастлив твоему визиту, правда толком к нему не подготовился: всюду бардак. - неловко сказал он себе под "нос". - У меня у самого на фабрике всегда грязно, поэтому можно сказать, что такая обстановка очень кстати. - подшутил Гейзенберг, однако его шутка не задела Моро, а наоборот, вызвала у него улыбку. - Ого! Значит в чём-то мы с тобой похожи! - с энтузиазмом сказал он, на что получил неуверенный ответ. - Э, ну, да, наверно. Ладно, я пришёл сюда по делу - мне срочно нужна одна деталь для последней модели моего робота. Что-то, напоминающее лопасть вентилятора... - Сал кивал после каждой сказанной им фразы, показывая свою заинтересованность. - Ты меня понял, Салли? - гость с подозрением глянул сверху вниз на своего нынешнего коллегу, сомневаясь в том, что он что-либо осознаёт. - Безусловно! На дне водной местности есть куча всего и все перечисленные тобой вещи вполне могут ждать своей будущей эксплуатации. - с некой гордостью ответил "водяной". - Славно. Тогда поторопимся к названному месту. - он быстрым шагом вышел из шахты, направляясь к лодке, а Сальваторе мигом вернулся в свою комнату за ключами от моторного транспорта. Придя обратно к Гейзенбергу, он вручил ему их, а сам нырнул в мутную воду и махнул рукой в сторону пути, ведущего в открытое пространство. Управляя лодкой, мужчина задумался о том, как в прошлом он любил рыбачить со своим отцом на подобной этой. Они оба называли её "старушка Стэйси", но это был самый надёжный водный транспорт из всех, которые были в их владении. Он сразу помотал головой, придерживая рукой шляпу. Нельзя было отвлекаться на воспоминания из прошлого, ибо они делали его уязвимее, а это является признаком слабости. "Настоящие мужчины не могут позволить себе быть слабыми" - так всегда говорил ему отец, и эта фраза была чуть ли не главным жизненным кредом. Моро выплыл на поверхность и указал, где можно было пришвартоваться. Они оба вернулись на сушу и пошли по указаниям к берегу у глубокого, загрязнённого озера. - Дай мне пять минут. - эти слова звучали внушительно и Карл молча кивнул, смотря за тем, как тот снова ныряет в воду. - Как раз смогу устроить перекур. - он достал повреждённую пачку и вытащил одну мятую сигарету, больше похожую на свёрток бумаги. Курение отвлекало его от лишних размышлений, а таковыми были те, что не касались работы. Порой мужчина днями напролёт не вставал из-за стола с чертежами, и затем стремительно засыпал, сидя на стуле с инструментами перед роботом. Однажды он подошёл к аппарату для создания разных шестерёнок и отрубился прямо в момент заливания формы распалённой жидкостью. Хватило доли секунды для сильного ожога, охватившего его лобную долю и частично веки. Последствия были непоправимыми: сжигание ресниц, значительное повреждение зрения, незаживающие по сей день шрамы вокруг глаз и еле сохранившиеся редкие волоски на месте бровей. Ненормативная лексика охватила весь этаж левой части завода и никто тогда не помог ему с полученной травмой. Роботы были лучшим изобретением человечества, но они ни за что не сравняться с людьми в одном: сопереживании. Прошло несколько минут перед тем, как он заметил мелкие волны с пузырями, свидетельствовавшие о том, что мутант мог не справляться со своей работой. - Wie schade*. - воспользовавшись своей способностью, он сосредоточил все силы на притягивание со дна внушительных размеров предмета. Увидев найденное, он поражённо захохотал, а главным поводом для смеха стал вид перепуганного морского существа, вцепившегося в эту деталь. - Вы только поглядите! А с виду кажется таким грозным! - переместив находку рядом с собой на берег, он схватился за живот и поддался накатившему хòхоту. Сал не знал, как на это реагировать, и смущённо потёр руками. - Не волнуйся, на самом деле я очень доволен твоей работой. Я обыскивал весь периметр старой деревни ради этой штуковины перед приходом к тебе, и это заняло кучу времени. Все мои старания были коту под хвост, а ты достал то, что мне нужно, за считанные минуты. Я едва сигарету докурил! - похвалил его Карл. Моро взглянул на него, не веря своим ушам. Этот человек только что похвалил его? За какую-то там часть металлолома? Поразительно. Он ни за что не подумал бы о том, насколько легко можно заработать чью-то похвалу. - Карл... - его тут же перебили словами, которые сделали его самым счастливым в этой деревне: - Молодцом, Салли! За такое грех не наградить, так что приглашаю тебя к себе на фабрику в конце недели: выпьем по бутылочке холодного пива, отпразднуем это событие и отметим наше знакомство! - торжественно объявил Гейзенберг. Он ни на миг не засомневался в этом предложении: - Да! Я согласен! Во сколько мне зайти? Или ты сам ко мне придёшь, чтобы мы пошли вместе? Какое пиво будем пить?... - поток вопросов был схож с выделением слизи - также неотвратим. Они вдвоём шли обратно к деревне, болтая и таща ту самую лопасть, которая стала началом их сотрудничества.