Сквозь время и леса-навстречу морю на краю света

      Думаю, если бы вы оказались сейчас в Кэр-Паравале, то несомненно бы удивились творившемуся там несвойственному затишью. Удручëнные обитатели замка стали подобны бледным теням, быстро скользящим по каменным стенам, а в углах и тени притаились шепотки. И шептали они о самом разном: — Слышали, гонец вышел из кабинета мисс Сары расстроенным? — А я слышал, что он даже плакал… — Да ты что! — Тихо, болван! — Заразился он, вот что. Тоской по государям заразился… — Мисс Сара тоже сама не своя- всë в мыслях где-то… — Так а что ж поделать? Привязалась она к правителям нашим. — И то правда. Всë вздыхает… Подносила ей чай недавно, а она с документами сидит. Говорю, мол:"Отдохните хоть немного, мисс Сара, поешьте». Смотрю: бумаги отложила и глядит в пустоту… — А я, когда отчëт сдавал, иную ситуацию видел: мисс из-за стола поднялась и едва поймать успели, чтоб не упала. Помощь приняла только Ралхарта: облокотилась на спину и ковыляет ко мне- документ забрать. Неужели грусть способна настолько истощить человека?       Внезапно за их спинами прокатился недовольный рык, из-за чего по телам шептунов пробежали капли холодного пота. Ралхарт угрожающе оскалил зубы: — Ах вы, крысы угловые. Лучше бы работали, чем языком трепать. — Виноваты, Ралхарт, прости нас! Как она? Волк оглянулся на дверь, из которой он только что вышел. — Только никому, поняли? Мыши и сатир быстро закивали головами. Волк понуро вздохнул: — Эх, совсем ослабла малышка моя. Как в комнату вернëтся, сразу заворачивается в простынь, смотрит в окно и плачет. Она мне рассказала, что для нас государи ещё не скоро вернуться, но всë-таки надеется, ждëт их раньше увидеться… — А как это- для нас? — Да вот так это, Таврунс. Мы к тому времени уже в землю превратимся, а она!.. Она же останется совсем одна… Забудьте. Возвращайтесь к работе… Сара действительно и сама не ожидала, что настолько сильно полюбит своих друзей. На душе был горький осадок, который всë никак не удавалось растворить. Будь Аслан здесь, он подсказал бы, что делать? Но его здесь тоже нет… Этот самый горький осадок не давал покоя нигде и никогда, как проклятье. Но с годами оно становилось только гуще и удушливей, а шепотки всë более печальными.

***

      Спустя 3 года с последних похорон прошëл месяц, прежде чем Сара наконец отворила дверь своей комнаты. Она обещала Ралхарту не грустить после его смерти, но всë получалось совсем наоборот. Бросив небрежный взгляд на своë отражение в зеркале, девочка ужаснулась: взъерошенные светлые кудри потускнели, а заплаканные золотые глаза опухли и теперь напоминали монетки. «Мда уж, что-то я совсем раскисла. Пора идти дальше. Оплакивание никого уже не вернëт… Пора идти дальше.

***

Дальше…» — Мисс Сара, что же делать? — Захватчики уже у самых стен!!!       Девочка мгновенно отбросила навязчивые мысли прошлого, соображая, что делать. К воротам Кэр-Параваля чëтким шагом приближалось войско, просто невыносимо дребезжа железными латами и оружием в руках. Но поистине пугающим было то, что это были люди. И пришли они с западных земель, да и явно не с благими намерениями…       Защитница искала всевозможные способы и шансы, но сводилось всë к рискованному, но одному-единственному: — Я пойду одна. Бегите через берег и ждите меня у Песчаной горы на краю бухты. Если в течении 3 часов я не вернусь- уходите в лес как можно дальше и прячьтесь…       Окружавшие Сару нарнийцы заволновались, а стоящий поодаль кентавр с перевязанным плечом недовольно поднялся на дыбы: — Мисс, а как же Вы? Мы пойдём с Вами… — Рогнальд, не надо. Лучше позаботимся о раненых и неспособных держать оружие в руках. Сейчас лучше выиграть хоть немного времени, а на споры его и вовсе нет! — Сара нацепила меч на пояс и устремилась вверх, нажимая какой-то рычаг- За меня не беспокойтесь! Уходите через ход! — выкрикнула она напоследок, запирая за собой дверь в подвал.       Тихий топот пары ног, обутые в высокие сапоги, отстукивал по холодным плитам немного неровный, поспешный ритм. «Быстрее… Быстрее и выше…       Когда же всë пошло не так? Ведь до этого всë было прекрасно и нисколько не предвещало беды. Было ли причиной тому разрешение на торговлю с Тельмаром или же мирные беседы с Каспианом I? Не знаю. В прибывшей недавно для меня книге было указано, что Каспиан- завоеватель. Чушь собачья! Если и завоеватель, то уж точно торгового рынка. Он был чудесным политиком, философом и картографом. Я часто в шутку звала его «мальчишка- мечтатель». А во время своего путешествия по морю он, хах, вначале счëл Одинокие острова пустынной сушей! И как же он долго удивлялся, когда находился здесь, в Нарнии, и с неподдельным воодушевлением рассказывал мне о них. Можно сказать, что ещё один человек буквально вырос не только на рассказах о Нарнии, но и на моих собственных глазах. Естественно, время шло для нас по-разному: он взошёл на престол, наладил торговые отношения с близлежащими государствами, а после женился и завëл семью…       После смерти Каспиана I, его сын, Рейвиан, очень быстро взошёл на престол. Даже слишком быстро. В глубине души нарнийцы знали, что не нравятся нынешнему королю, и понимали, что им придётся нелегко, но никто не был готов к этой войне.       Это моя вина. Я попыталась уберечь страну до возвращения ребят, но не справилась. Простите меня. Вы все…»       В тот день, благодаря некоему условию, большей части нарнийцев удалось бежать в Великий лес, а Тэльмар одержал блистательную победу.       Тогда же Сара бесследно исчезла. То ли стыдилась показаться на глаза, то ли пропала без единного знака- никто не мог точно объяснить, что произошло.       Однако, силой Провидения или Древней магии, но защитница не покинула друзей. В 8 случаях из 10 какой-нибудь лазутчик, так некстати угодивший в капкан или охотничью яму, возвращался назад к соратникам, воодушевлëнно рассказывая о незримом чуде, освободившем его. Порой ночами дозорные слышали далëкую, знакомую песню чëрной флейты, кружившую тайный народ в танце, а врагов- по лесу, мнимо ведя к их конечной цели- обрыву.       Так незаметно пролетело 40 лет. В один из обычных дней, заблудившись, Мыш по имени Сикилт, выбрался к знаменитой Беруне- процветающему торговому городу на реке Великой. К счастью, его рост и окрас позволял притвориться огромной крысой и он направил свои лапы и нос туда: разведать, разнюхать- добыть информацию.       Изрядно напугав пару служанок и изящно увернувшись от цепких пальцев маленьких детишек, Мыш уже было подобрался к стражникам, как вдруг его накрыло чьей-то корзинкой. Девочка, судя по виноватому голосу, извинялась перед солдатами за свою неосторожность. Быстро собрав содержимое обратно, какое совпадение- вместе со шпионом, таинственная незнакомка куда-то заспешила. Сикилт был крайне недоволен тем, что его засунули в корзину, отчего попытался напугать девушку, пару раз укусив за тонкие пальцы, старательно прикрывавшие его каким-то платком. — Тише. Стражники не так глупы, как ты думаешь… Как? Откуда она узнала, что он- нарниец? И кто она такая? Наконец полотно слетело, и Мыша ослепили яркие лучи, пробивавшиеся сквозь густую листву, а рядом стояла девочка лет 14 с крайне сердитым лицом: — На будущее: если захочешь шпионить, то это следует делать в городе. В замке что нарнийцев, что крыс- не жалуют, увы, одинаково. Особенно эти двое. Они боятся грызунов, так что не ходи сюда больше. — При всëм уважении, маленькая мисс, — взвизгнул Сикилт, отряхиваясь от запаха хлеба и сыра- но как Вы поняли, что я выходец Нарнии? — Да тут и думать не надо. Я просто знаю, вот и вся премудрость. А теперь уходи. А, и передай, пожалуйста, старшим, что Сара скоро вернëтся.       Только выбравшись к Танцевальному Лугу Сикилт понял, кто была эта девочка. И вправду, те, кто застал захват Нарнии, безумно обрадовались вести о возвращении милой защитницы. И сама Сара не солгала- через 2 недели она уже стояла в объятиях дорогих друзей и союзников. Но оставаться на одном месте было нельзя, поэтому было принято решение двигаться на юг и занять сакральное место для народа- Каменный стол. Однако с каждым шагом вглубь леса становилось всë тише и тише, пока наконец все деревья не погрузились в сон. Так таинственный народ начал свою тихую жизнь на новом месте, изучая нового врага и постепенно адаптировался к такой жизни. Да, не такой свободной, как было прежде, но все вместе…

Продолжение следует…