Возвращайтесь скорее домой

      — Ты посмотрел проект? — с набитым ртом прошамкала Марта и облизала пальцы. Болтая ногами, она сидела на одном из столов в кондитерской, балансируя на одной руке внушительное блюдо с песочными ягодно-кремовыми корзиночками.       Артем закатил глаза — он уже сто раз пожалел, что под ее напором все-таки согласился еще и на бар. Видимо, арбенинское упрямство было у сестры в крови.       — Я же сказал, что посмотрю, как только разберемся со всем здесь, — он в очередной раз обвел взглядом уютное светлое помещение. Все получилось даже лучше, чем он изначально думал.       Марта тут же надулась:       — Да тут уже все готово, завтра же открытие… — пробурчала сестра, запихивая в рот очередное пирожное.       — Марта! — простонал Сурганов, хватаясь за голову. — Вот почему тебе иногда легче дать, чем объяснить, почему я этого не хочу?       Наблюдавшая за этой стычкой Вероника с трудом скрыла усмешку и, спрятавшись за кофемашиной, занялась приготовлением себе карамельного рафа.       — И вообще, будешь меня доебывать, расскажу маме, каким образом ей досталось арт-пространство, — с ехидством добавил парень.       Сестра некрасиво фыркнула.       — Тебе же первому пиздец и настанет… Я че? Я только исполнитель. Кто у нас заказчик? Кто был готов принять весь удар на себя, если что?       Артем рухнул на ближайший стул, обессиленно свесил руки между расставленных колен.       — Вот скажи мне, систер, нахера нам вообще бар? — попытался он зайти с другой стороны, прекрасно понимая, что бесполезно. Если сестра что-то решила, то все!       Арбенина младшая интенсивно почесала макушку, едва не уронив при этом поднос.       — Шоб було! Деньги должны работать! Че, помещение будет просто так стоять? Не порядок! Тем более, я готова поставить это самое помещение на то, что этот год, ну максимум следующий — и мама запретит матери гастролировать так интенсивно…       — Тебе их мало? — взвыл Сурганов, понимая что любой спор с Мартой закончится ее победой, хотя насчет матери он был с ней согласен.       Он не сомневался, что мама Света давно об этом думала, в разговорах с ним у нее временами проскальзывали подобные мысли. Но чтобы отобрать у матери одну игрушку, так сказать, ей нужно было дать другую. И они все это понимали! Так же как и понимали, что сама Света не сможет проводить с женой все время, а та однозначно будет требовать именно этого или ныть, что ей скучно. А это чревато из-за неуемной энергии матери, которой с годами если и убавилось — то ненамного. Когда Марта как бы невзначай объявила о том, что они с матерью идут на курсы по управлению яхтой, чтобы перегнать их новую игрушку из Лондона, Сурганова чуть не хватил удар. В первую очередь он закатил истерику сестре, после устроил еще одну матери. Заявив, что он ни за что, никогда не пустит ее на это проклятущее плавающее средство ни с Мартой, ни с Дианой, ни вообще с кем-либо! Светлане тогда потребовалось много времени, чтобы успокоить сына. Потом были долгие уговоры, угрозы, шантаж. Не помогало ничего, пока не вмешалась Вероника.       В тот день с кондитерской домой они вернулись рано — после скандала с сестрой и разговора с мамой Сурганов никак не мог ни на чем сосредоточиться, из рук все валилось. Он психовал.       — Тем… — жена позвала его в зал, — Тем, подойди ко мне!       Проглотив на кухне стопку коньяка, парень, все еще ворча себе под нос, пошел к ней. Рухнул на диван рядом и хмуро уставился на жену.       — Тем… — Ника поймала его ладонь и сжала в своей. — Ты же понимаешь, что не можешь запретить ни сестре, ни мамам пользоваться своей новой игрушкой? Я понимаю, что тебе это не нравится. Я понимаю, если ты вдруг решишь отправиться кататься на сноуборде, мне это тоже очень и очень не понравится, но я постараюсь все-таки тебя отпустить. Тем более, с кем Диане еще ходить на яхте, как не с женой?       — Но мне не должно это нравится, — проворчал он, усаживая жену себе на коленки и утыкаясь носом в шею, глубоко дыша. — И на сноуборд меня чет не тянет… Лучше на доске по волнам…       Вероника нежно гладила мужа по длинным, волнистым волосам.       — Я думал, что Марта привлечет мать к будущему яхт-клубу! — все еще продолжал сопротивляться Артем.       — С ее шилом в заднице, она будет успевать и там, и там…       … — Так, все, брэк! — не в силах выслушивать бесконечную словесную потасовку брата с сестрой, Ника прекратила ее. — Март, я лично обещаю тебе, что Артем посмотрит проект завтра вечером, после открытия. Да, Тема? — перевела взгляд на мужа, тот вздохнул и кивнул.       Школдина еще немного поколдовала с кофемашиной. Когда густо-коричневая струйка отплевалась, она взяла высокую чашку и, опираясь на тросточку, слегка прихрамывая, понесла кофе к ближайшему столу.       Артем было дернулся на помощь жене, но та только покачала головой.       — Темочка, дорогой, мне сказали больше двигаться, надо учиться ходить и привыкать к протезу.       Марта тут же напряженно уставилась на Нику.       — Точно все в порядке?       — Абсолютно. Март, правда, — успокоила та золовку, зная, что любая ее ложь тут же вылезет наружу. Муж, хоть и несостоявшийся, но медик. А с его сестры станется взломать больничный сервер и добыть результаты последних снимков.       — Я вечером посмотрю… — пригрозил Артем.       — Хорошо… — спокойно ответила Вероника.       — Слыш, Темыч, ты пошто мать обидел, а? — снова переключилась младшая Арбенина на брата. — Я, конечно, понимаю, твое упорство и нежелание зависеть от кого-либо, но пиар в ее соцсетях дал бы крутой результат.       — Не хочу… — упрямо набычился Артем. — Я должен всего добиться сам! И рекламой буду заниматься сам, не хочу зависеть от мам. Вы все и так со мной нянькаетесь постоянно!       Марта возвела глаза к потолку — иногда брат был точно Сургановым! Спрыгнула со стола, обняла Артема, похлопала по спине:       — Удачи завтра, братишка! Все будет хорошо!       Коротко чмокнула в щеку Нику и исчезла, звякнув входным колокольчиком.       Артем тяжело вздохнул — до открытия оставалось двенадцать часов, и скоро станет ясно, неудачник он, или еще есть шанс чего-то добиться в жизни самостоятельно.       Ника поднялась со стула, пересела на колени мужа, запустила пальцы в светлые волнистые волосы, поцеловала его.       — Темочка, дорогой, я в тебе нисколько не сомневаюсь! Все получится.       Крепко обняв жену за талию, Артем на мгновение прикрыл глаза. «Да, все получится!» — мысленно повторил он.

***

      Вопреки обыкновению, Питер решил порадовать жителей и гостей привычно прохладной, но сухой и солнечной осенью. Этот день также не был исключением, с той лишь разницей, что дующий обычно со всех сторон ветер стих и яркие, золотисто янтарные листья на деревьях лишь тревожно трепетали в ожидании его очередного порыва.       Диана со Светой устроились на скамейке недалеко от кафе-кондитерской «Скрипичный ключ», входная группа которого была украшена аркой из разноцветных шаров и вывеской «Мы открылись». Несмотря на мельтешащую толпу вдоль по тротуару, лишь изредка тоненькая струйка редких покупателей втекала в нее и выходила, обвешанная фирменными бумажными пакетами с графическим изображением скрипки.       — Все-таки Темыч точно Сурганов… — Арбенина поправила белоснежную капитанскую фуражку на голове, занырнула ладонью в пакет, лежащий у нее на коленях, выудила оттуда горсть крохотных разноцветных безешек и принялась кидать их в рот словно семечки. Света оторвала взгляд от кафе и перевела на жену, вопросительно вскинув бровь.       — Такой же упертый, как и ты… — с трудом проглотив меренги, пояснила Диана. — Я же предлагала ему: давай кину у себя в инсте рекламу, тут бы уже толпа была.       — Динечка… — Света заглянула в пакет и также выдернула горсть крохотных «поцелуйчиков», но в отличии от жадной до всего сладкого Арбениной, не проглотила сразу все, а начала смаковать по одной. — Это не упертость. У Темки есть гордость, и ему нужна уверенность в своих силах и…       Но Диана уже не слушала ее, а поправив на носу очки, внимательно присматривалась к стайке немолодых дам, похоже туристок, сначала делающих селфи на фоне кафе, а потом ныряющих внутрь. Она уже видела их неоднократно, как на концертах, так и в арт-пространстве жены. Получив легкий подзатыльник, перевела возмущенный взгляд на безмятежное лицо Сургановой и обиженно пробухтела.       — Мне значит нельзя, да? А сама? — засунула пакет с безе под мышку. — Не дам больше. Иди сама покупай, и пусть Темыч теперь на тебя ворчит, что ты его пиаришь.       — Динечка, родная, — Света лишь вздохнула и опустила голову ей на плечо. — Ты слышала что-нибудь о скрытой рекламе? Там словечко, сям словечко, очень аккуратно, а не так топорно, как ты…       Арбенина надулась еще сильнее, но жена тут же подлезла под ее привычную кожаную куртку, поглаживая поясницу и тихо пропела:

— Капитан, капитан, Улыбнитесь, Ведь улыбка — Это флаг корабля.

      Диана тихонько фыркнула — те мили, что она вела яхту Марты, пока неформально окрещенную «Ночные снайперы», в полной мере давали ей возможность именоваться капитаном. Ветер Северного моря и Балтики до сих пор шумел в ушах, вновь зовя к себе.       — Вот весной отгастролируем и рванем куда-нибудь через Атлантику… — размечталась она, не замечая, что ладони Сургановой уже проникли под футболку и неторопливо скользили по спине.       — Непременно… — промурлыкала Света, мысленно прикидывая, что если через Атлантику они и рванут, то планируемый весенний гастрольный тур «Ночных снайперов» остается под большим вопросом — слишком много переездов и перелетов. Ее шаловливые пальчики чувствительно сжали кожу жены. Арбенину тут же окатило жаром, как всегда, когда она чувствовала прикосновение любимых рук. — А сейчас давай поедем домой? Я думаю, Темка справится и без нас…       Диана тут же подорвалась со скамьи, уронив пакет на асфальт и вцепившись в руку Сургановой, почти вприпрыжку полетела в сторону парковки, где их терпеливо дожидался верный «Мерс».       Даже короткая дорога до Кавалергардской показалась Арбениной вечностью: малейшие заторы, красные светофоры — все это выбешивало. Уткнувшись в взглядом в лобовое стекло, она старалась даже не смотреть в сторону Светы, боясь, что один лишь взгляд — и она возьмет ее прямо здесь, в салоне, на виду у всего города.       Та только тихонько охала, когда жена создавала очередную аварийную ситуацию под возмущенные вопли клаксонов автомобилей. Бросив свой внедорожник нараскаряку посреди двора, она выдернула Сурганову из салона и рысцой кинулась к подъезду, едва не сбив с ног соседку, выходящую из него. Та неодобрительно покачала головой.       И только когда захлопнулась дверь квартиры, Диана выдохнула, глядя на любимую женщину. Света, прижимаясь спиной к стене прихожей, закрыла глаза, потому что смотреть сейчас в глаза жены, затянутые бешеным желанием, было сродни падению в бездну, из которой нет возврата.       — Динка… Динечка… — зашептала она, пока нетерпеливые руки Дианы сдергивали с нее и с себя одежду.       На какое-то мгновение Арбенина отстранилась, и Света с трудом открыла глаза — та глубоко, шумно задышала приоткрытым ртом, глядя на нее широко распахнутыми глазами, словно вбирая в себя, словно в последний раз.       — Родная… — Сурганова провела рукой по ее щеке, прижимаясь к раскаленному обнаженному телу жены. — Динечка… Любимая…       Диана вздрогнула от ее прикосновения и опустила ладони на талию, слегка сжимая ее. Света чувствовала, как мелко трясутся ее руки, словно та сдерживает себя из последних сил, боясь сорваться.       — Хочу тебя… — прошептала она, проводя губами по напряженно вздутым венам на шее Дианы. — Так, как можешь только ты… Сильно… — Сурганова накрыла ладонью одну ее руку и, отцепив от своей талии медленно потянула вниз, показывая, какая она уже влажная, и как хочет свою Динку.       Снайперша медленно начала опускаться вниз, трогая губами грудь, живот — все, что успела. Щекой потерлась о мокрое бедро, замерла, с шумом втягивая в себя терпкий любимый запах, осторожно провела языком по влажным складочкам, а потом выпрямилась, настолько резко закидывая Свету себе на плечо, что та только охнула:       — Динка, ты с ума сошла?! Тебе нельзя!       — Плевать! — прорычала Арбенина, волоча ее в спальню, словно первобытный человек добычу, и, сгрузив жену на кровать, нависла над ней.       Та облизнула губы и слегка изогнулась, подставляясь под нетерпеливые и требовательные руки, что сейчас скользили по ее телу. Уткнувшись невидящим взглядом в потолок, она вздрагивала, тихо постанывая, пока Диана изучала каждый ее укромный уголок, но намеренно игнорируя именно то место, которое уже пылало в ожидании разрядки. Ловила пальцы, что вцепившись в ее блондинистую шевелюру, направляли голову именно туда, целовала каждую фалангу. Переворачивала на живот, легонько кусала загривок, целовала спину, каждый позвонок; спускалась ниже, к упругим ягодицам, слегка прихватывая их зубами.       — Дин… Динечка… — жалобно заскулила Сурганова, опуская руку вниз и намереваясь закончить самостоятельно, но Диана откинула ее ладонь в сторону и, опаляя жарким дыханием подрагивающие складки, накрыла языком клитор, одновременно проникая пальцами.       Света взорвалась — вцепившись в волосы жены, она вскинула таз, буквально влепив ее лицо в себя. Влажные шлепки, движение пальцев внутри, собственный стон, переходящий в крик, когда, наконец, мир вокруг нее взорвался, осыпаясь напоследок звенящими осколками…       …Арбенина осторожно покрутив головой, высвободила остатки волос из окостеневших пальцев жены, подползла выше и уткнулась лицом ей в шею, обвив руками, закинула одну ногу на бедро.       — Динка, ты садистка, ей богу… — наконец прохрипела Сурганова, поворачивая голову и утыкаясь носом в нос, все еще тяжело дыша. Диана усмехнулась, но тут же оказалась повержена и распластана. Одним движением Света высвободилась из цепких конечностей снайперши и теперь сама нависала над ней.       — Пиздец тебе, родная… — сиплым голосом сообщила она, окидывая взглядом распростертую жену, по ее лицу расползлась макиавеллиевская ухмылка. При виде такой Сургановой — жадно облизывающей губы, с глазами, в которых бушевали все шторма Финского, обещающие невероятный кайф, но только после того, как та в полной мере насладится ею, Арбенина закусила губу, вздрогнула и потянулась к Свете.       … «Не было любви красивее…» — все, что успела подумать Диана, прежде чем первая волна подступающего оргазма накрыла ее с головой…