Не пытайся обмануть сердце

Оливия приподнялась на локти. В глазах двоилось. Еле как она разглядела силуэт в углу, который то-ли сидел на стуле, то-ли просто присел на корточки. — Т-ты кто? — Оливка попыталась вглядеться в человека, но голова слишком сильно кружилась. На мгновение в глазах потемнело. На мгновение - так казалось девушке, на самом деле прошло около пяти минут. — Она проснулась. Спасибо, Вероника, что присмотрела за ней. — Отчётливо был слышен голос Ботана. — Да не за что... После этой фразы Лив резко открыла глаза. Слишком стервозный голос был у этой дамочки, и она была с Ботаником. Ревность не дала и дальше лежать с закрытыми глазами. — Ботан?! А это кто? И где я? — О, Оливия! Я так рад что ты проснулась! — Ботан улыбнулся. Его улыбка была раем для Оливки. Так хотелось ее увидеть, а это удавалось крайнее редко. — Окей, окей, я тоже очень рада, но что это за ш... — Лив уловила строгий взгляд Ботана. — Ш-шикарная дверь? Такие разве делают в больницах? — Теперь да, после твоего приезда. — Быстренько отшутился Ботан. — Знакомься, это Вероника, моя подруга. Оливия презрительно посмотрела на Нику. В ее глазах промелькнула ревность. Но любовь к Ботанику не давала откровенно послать куда подальше неприятную барышню. — Очень приятно познакомиться. — Подружка Ботана ухмыльнулась, что-то прошептала на ухо парню и ушла. — Извини, она просто стеснительная. — Ботан нервно пожал плечами. — Ну, ты выздоравливай. Завтра к тебе Брайн зайдет. Он просто поехал Няню и Барменшу разнимать, они опять с ума посходили. — Понятно... — Оливка угрюмо смотрела в пол, вспоминая конфликты матери и тети в ее детстве. Никто пока что не знал о ее связях, поэтому Ботан, смахнув грусть девушки на плохое самочувствие протороторил что-то вроде "Ладно, выздоравливай тут" убежал. "Наверное к своей Веронике торопится" — Горько усмехнулась Оливия, закрывая глаза. Слезы так и просились выйти из несчастного тела девушки. Хоть на вид она всегда казалась окружающим грубой и сильной, внутри нее пылало что-то вроде отчаяния и одиночества. Что-то между желанием любить не того, кто тебя ненавидит, а того, кто тоже будет любить тебя всем сердцем и раскаянием перед Ботаном, и вообще перед всеми, кому она причинила боль. — Простите.. — Шепотом проговорила Лив, закрывая глаза ладонями. "Черт, черт, черт... Только не плакать! Нельзя, ты сильная." На миг Оливке показалось, что она проваливается в какую-то странную темноту, звенящую в ушах. Но это прекрасное мгновение отвлечения от суровой реальности быстро закончилось, и Оливия прилегла на кровать. На телефон пришло сообщение. Яркий экран немного защипал глаза Лив, и та зажмурилась. Одно не прочитанное сообщение от контакта "Ден". — Чтож ему еще нужно? Девушка открыла ватцап. Пришло сразу несколько сообщений, и Оливка начала их читать. — Привет, Оливия. Я знаю, что недавно совершил очень плохой поступок, и зря затащил тебя в тот клуб. Можешь мне не отвечать, потому что больше я тебя не увижу и общаться не собираюсь. Извини. Два дня назад, как раз когда я протрезвел, я сразу же узнал адрес больницы от того Ботаника и пришел к тебе. Ты спала. Будить не хотел, поэтому сам немного прорезал твою руку и сделал тебе тест на беременность. Ты уж извини, это для твоего же блага. Надеюсь, у тебя ничего не болит. И да, что на счёт теста... Две полоски. Я знаю, тебе трудно будет в это поверить, но такова судьба. Можешь сама проверять. И, понимаешь ли, не хочу лишних проблем, поэтому я улетаю в Канаду. Навсегда. Рейс завтра вечером. Ладно, спасибо что хоть прочитала, и пока. Надеюсь мы с тобой больше никогда не пересечёмся, а ты делай со своим ребенком все что захочешь. Глаза Оливии расширились, мозг анализировал происходящее. Как. Не может этого быть! Ну не может! С силой пнув ногой табуретку, стоящую возле кровати, Оливка громко зарыдала. Ей было уже плевать на всех и что кто думает. Хотелось убиваться долго и мучительно, наказывать себя за такую безрассудность, легкомысленность. А что делать с ребенком? Что сказать Брайну и Ботану? Уже находясь в помутнении сознания, Оливия выбежала из палаты. Больницу девушка совсем не знала. Она бежала по коридору, расталкивая врачей, смотрящих ей гневным взглядом вслед. Бежала к лестнице, ведущей, как ей показалось, на самый последний этаж. За деревянной дверью стояла швабра, закрывавшая проход, но Оливка при помощи своей силы быстро справилась с препядствием. Ну вот. Наконец-то. Крыша. Красивый вид, виден закат. Такой розово-желтый, серьезно, будто его краской облили. Но такой классный. Подойдя к краю, Оливия глубоко вздохнула. Еще один шаг, и она уже испытывает нереальную боль, после чего отключается. И никаких проблем нет. Ничего не было. Но размышления перед уверенным шагом прервал голос подростка: — Ну и зачем тебе это? Я конечно понимаю, тот еще депрессняк, и все про твои проблемы слышала... Но это не выход. Оливка резко обернулась. На другом конце крыши виднелся силуэт девушки. Она подошла поближе, и Лив смогла разглядеть ее. Незнакомка была в черной толстовке и рваных джинсах, носила короткую стрижку, а передние пряди были покрашены в фиолетовый. — Ты же Оливия, правда? — Неожиданно спросила она. У нее был такой тонкий, приятный голос. Он прям успокаивал. — Д-да... — Запинаясь ответила Оливка. Тогда девушка подошла еще ближе, на расстоянии вытянутой руки. — Меня Карина зовут, мне 19. Новые знакомые пожали друг другу руки, и Лив спросила: — А откуда ты меня знаешь? Я тебя нигде вроде не видела. — У меня связи есть с кое-какими людьми. Но это не важно. — Ладно. Ну раз ты такая всезнающая, то что мне делать с этим ребенком?! — Оливия уже говорила громко, она была на грани нервного срыва. — Успокойся для начала. Проблемы невозможно решать в таком состоянии. Карина сняла с себя толстовку. Под ней оказался фиолетовый топ с цветочками, который так и сверкал на солнце. Свою кофту девушка положила на бетонный пол, а если быть точнее, крышу, и жестом показала Оливии: садись.