Имитация любви

"Отец умер" Какая реакция обычно должна следовать после этих слов? Плач? Истерика? Или обморок? Если да, то наверное с Джию что-то не так, потому что она просто застыла на месте и смотрела в одну точку перед собой. Неверие в происходящее и сложность осознать сказанное. Что только что ей сообщили? То, что отец умер. Джию не знала как должна реагировать, но она точно не могла бы разрыдаться на месте. Её переполняли весьма противоречивые чувства, однако только не скорбь. Она никогда не задумывалась о том, что отец может умереть в один день. Ей такое в голову не приходило, хоть и в раньше часто думала: "лучше бы у меня не было папы". А теперь, когда такое произошло, ей стало не по себе. Ведь, они всегда были как чужие люди, между ними не чувствовалось никакого родства и близости отца и дочери. Они словно бы были сожителями в какой-то степени. Но он всё же был родным человеком. А потому она обязана выражать сожаление об его утрате и горевать по нему. Потому что, он её отец. Но Ким никогда не ощущала его отцовство. Скорее, Джин был больше как отец ей, нежели он. Нет, человек, который заставил пережить столько страданий и посмел поднимать руку на собственную семью не заслуживает такого звания. Джию до сих пор не может забыть то, как он замахивался на неё, крича во всю глотку. А та сцена, когда мать выпила весь коньяк дома и пыталась выброситься из окна навсегда застыла в её памяти. Ей постоянно приходилось отмывать рвоту на ковре и собирать осколки от разбитой посуды. Разве это счастливое детство, которое заслуживает каждый ребенок? Нет, Джию не считает его своим отцом. Он всего лишь тот, кто принял участие в её рождении. И больше ничего хорошего для неё он не сделал. Но почему тогда частичка её души будто опустела, когда она услышала о его смерти? - Что? - смогла она выговорить после долгого молчания. Чонгук, что стоял возле неё всё это время, направил на неё настороженный взгляд. - Как это произошло? - Давай я тебе позже расскажу, хорошо? - мгновенно ответил брат, терпеливо ждавший на той стороне провода. - Хорошо. Ты сейчас где? - она всё еще оставалась в неизменном положении, потому что была слишком напряжена. Её мозг отчаянно пытался переварить произошедшее. - Я в больнице. Помнишь ту, где мама неделю пролежала? - Да, помню, - кивнула Джию, хотя Джин этого не видел. - Я скоро приеду, ладно? Жди меня там. И она положила трубку, не дожидаясь ответа от брата. Ей надо было обо всём подумать. Слишком сложно было решить то, что она должна чувствовать сейчас. Боль с глубоким сожалением о большой утрате или легкую печаль, какая бывает, когда узнаешь о смерти далекого родственника? Но он ведь не чужой человек, не дальний родственник, а собственный отец. Именно поэтому внутри необъяснимая пустота, незримая, но ощутимая. Такая, от которой места себе не находишь и хочется душу вырвать из тела, чтобы перестать чувствовать вообще. Они ведь жили столько лет вместе, пусть и все эти годы она чувствовала к нему ненависть и презрение. Чтобы там ни было, она не могла радоваться его смерти. Выключив звонок, Джию сразу же положила телефон в карман и намерилась пошагать прочь от дома. Ей не терпелось добраться до больницы, ведь это единственное, что она могла сейчас сделать. Но её резко переменившееся лицо и испуганный тон во время разговора не на шутку взволновал Чонгука, который внимательно её слушал. Он и попридержал её, схватив за запястье и повернул на себя, заставляя вспомнить о своём присутствии. - Джию, что случилось? - он обвёл её обеспокоенным взглядом. - Что-то не так с Джином? - Нет, - она с трудом сглотнула. - С ним всё хорошо. - Тогда, что случилось? - Папа умер, - тихо прошептала она и подняла многозначительный взгляд на парня, который был громче всяких слов. - Что? - по его лицу прошёлся шок вперемешку с удивлением. Он был изумлен её реакцией, которая была намного спокойней нежели было бы у большинства. Но у неё были причины так себя вести, он знал это после разговора с ней в ту ночь. - Мне так жаль, Джию... - Извини, Чонгук, но мне пора. Я должна ехать. - Подожди, - он снова удержал её за запястье. - Куда тебе? Я поеду с тобой. - Нет, тебе не нужно утруждаться, - она попыталась улыбнуться ему, но откровенно плохо получилось. - Тем более, у тебя есть гостья. - Брось, Джию, - Чонгук досадливо вздохнул, откидывая голову назад. Почему именно сегодня именно эти две девушки должны были прийти к нему домой? В любом случае, ответа на этот вопрос искать времени не было, поэтому он взял её за плечи и заставил смотреть на себя. - Я хочу быть с тобой рядом, поэтому иди сейчас в гараж и жди рядом с машиной. Я быстро переоденусь и приду за тобой. Договорились? Ким не оставалось ничего, кроме как молча согласиться и выполнить его указания. Погрузившись в глубокие раздумья, она оперлась на капот автомобиля и кусала ногти. Её вредная привычка снова проявлялась из-за излишне нервного состояния. Она не знала куда себя деть и что делать за время ожидания. Она вообще не знала что ей делать. Как будут проходить похороны, как поступит Джин и что она будет чувствовать, когда увидит отца? Все эти мысли заставляли её сердце хаотично биться и грызть ногти еще сильнее. В таком состоянии, девушка сама не поняла, как пришёл Чон и после недолгой дороги, они оказались в холле больницы. Джин встретил их прямо у входа. Ким сразу бросилась в объятия брата и была рада ощутить его присутствие рядом. Он был единственный, кто разделял её чувства и переживания. Вид у него был мягко говоря не очень: волосы растрепаны, губы искусаны, а лицо бледное, без единой кровинки. Рубашка даже заляпалась в крови, что заставило Джию вскрикнуть от ужаса, когда она заметила красные пятна на одежде. - Что с тобой, Джин? - с нешуточной тревогой спросила она, указывая на его рукава. - Откуда это? - Случайно заляпался, когда поднимал отца, - томным голосом ответил он, явно уставший от пережитых новостей. - Ты привёз её сюда? - брат посмотрел на Чонгука, молча стоявшего рядом с сестрёнкой. - Да. Сожалею о вашей утрате, - осторожно добавил тот, пытаясь быть как можно деликатным. - Так, как это случилось? И когда? - Джию было совсем не до сентиментальных разговоров и она быстрее хотела узнать подробности смерти отца. Сердце учащенно стучало, выдавая её тревожность и волнение, успевшее перевалить за край чаши за такой короткий срок пока они добрались до больницы. - Не так давно... - он опустился на ближайшие сидения и Джию села перед ним на корточки, положив руки на его колени. - После работы я хотел зайти к нему, чтобы рассказать о свадьбе. Я долго решался и даже подумал, что если буду тянуть, может стать слишком поздно. Я будто предчувствовал, знаешь? Когда я подошёл к его дверям, оказалось, что дверь была открыта и это уже меня насторожило, - он закрыл глаза, вспоминая тот ужас, что видел лишь несколько часов назад. - Дома невыносимо воняло спиртом, а его самого я нашёл в спальне. По его голове растеклось немного крови, видимо, он не смог удержаться на ногах и упал, ударившись головой об кровать. Я сразу вызвал скорую, ведь он еще дышал, но по приезду сюда он скончался. Организм не выдержал пьянки, длившегося годами, - Джин обессиленно опустил голову, глядя в пол. Джию видела, что он еле сдерживает бурлящие эмоции и он бы сейчас разрыдался на месте, но не мог ради сестренки. - Джин... - она обняла его за шею, положив его голову к себе на плечо. Самой хотелось плакать, видя его состояние. Он ведь был неотделимой частичкой её души и вся боль, что он пропускал через себя, передавалась и ей. - Он смог хотя бы прийти в сознание? - Нет, он не смог, - глухо пробормотал тот, не поднимая голову. - Он просто дышал, а когда добрался до реанимации умер. Джию представила перед глазами картину того, как брату сообщают о смерти отца и он застывает точно так же, как и она. Не знает что ему чувствовать. Ведь он был жесток и к нему тоже. Отец был особенно суров к своему сыну, постоянно упрекал его, орал на него и самое ужасное - избивал. Несмотря на это, Джин пошёл к нему, чтобы рассказать о важной новости. Хотел поделиться своим счастьем. Но не смог, ведь жизнь приготовила совершенно другой исход. - И где он сейчас? Что нам делать дальше, Джин? - Он в морге. Дальше нам нужно организовать похороны, Джию. Мы должны сообщить всем о его смерти и принять пришедших с ним проститься. Это наша обязанность, - он серьезно посмотрел на неё, сжимая её ладони в своих. - Если это наша обязанность, то деваться нам некуда, - она посмотрела на него в ответ и сильнее сжала руку.

***

Прошло три дня после смерти отца. Именно на третий день его кремировали, а до этого немногочисленные родственники оплакивали его и провожали в последний путь. Джию и Джин слышали много слов о сочувствии, многие пытались их поддержать, но они не знали какую боль им принёс покойный, пока был жив. Брат и сестра лишь молча кивали им и слабо улыбались, валясь с ног. Было слишком сложно оставаться сильными, когда рядом столько плачущих людей, а ты чувствуешь себя виноватым за то, что не можешь пустить и слезу. Тем более, кричащая пустота внутри затмевала все остальные чувства, заставляя невидящим взглядом застывать на одной точке в пространстве. С этой пустотой, появилось больше места для навязчивых мыслей, что перемешались между собой, создавая головную боль. Чтобы снять накопившееся напряжение, Джию выпила рюмку соджу и вышла на улицу, чтобы проветриться. Было приятно отвлечься от мрачной атмосферы в комнате и перестать видеть улыбающуюся фотографию отца, помещенную между букетами цветов. Каждый раз, когда на её глаза попадалась эта рамка, её внутренности скрючивались от боли и это отражалось кислой миной на её лице. Девушка была вся измотана и хотела лишь одного - посидеть в тишине, наедине с самой собой. Ей надо было разобраться с мыслями, отчаянно кружившими в её голове. А воздух внутри дома давил на грудь, будто бы оковав легкие тяжелыми цепями, отвлекая от необходимых раздумий. - Тоже устала, да? - Джин сел рядом с ней, проследовав по каменной тропинке и протянул ей одну из бутылок соджу. - У меня аж голова разболелась. - Спасибо. Да, у меня тоже... - она посмотрела на брата опустошенным взглядом. - Джин, у меня вот вопрос... А ты вообще любил отца? Он, что заинтересованно глядел на неё, вдруг поник и стал рассматривать свою обувь. Судя по тому, что он не ответил сразу, он тоже колебался, когда думал про это. - Не знаю, - тихо проговорил он, делая глоток из горлышка бутылки. - Я никогда не чувствовал его любви к нам. - Я тоже, - согласилась Джию, повторяя за братом. Горький напиток создал жгучее тепло в области груди и становилось немного легче на душе. - Помнишь, как он принёс нам подарки на Новый год, когда устроился на новую работу? - Конечно, - Джин слабо усмехнулся. Как он может забыть такое неожиданное событие, от которого отходил два дня? - Чтобы там ни было, он всегда старался обеспечивать нас материально, чтобы мы ни в чем не нуждались. Знаешь, я не говорил тебе, но он копил деньги на мою учёбу и дал мне их, когда я уезжал. Денег было немного, но на первое время очень пригодилось. - Правда? - она искренне удивилась, потому что никак не ожидала такого от отца. Ей с учебой и другими вопросами касательно неё помогал брат, который заботился о ней даже если их разделяли сотни километров. Если бы не он, то Джию бы испытывала много стеснений в плане денег. - Я думала, его кроме алкоголя ничего не волнует. - Видимо, нет. Но ты замечала, что когда он не пил, то был достаточно спокойным и никого не трогал? - Замечала. Однако, всегда в такие дни мама кричала на него, чтобы он одумался, поэтому его трезвость имела мало значения, - Ким чуть скривилась при упоминании мамы. Ей сообщили от смерти бывшего мужа, однако Джию не была уверена придёт ли она на похороны. - Как думаешь, мама придёт? Хотя бы увидеться с нами? - Не знаю, - брат медленно покачал головой, пожимая плечами. - Скорее всего, нет, - предположил он. - Думаю нам пора. Зайдешь внутрь? - Нет, я еще немного посижу, - она подняла голову, наблюдая, как брат поднимается с бетонной лестницы и стряхивает штаны. - Ты иди. Поцеловав её в щеку, парень неторопливыми шагами отошёл, оставляя её наедине с собой. То, что ей было нужно. Наверное. Просто в её голове запуталось столько мыслей и решить их было невероятно сложной задачей, даже после разговора с братом. Все нити сводились к тому, что она плохая дочь и плохой человек, потому что не может горевать по собственному отцу. Её мучало, буквально заставляло задыхаться чувство вины, поместив свои чудовищные руки на её горле, перекрывая кислород. День был необычайно солнечным и ослепительно сверкало на ясном небе без единого облачка. Оно будто хотело, чтобы все вокруг радовались и в пляс пускались в честь такой погоды. Только не все хотели и могли. Джию горела под палящими лучами солнца, выпивая бутылку соджу до самого дна. Удивительно, но алкоголь почти не действовал, ведь её голова оставалась такой же ясной и трезвой, какой была несколько минут назад. А жаль, ведь хотелось напиться и забыть про всё, благодаря провалам в памяти. - Можно присоединиться? - издался мягкий голос, который заставлял сердце трепетать от волнения. Обладатель волшебного голоса сел рядом и протянул еще одну бутылку соджу. - Спасибо, - поблагодарила девушка, принимая из его рук выпивку. - Ты недавно приехал? - Да, только зашёл, - ответил Чонгук, глядя как подруга делает довольно большой глоток. - А ты давно тут сидишь? - Не помню, Чонгук, - она нахмурила брови, пытаясь вспомнить сколько времени она провела на улице. - Я просто думала и думала, но так и не додумала. - О чём ты думала? - спросил он, пытаясь быть как можно нежнее и мягче. Он жутко волновался за девушку, ведь знал в каких отношениях та была с родителями. Его очень беспокоило её неопределенное состояние, что она уходила в себя, утопая в раздумьях. - Ты можешь высказаться мне. Джию внимательно посмотрела на парня, сидевшего рядом с ней. Он облачился в черную рубашку и черные штаны, но взгляд у него был светлый, как и его душа. Чонгук действительно был самым лучшим человеком, которого знала Ким. С того дня, как они узнали о смерти отца, он помогал им устраивать похороны, провёл весь день с ними, когда приходили родственники и другие знакомые отца, подвозил до дома. Он всё время находился рядом с ней и от его присутствия действительно становилось легче. Его поддержка запала ей прямо в душу, пронизывая до самого центра сердца и Джию чувствовала неизмеримую благодарность ему за всё. Конечно, Чимин тоже был рядом, как и другие её друзья в этот момент. Пак не оставил её одну разбираться со своими проблемами, он также пытался унять её боль и помочь пережить это нелегкое время. От него исходили теплые слова поддержки и он признался, что хотел бы взять на себя всю её боль, чтобы не видеть её такой грустной. Но он не знал всего, не знал. Он не знал, что она не понимает, чувствует ли боль от потери отца и чувствует ли что-то вообще. Она и сама не знала, что творится у неё в душе. Если она сама себе не могла помочь, то Чимину никак это не удастся. - Скажи, я плохая дочь, если не пролила ни одной слезинки из-за отца? - она хотела произнести лишь это, но вдруг платина треснула и из неё начало выливаться всё, что копилось в ней. - Я думаю, что я бессердечная тварь, потому что не чувствую ни капли сожаления о его утрате. Я не могу избавиться от этого ощущения. Неужели, во мне нет никакой благодарности за то, что он вырастил меня и обеспечил всем необходимым? Неужто, я не могу перестать корить его за то, что он разрушил моё детство и заставил столько плакать? Неужто, я не могу простить его? Я такой черствый человек с каменным сердцем? У Чонгука душа горело от слов отчаяния своей любимой девушки. Он и не подозревал, что она чувствует себя виноватой. Оказывается, она себя упрекала в том, что не могла выдавить слёзы и простить отца. Она сущий ангел, ведь не каждый бы стал так мучать себя, будучи невиноватой. Джию просто не понимала, что нормально не горевать по человеку, который принёс много боли и страданий. - Родная моя, иди сюда, - не выдержав, он заключил её в свои объятия и крепко сжал меж своих рук. - Ты не обязана плакать, если не хочешь. Понимаешь, мы не контролируем свои чувства, особенно те, которые вызваны другими людьми, - он стал поглаживать её спину и чувствовать её мелкую дрожь по телу. - Скажи, твой отец просил у тебя прощения за содеянное? - Нет, - пробормотала девушка и почувствовала, как по щеке течет первая слеза. - Вот видишь. Значит, тебе незачем прощать его. Ты не будешь бессердечной, даже если не сможешь простить его, - Чонгук почувствовал горячие слезы на своей рубашке и тяжело сглотнул, пропуская через себя её боль. - Никто тебя не осудит, поверь. Ты не сможешь вернуть себе детство, поэтому имеешь право на него злиться. Но, я знаю, что ты не будешь. Потому что, ты не станешь хранить в себе злость, позволяя обиде стать тяжелой ношей на твоих плечах. Поэтому, тебе нужно просто отпустить её и самого отца, - Чон чуть отодвинулся, чтобы направить глаза полные слез на себя. - Пусть и не сразу, но ты можешь постараться. - Думаешь, мне стоит просто забыть? - произнесла она, поборов тугой ком в горле. - Да, Джию, - он смахнул большим пальцем слезу, что прокатилась по её щеке. - Ты сможешь? Вместо полноценного ответа, она просто кивнула и снова оперлась головой о его грудь. Он был прав и Джию только осознала, что ей правда не стоило чувствовать себя виноватой в ситуации, где она, на самом деле, жертва. Она постаралась представить кого-то другого на своём месте и попытаться понять его. Действительно, она бы не осудила человека, который бы вырос с проблемными родителями и не мог простить их за содеянное. Если бы он просто предпочел забыть обо всём, она бы его похвалила за то, что он умеет жить дальше. Неужто, она могла оказать такую поддержку другому человеку, но не самой себе? Нет, она должна быть бережнее с собой, потому что она тоже человек и имеет право жить так, как ей хочется. Без угрызений совести, сожалениями о прошлом и обидой на родителей. Это ведь то, что необходимо большинству людей. Уметь жить, не волнуясь о всяких мелочах, которые никак не повлияют ни на что. Нужно уметь отпускать то, что было в прошлом и жить настоящим. Вместо раздумий о том, что ты мог бы сделать в прошлом, можно строить планы на будущее, ведь от этого есть больше толку и это способно сделать намного счастливее. И наконец, человек не должен хранить злобу и обиду в себе. Нужно жить без этого тяжелого груза, ведь он как якорь, будет тянуть тебя на темное дно, когда ты отчаянно пытаешься выплыть на поверхность, где есть свет. Нужно жить дальше. Вот как маленький разговор с Чонгуком смог ей помочь. Он подтолкнул её к этим мыслям и дальше она додумала сама. Чонгук смог стать лучиком света в густой пелене тьмы, дав ей озарение. Джию снова прижалась к нему, ощущая его сильную грудь на своей щеке. Он был как каменная стена, за которой никогда не страшно. Один его взгляд говорил "я тебя защищу не смотря ни на что, рядом со мной ты в безопасности". Хотелось чувствовать его присутствие всегда, каждую минуту и секунду своей жизни. Однако, сложно принимать то, что это невозможно. Даже если она признает, что полюбила его, то он всё равно будет влюблен в другую. Обнимая её, он, возможно, думает о своей возлюбленной девушке, которая смогла завоевать его сердце. Она бы так вечно просидела: в объятиях Чонгука, чувствуя тепло его тела и души. Не хотелось, чтобы такой момент прерывали и вмешивались чужие люди. Но до боли знакомый голос был суждён отвлечь её и заставить поднять голову на себя. Джию будто проглотила язык, увидев перед собой лицо, которое со слезами на глазах смотрело на неё. - Мама?