Висяк

– Димон, тебя там наш зовет! Обожди только полчасика и иди. Тот самый "Димон" уже прождал Андрея Витальевича, начальника отдела, уже два часа в старом холле местной ментовки. Кто бы знал, что после учебы в крупном городе, за которую он рвал и метал, но поступить, вернётся обратно в эту забытую яму, что городом назвать-то тяжело. Зачем только было стараться стать образованным, если никуда без связей невозможно устроиться? Да и стоило поступать на профессию, где эти связи как раз и нужны. В журналистике нужно быть проворным, со знаниями из университета никто не захочет брать тебя на работу. Друзей не образовалось на новом месте, ни говоря о нужных людях. Ничего его в том месте не задержало. Не то, чтобы у него была великая цель, всего лишь хотелось иметь что-то свое, а в итоге толком ничего и нет. Оставалось только вернуться в родное место, где каждого в лицо знаешь, от чего даже начинает воротить. Что бы ни сделал – это знает почти весь городишко за следующий день. Противное ощущение, когда нет никакой анонимности, обсуждения любого события: кто занимался непотребством недавно на дискотеке, кто начал продавать незаконно любимый местными низами общества алкоголь, а кто дом сдает или продает. Хотелось бежать отсюда, не оборачиваясь, но теперь придется при встрече с одноклассниками говорить, приукрашивая, что в этой дыре ты нашел больше перспектив, чем в каком-то там городе, аж тошно становится от одной мысли. Может, стоило бы остаться в городе и подыскать маленькую работёнку... За эти два часа ожидания вернувшийся житель Кошакино много размусоливал в голове неправильные выбранные варианты в своей жизни. Как ни крути, а эти мысли только удручали его итак не лучшее настроение. Вариант работы в ментовке казалась ему лучшим из возможных вариантов, чем стругать скучные статейки в газете на нескольких черно-белых страниц, это буквально то, от чего и был совершён неудачный побег. В полиции же у него есть возможность карьерного роста, хотя бы какого-нибудь, да и всяко серьёзнее работа, чем писанину сочинять, хотя он этому и учился на вышке. Все равно даже с его профессией его примут на работу здесь, так как в этом дряхлом месте сотрудников было меньше, чем в отделе производства газеты. И так прошли эти тридцать минут в раздумьях. Дмитрий встал, потянулся да и пошел к кабинету того, кто должен решить его судьбу – быть частью ментовской шайки или нет. Остановившись, начал проверять свой внешний вид, будто бы за все проведённое здесь время не было возможности поправить очки, челку откинуть под нужный угол или наличие заряжённой камеры в сумке. Мелочи, из-за которых возникает волнение первого впечатления. «А может стоило побриться полностью, щетина не смутит старика? Как давно я стирал куртку? Черт, подумает, что выгляжу как бомж. Надеюсь, он не заметит торчащую нитку из джинс...». Волнительно. Секунд десять и стук в дверь. – Войдите, – прозвучал из-за двери грубый и хриплый голос. – Здравствуйте, это Дмитрий Воронов, я по поводу раб... – А, это ты, Дима, проходи, – было слышно, как начальник пытался добиться расположения, сразу начав без формальностей. Воронов сперва опешил от такого, но, замявшись, все же вошел в небольшой кабинет. Взглядом он оценил обстановку. Облезлая краска по углам, противный зеленый цвет, застрявший в воздухе запах дыма сигарет. Атмосферненько. После мимолётного просмотрам кабинета стоило бы сесть за стол, что и сделал будущий сотрудник. – Так-так-так, значит, ты к нам после учебы в Киршове решил приехать? Кто бы мог подумать, что с такой направленностью ты вернулся, – Витальевич будто ножом по сердцу резал, читая резюме новичка, будто знал самые болезненные точки. – Что-то вроде того, – поежился тот. – Ну-ну, не стесняйся, тут все свои, поймут. Я о тебе слышал, ты способный малый, но даже с образованием до рядового тебе еще как до Эвереста, так что могу тебя принять либо как помощника юнги, так сказать, либо полодрайщиком, но мы-то знаем правильный выбор, ха-ха, – противно хихикая, тучный мужчина махал перед лицом листом бумаги Да уж, резюме в виде веера имело больше функциональности, чем его содержание. «Лучше бы я не приходил» – только промелькнуло в городе блондина. – Значит, я могу приступить к работе? – Дмитрий хотел скорее закончить эдакое собеседование. – Дай-ка подумать... –мужчина встал из-за стола и направился ходить от одного угла комнаты к другому, Воронов только успевал поворачиваться. В итоге он остановился около небольшого шкафа и повернулся. – Не совсем, мне нужно будет дать тебе какое-нибудь тестовое задание, ты же журналист, верно? Его его выполнение не заставит труда, для тебя опыт, для нас одно выполненное дело, все в плюсе. «Даже не скрывает, что он просто спихивает на меня ненужную работу, Боже.» – отметил про себя Дима. – Так, а про что дело? – Ничего особенного, дело как дело, пропал человек полгода или год назад, короче плюс-минус, давнее дело. Квартирку вообще не трогали, все его вещи на месте, будто он вышел в магазин и не вернулся. Странно, хотя не редкость, ты по-любому слышал про такие случаи, – на это Дима кивнул, так как в его родословной тоже было такое. Будущий начальник достал из шкафчика папку с делом. – Не поверю, что его убили, в нашем захолустье каждую дыру знают, школота бы давно доложила. Кто знает, что с ним случилось, может прячется от кого-нибудь, это тебе предстоит выяснить. Надеемся, что он где-нибудь не утонул или его звери в лесу того, бррр. Только подумаю о волоките с бумагой. Андрей Витальевич передал всю информацию Воронову в папочке, немного постоял и быстро подошел к столу за бумажкой. – Прежде чем ты уйдёшь, возьми это, малец, чуть про это не забыл, – он что-то начеркал на листе и передал. – это типа справочка от меня, что тебе можно допрашивать, а то народ, ты сам знаешь, какой недоверчивый, считай, что твоя страховочка. В папке ты все найдешь, а если будут вопросы, то в ней есть мой номер. – Спасибо, буду верить, что мне не придется бежать по лесу с ружьём или нырять за ним, – мурашки прошлись по спине при мысле о растерзанном трупе с выеденными глазницами или плавающем теле. – Ладно, я пойду. Рад был пообщаться, если что-то выясню, то позвоню, – протянув руку, блондин пытался максимально быстро закончить это. – Хорошо, буду ждать новостей, – рукопожатие окончило этот разговор. «Сука. Вот сука» – промелькнуло у Дмитрия в голове за дверью. «Дать такое дело для практики, ну да, конечно! Полгода его не находили, а я должен найти! Вот тварь». Хотя можно понять, зачем это было сделано. Будет легко объяснить причину отказа приёма на работу. Что же, ничего не поделаешь, придётся разбираться с этим. Дерьмом. А сперва нужно прийти домой и ознакомиться с содержимым папки, первое что и сделал Дмитрий. Прийти домой, переварить все произошедшее и осознать, что придётся в одиночку искать... А кого искать? Он вытащил из сумки папку и пригляделся к имени пропавшего. «Пелевин Станислав Андреевич, будем знакомы» – мысленно познакомился с потеряшкой. Теперь-то они почти как приятели, хотя в одну сторону, но у них уже есть общая черта – быть никому не нужным. Почему так посчитал? Все очень просто, при поиске имени он увидел, что подал о пропаже Пелевина соседка, и то недавно. Да и сама папка была тоненькой, негусто. Потихоньку так и дошёл до дома. Маленькая однокомнатная квартира, доставшаяся ему от тети по наследству, во время учёбы он ее сдавал, но теперь сам переселился в нее, надеясь, что в ней он не помрет, как тетка. Никакого позитива в его голове не было, откуда взяться им? Хотя бы развлечётся детективным делом. Лестница на пятый этаж, замок, прихожая, вешалка, тапочки. Вроде бы недолго здесь живет, но почему-то испытывал к таким обыденным делам успокоение. Дом, где тебя не будет трогать, не считая гнусной бабули-соседки напротив, что уже нарекла Дмитрия и наркоманом, проститутом, но сегодня повезло не встретить ее на лестничной площадке. Хорошо, что у их квартир нет совместных стен, а то бы он ей устроил концерт группы «Сектор Газ». Папку с уликами он оставил на тумбочке около входной двери, все равно придется мимо нее идти на кухню, захватив заодно и ее. Дотопав до спальни, блондин взял вещи с полотенцем и пошел в ванную, после долгого ожидания тело успело тысячу раз вспотеть. Споткнувшись пару раз по дороге об дверные косяки, Дима чуть не разбил очки, то ли он такой неуклюжий, то ли в квартире настолько маленькие проёмы. Если бы его ванну уменьшили еще немного, то он навряд ли бы влезал в нее. Не то, чтобы он был тучным, совсем наоборот, зато довольно высоким. Включил воду, проверил температуру, хорошо, что была горячая вода, повезло так повезло. Пару раз стукнулся коленками о стиральную машину и закинул на нее вещи. Зачем формальности, если никто не видит? Подождал немного и запрыгнул в ванну, ничего особенного в этих действиях не было. Вроде бы ничего особенного не сделал за весь день, но усталость все равно накатила потихоньку. Раньше столько успевал сделать, были цели в жизни, а теперь? Теперь взрослая жизнь, уже стукнуло двадцать восемь лет, жизнь только началась, но по ощущениям казалось, что все, уже заканчивается. Нет, это не пессимизм, скорее реальный взгляд на мир. Но прочь мысли, ведь можно понежиться в теплой водичке, только бомбочки для ванны не хватает, вот только ему и без нее хорошо. Не каждый день приходится наслаждаться данным ритуалом водных процедур, коммуналка та еще морока, особенно эти "письма счастья", то есть счета. Но иногда эти минуты в тишине и тепле воды того стоит, никто тебя не трогает, никто не видит, остаешься сам с собой и своими мыслями. Даже появилось желание почитать, что там по уликам Пелевина, все равно никто не будет осуждать за нагое представление от тумбочки в прихожей и обратно, но сейчас не то, что вылезти из ванны, даже пошевелиться лишний раз лень. Только неудобно, что ноги невозможно выпрямить, как в детстве, но это уже вторичное. Только промелькнула в голове мысль, что нужно уже выходить из воды и побриться, но она как-то оборвалась... Резкий всплеск воды, попытки ухватиться за бортики ванны, кашель. Заснуть в ванне и умереть, не такую смерть Воронов бы хотел. Выкашливая воду, вечер окончательно стал еще хуже. Он и так воды боялся еще с детства, ибо при попытках научиться плавать получалось ровно наоборот. Только подумать и... Хватит плохих мыслей. Время ужина и изучения имеющегося материала. Кое-как вытащил свою тушу из ванны, оделся, да пошел на кухню. Сейчас было только одно желание – поспать, но не стоит нарушать время ужина, сбив режим. Эта правильная жизнь даётся с трудом. Весьма изысканное блюдо его ждало в виде лапши с яйцом, нынешних сил и кулинарных способностей хватало только на это. Зевота даже не думала уходить, после ванны всегда так хотелось спать, расслабленное тело еле шевелилось, вот-вот и что-нибудь уро... И сейчас секунд двадцать Дима смотрел вниз на разбитое яйцо. Вечер еще хуже. Только пробубнил под нос пару ласковых в свой адрес и пошел искать в этой халупе хоть какую-нибудь тряпку, достойную убрать это безобразие на полу. Попутно включил музыку на телефоне, ибо эта тишина в доме начала его тревожить. После жизни в общаге еще после обучения нелегко привыкнуть к одинокой жизни в своей квартире. Теперь же тишину нарушали песни иностранных исполнителей, выбор часто останавливался на музыке потяжелее, но кто же откажется от чего-то заводного по типу «Короля и Шута», чтобы не было и намека, что слушатель где-то грустит, слушая такую музыку? Это хотя бы как-то мотивировало не засыпать, с трудом, но лучше так. За это время уже и тряпка нашлась, да и остатки яйца благополучно были выкинуты в помойное ведро. Жизнь уже потихоньку растряхивалась в теле парня, лапшичка тоже подогревала мотивацию к делу. Точно, дело. «... Почему весь белый свет обозлился на меня..... Наполовину я мертвец... Таким останусь я навек...» – напевал себе под нос любимую часть песни Дмитрий, пока шел к тумбочке и остановился, чтобы поглядеть на себя в зеркало. «Да уж, нужно было побриться, может, и не дал эту хрень». Папка в руках, направление ровно обратно на кухню. Маленького стола вполне хватило, чтобы разложить весь материал из папки. « Итак, что у нас есть. Ключи от квартиры, это понятно, позже стоит сходить туда... Уведомление о выселении от первого ноября, ага, выселение до первого декабря....Стоп, что за Сидорова А.С. претендует на квартиру? Надеюсь, ее я там не увижу... ЖКХ, не удивлен, что у него имеется задолженность, даже не пришли проверять его наличие проживания, так бы уже давно знали бы о пропаже. Ничего интересного, максимум внизу приписка от какого-то соседа, что нужно отдать Пелевину из сороковой квартиры. Тут рядом еще записка, которая лежала под его дверью, в ней ничего интересного, про долг на воду. Удивительно, что столько времени соседи даже не знали, что Станислав пропал... Какая-то записка от Ани, видать, та Сидорова. В ней ничего интересного, просто просьба отдать ее утюг... Адрес работы, туда тоже нужно сходить... Хм, еще записка, теперь от библиотеки. Тыры-пыры, ничего тоже интересного, просто напоминание, что Пелевин долго не появлялся в ней, видно, частый был гость там. О, значит автор этой записки была тем, кто и обратился в ментовку из-за его пропажи, смешно, там им было интереснее всего куда пропал наш потеряшка... И последнее, список продуктов, в ней тоже ничего примечательного, список как список, хлеб, молоко да мыло с губкой.... Погодите-ка, о, его фотография, только она в черно-белая. Слегка помятая и потертая, но лицо видно. Приятный с виду человек, а судя по пиджаку он еще тот модник. Возможно брюнет, голубые или другие светлые глаза... Прямо будто светятся... Что ж, остальное это лишь бумажная волокита и ни одной зацепки, куда он пропал. Да и пропал он не год назад, а пять. Это настолько им было плевать? Какой-то сюр. Хотя, если бы я пропал, то про меня тоже забыли. Эх, ебануться работёнка меня ждет».