Звездные Сказки

      Уже целую минуту, она стоит с разинутым от удивления ртом. Сраженная странными речами Лорда, молодая женщина начинает бояться, что все происходящее плод фантазии ее расшатанных нервов. Вейдер рассматривает супругу, приподнимает брови в знакомой манере, хотя мимика его лица успела претерпеть изменения по вине Темной стороны Силы. Усиленная суровость с прожигающим взглядом голубых глаз, поддернутых темным золотом. Ровная линия широких плеч, высокий рост, да вылизанный военной строгостью облик. Без былого непослушания волос и тени сомнений. «Совсем другой человек.» — думает она, ощущая болезненный укол в груди. Сердце не может биться в прежнем ритме, когда разум вновь и вновь оценивает столь радикальные перемены. Ситх наклоняется, закрывает ей рот, мягко надавив большим пальцем на подбородок. Поворачивает голову, бросает короткий взгляд на Люка и раздумывает прикоснуться к нему. Связь с Силой у сына все еще нестабильна, поэтому необходимо проконтролировать первые этапы ее использования, а еще позаботиться о защите... Лорд проводит ладонью по голове мальчика, сдвигает пальцами отросшую челку на бок, поглаживая лоб. Вновь передает через себя ровные потоки энергии, дабы уберечь ребенка от новых неконтролируемых вспышек. Расправляет плечи и выходит из детской. — П... — Падме прочищает горло, а затем бросается следом, теряясь в догадках. — Подожди. — растерянно смотрит на бывшего джедая, который медленно спускается с лестницы. Мужчина надевает перчатку. Дотрагивается до плотного нарукавника со встроенным передатчиком для связи с командованием суперразрушителя, парящего на орбите планеты. — Лорд Вейдер. — крошечная голограмма капитана в серой форме приветствует главнокомандующего.— К нам поступил запрос с Королевского дома Набу. Делегация во главе с королевой ожидают вас.— голубоватое изображение несколько раз моргает из-за помех. — Пришлите группу солдат с дронами-разведчиками. Необходимо отцепить заданную территорию и задействовать противоударные щиты. — привычно громким тоном излагает ситх. — Я высылаю координаты. — быстро нажимает на сенсорную панель нарукавника. — Слушаюсь. — связь прерывается, а молодая женщина успевает вовремя закрыть перегородку детской, чтобы их не разбудил надменно-приказной тон папаши-ситха. — Что... — она до сих пор не может внятно задать вопрос, тем более в гостиной находятся ее взволнованные родители. — Что вы делаете? — спускается, начиная приходить в себя. — Активирую протоколы безопасности. — кратко поясняет Вейдер, продолжая вводить нужные данные. — Специалисты подключат купол, оснащенный системой запуска электромагнитных импульсов на случай организованной атаки с воздуха. — Протоколы?— Падме накрывает, уже не понятно, какая по счету волна шока и удивления. В горле начинает першить, поэтому приходится прокашляться, перед тем, как снова заговорить.— Это простой дом в деревенской глуши, а не Императорский дворец. — начинает негодовать и еще больше злится, ибо Лорд попусту ее игнорирует. — С этого момента, он и имение Наберрие в Варыкино переходят под мой личный контроль. — сообщает главнокомандующий, никак не реагируя на реплику своей супруги.— Круглосуточный караул выступит сегодня ночью и будет проводить осмотр близлежащих территорий с регулярным отчетом. — Это шутка?! — уже громче интересуется Падме, широко раскрыв, полыхающие гневом глаза. Вейдер смотрит на нее в ответ. Вздергивает левую бровь, будто она сейчас задает слишком глупый вопрос. — Благодаря вашему громкому появлению, больше половины жителей деревни спешно покидают свои дома, опасаясь преследований. — молодая женщина указывает пальцем на большое окно, ведущее в сад. — А место, где я выросла, превращается в имперскую военную базу. — раздраженно фыркает и разводит руками, видя в происходящем сплошной абсурд. — Замечательно! — забавно морщит носик, как обиженная, капризная девица. — Исключить любую угрозу для жизни наших детей, сейчас в приоритете. — недовольно цедит мужчина, сверкая растопленным золотом в глазах. Кожа перчатки шумно скрипит, от натягивания и сжатия пальцев в кулак. — Миледи. — добавляет более внимательно и даже ласково, от чего по щекам недовольной расползается огненный румянец. — Падме, ты не говорила нам... — едва слышно выговаривает удивленная Джобал, прижавшись к вернувшемуся супругу. — Мы никому не говорили. — неожиданно отвечает Энакин, беря инициативу для урегулирования неудобных вопросов. — Мое положение и статус обязывают держать подробности личной жизни в секрете. Однако официальная помолвка состоится в скором времени.— подходит ближе к жене и берет ее за руку. Та только и может, что тихонечко ойкнуть, будто ее за задницу кусает оголодавший, увертливый комар. «Помолвка! Он хочет еще и повторную помолвку организовать!» — раздается в ее голове, вместе с непрекращающимся звоном. — Господин Наберрие. — Вейдер обращается к хозяину дома, до сих пор хранящему молчание. — Помощь доктора не понадобится. Сюда доставят дроидов с медицинским оборудованием, медикаментами и питательной смесью. — указывает с легкой надменностью в голосе.— Не забудьте дать ее детям утром, когда они проснутся. — дожидается короткого кивка от Джобал. — Смесь? — Падме хмурит брови и вырывает руку из плотного захвата, испепеляя новоявленного жениха непримиримым взглядом. — Мои дети не послушные, агрессивные солдафоны, с коими вы привыкли иметь дело, милорд. — ядовито растягивает последнее слово. — Они поедят кашу и даже не спорьте. — предупреждает, сложив руки впереди себя. — Этот продукт поможет восстановить утраченные силы. — аура Лорда испускает горячие потоки, разогревая пространство между ними. В воздухе раздается отчетливый треск, как от электрических зарядов. — А Люку набрать недостающий, для его возраста вес. — произносит с заметным укором. Молодая женщина раскрывает в возмущении губы и решительно наступает в ответ на ситха, не боясь его власти. — У моего сына все прекрасно, заверяю вас! — ворчит и зачем-то тыкает указательным пальчиком мужчине в грудь. — Он ест с отменным аппетитом. Никто не виноват, в том, что ему передалась генетика чрезмерно самоуверенного отца. — не сдерживает сарказма и пышет в ответ, вскинув упрямую головку. Они настолько увлекаются словесной перепалкой, что не замечают изучающих взглядов более зрелой супружеской пары. — Хорошо, что не твердолобость матери. — восклицает Вейдер, разрывая мирные потоки в Силе своей мощью. Высокая ваза с цветами в углу громко трескается и распадается на осколки, а металлическая машинка для приготовления кафа гнется по бокам, как тонкий пластик. — Да я получше вашего знаю, как и чем их кормить.— вторит Амидала, сдувая непослушную прядку у лица. Ей жарко и сердце так громко стучит, что вот-вот выскочит из груди. — Думаешь, все нормально? — шепотом спрашивает Джобал у мужа, глядя на разгоряченную дочь рядом с пугающим главнокомандующим имперского флота. — Определенно да. — уверенно отвечает мужчина, сдерживая лукавую улыбку. Падме продолжает упорствовать, но навалившиеся переживания за детей изрядно вымотали ее. Она не спускает глаз с бывшего джедая, игнорируя устроенный, еще сдержанным проявлением Темной стороны беспорядок. Громко и тяжело дышит, ощущая накатившую, щекочущую волну возбуждения. Лорд тоже чувствует это и действует с отточено быстрым порывом. — Полагаю, вы сможете провести для меня подробный тренинг по изучению нюансов детского питания? — он властно хватает ее за предплечье и тянет на себя. — Ник-куда я с вами не пойду. — тихо пищит молодая женщина, пугаясь яркого золота в глазах ситха. Странные, невидимые прикосновения сгустков воздуха, ощутимо проходятся по ее телу. — Вы... вы неисправимый хам и... — Ты пойдешь, Ангел. — еле слышно мурлычет в ответ бывший джедай, усиливая нажим Силы на маленькую гордячку.— Благодарю за содействие. — обращается громче к чете Наберрие. — Был рад вновь встретиться. — уводит стихшую от трепета жену за собой на выход, прекрасно зная, что сейчас она не сможет ему возразить. — Вновь? — переспрашивает Джобал в непонимании, когда входная дверь плавно закрывается.— А мы разве встречались раньше?

***

Вейдер переводит управление своего челнока в режим автопилота. Громко отбрасывает маску с плащом и нападает на нее. Впечатывает набуанку в глянцевую, черную стену, рядом с иллюминатором, пока корабль плавно поднимается вверх, кутаясь в густые ночные облака. — Ох... — Амидала еле успевает сделать спасительный вдох, когда мужские губы начинают проводить уверенную наступательную экспансию. Жилет падает на пол, а рубашка разрывается с треском, разбрасывая по полу блестящие пуговички. — Подожди. — бормочет шепотом, еще больше краснея от столь бурной страсти. Задрожавшие ладони хватаются за его плечи. — Нет. — Лорд отказывается проявить милосердие. Разворачивает супругу спиной к себе, быстро расстегивает молнию на штанах и спускает их, вместе с бельем. — Мы не поговорили, — ее лоб касается холодного стекла, а глаза успевают оценить прекрасный вид на лесистые холмы. — Это... — закусывает губу, когда бывший джедай нагло сминает своей пятерней ягодицу, впиваясь в плоть дюрасталевыми пальцами. — Нет. — хрипло повторяет мужчина, утыкаясь носом в затылок любимой женщины. Сейчас ее запах буквально сворачивает в узел его внутренности, а накопившееся напряжение требует безотлагательного высвобождения. Наглая дерзость маленькой фурии, слишком хорошо распалила всегда собранного главкома. Он приподнимает и фиксирует Силой мягкое желанное тело, освобождает себя от форменных шаровар. Наклоняется, обнимает руками без перчаток, плотно прижимает к себе. Металлический протез добирается до груди, раздражает нежную кожу своей прохладой, в то время, как живая ладонь спускается вниз. — Энакин. — жалобно произносит Падме, когда мужчина предупредительно толкает ее таз на себя. Подстраивается, чтобы войти. У них бывало такое раньше. Во времена войны, когда не было возможности нормально свидеться, пообщаться и тем более прикоснуться. Татуинец чуть не ломал ей ребра, когда возвращался с очередной миссии и нетерпеливо вжимал в себя, хрипло бормоча невесть что. Просто овладевал языком и губами, не доходя до апартаментов. Пуританское воспитание Амидалы, не позволяло признаться, что такая жадность очень даже приятна, особенно, если чувствуешь тоже самое. Она всхлипывает, когда ситх плавно проникает до основания. Начинает медленно толкаться и прикасается здоровыми пальцами к особо чувствительному месту. — Ты более готова, чем ожидалось... — мычит в конце фразы Лорд, наслаждаясь сумасшедшим теплом внутри нее. — Перестань.— тут же возражает набуанка, сдерживая короткие стоны. Румянец стыда быстро переходит на грудь, а прохлада стекла помогает сдержать всепоглощающий жар. Сейчас она прижимается лбом, но уже через пару глубоких толчков, подставляет левую щеку, ощущая прикосновения тех самых сгустков в воздухе. Ее муж редко использовал Силу в супружеской постели, ревностно оберегая то единственное, что принадлежало им двоим. Да и Падме всегда беспокоилась по поводу такого влияния. — Эни... — снова вымаливает, слыша хриплые выдохи Лорда. Он проникает более резко, впивается пальцами в нежную кожу и усиливает давление маленьких, незримых лепестков в Великой. Возможно это его аура или новые способности. Молодая женщина не знает и поэтому пугается. Некто поглаживает ее лицо, ласкает тело и мягко скользит по животу, заботливо поддерживая в удобном для ситха положении. Словно она занимается сексом сразу с двумя мужчинами. Тот, что незрим, более нежен и мягок, как ее любимый Энакин, до падения на Темную сторону. А второй слишком горячий, властный и деспотичный. Отчетливая разность обрушивается на сознание и тело молодой женщины, вызывая безудержную, сумасшедшую эйфорию. Ведомая сладкой бурей своих ощущений, Падме громко вскрикивает, достигая финала первой. Вейдер вжимает ее в стену и рвет воздух низким рыком, изливая свое жизненное тепло. — Тебе страшно? — спрашивает ситх, спустя пару долгих минут, сражаясь с собственным дыханием. Амидала не открывает глаза. Просто часто вдыхает разогретый в кабине воздух. Лепестки не исчезают и все еще поглаживают ее, но уже более медленно, с поощрением. Будто руки чуткого любовника. — Нет, милорд, — отвечает она тихим вызовом.

***

Шум воды заглушает беспомощные стоны хозяйки имения. В этот раз, он берет ее в купальне. Своим горячим языком и жадными пальцами. Доводит до исступления и помешательства, вместе с неотступной лаской через Силу. Вначале она сдерживает себя, вертит головой и вяло упрашивает перенестись на кровать. Потом приходит мольба с его именем на устах, намерено стертого из истории. А дальше, когда последняя, крошечная горстка завидной гордости рассыпается в пространстве распаренного помещения, разомлевшая малышка сенатор начинает беззастенчиво требовать не останавливаться, упиваясь не забытой временем, августейшей властью. Женская ладонь сминает черные, намокшие волосы мужчины, голова которого ритмично двигается между раскрытых ног. Падме опять приклеена к узорной плитке гладкой стены, только без одежды. Теплые потоки воды омывают ее, пока здоровые пальцы главкома имперского флота двигаются внутри. Вейдер тоже раздет и стоит перед ней на коленях. Никак не отвечает на жалобные возгласы, ощущая сильные сжатия влажных стенок лона. Продолжает терзать языком чувствительную плоть жены, выводя свое воздействие в Великой на новый, мастерский уровень. Благородное личико Амидалы морщится, тело выгибается тугим луком со стрелой, а с уст начинают сходить грязные признания, приукрашенные нежным голоском правоверного дипломата. — ... Я втяну сильнее и высосу до последней капли... — разносится вполне связный, крайне некультурный лепет. Лорд, вопреки своему собственному уставу невозмутимого лидера, сдает позиции. Раскрывает глаза, с удивлением взирает на маленькую женщину, павшую во тьму изощренного наслаждения. Она закусывает нижнюю губу, затем облизывает языком в подтверждении серьезности своих неприличных намерений и самозабвенно ласкает грудь непослушными руками. Пальцы ситха останавливаются, язык сильнее надавливает, вместе с активностью в Силе. Именно это короткое замешательство становится крайней точкой, бросая молодую женщину в пучину острого удовольствия. Она громко вскрикивает, ударяется затылком о стену. Дергается в неконтролируемых конвульсиях и обещает расправиться с главным виновником своих терзаний, не забывая пламенно признаваться ему в любви. Ситх поднимается на ноги. Поддерживает супругу за плечи, чтобы та не упала вниз. Видит, как ей тяжело находиться в вертикальном положении, поэтому аккуратно опускает на пол, оценивая общее состояние. — Интересно, когда мой Ангел успела так низко пасть? — спрашивает серьезным тоном, пока она переводит дыхание. — Когда встретила тебя, Скайуокер. — отвечает Падме, сжимая ноги вместе. Изящно приподнимается с грацией танцовщицы. Изучает супруга медленно ползущим вниз взглядом. Останавливается на самом приметном, готовым к бою месте и решает исполнить обещанное. Лорд не успевает прочистить горло, растерянно наблюдает за, достаточно скромными попытками заново обретенной женушки. Вот только заветная нежность ее губ, в сочетании с ловким, нахальным языком, а еще этот взгляд... Только она умеет так смотреть на него. С самого начала, еще когда он был жалким мальчишкой-рабом. После невинного, но смелого, для его сопливого возраста вопроса. Вначале она улыбнулась, скромно потупив королевский взор. Однако, именно тогда, в теплоте манящих глаз проскользнула некая тайна, которой он, являясь просто Энакином, впервые в жизни пожелал владеть. Старые раны упрямо раскрываются, обнажая глубоко запрятанную душу прежнего рыцаря-джедая. Однако нерушимая броня ситхского управленца, с ревностью губит этот порыв внутренней слабости. «Ради нее.» — несколько раз напоминает себе Лорд. Освобождается со стоном от ласковых пут женского рта и рук. Склоняется, заключает в кольцо крепких объятий, как всегда делал ранее. Падме узнает этот жест и проникается им, боясь расплакаться. Ложится на пол, уводя мужчину за собой. Понимает, как важно ему сейчас быть в ней и слиться воедино. Лепестки в Силе поглаживают, одаривают невидимыми зарядами энергии, пока их создатель вбивается в ее тело глубокими толчками. Без резкости и торопливости. С согревающими прикосновениями рук. — Я больше не уйду. — чуть слышно шепчет молодая женщина, вкладывая в эти простые слова особую, личную клятву. — Никогда. — Тянется к губам супруга, закрепляет поцелуем и принимает сокрушительный исход.

***

Вейдер еще раз проводит здоровой рукой по притягательному силуэту набуанки, укрытому мягким покрывалом. На изнуренные марафоном мышцы ложится лень, в голове достаточно пусто, чтобы проанализировать и подвести происходящее к конечному выводу. Эта женщина его личная слабость и останется ею до конца жизни. Сей факт будет всегда преследовать неотступной тенью. Внедрять позорный страх, что помог в прошлом Сидиусу планомерно одурачить бывшего генерала Клонической Войны. Настоящему ситху надлежит отбросить прошлое, избавиться от любых напоминаний прежней жизни и принять путь воина, сеющего страх с разрушениями. В очередной раз, детально разбирая все этапы своей жизни, бывший джедай приходит к ответу. Главным источником мотивации и вдохновения является уязвимость. Его семья, его наследие, его будущее. Он на своей собственной стороне и будет придерживаться ее всю жизнь. — Эни... — Падме зовет, стирая ласковым обращением пустое время разлуки. Приподнимается, протирая заспанные глаза. Именно в этот момент, она даже не осознает, насколько хороша. — Ты сказал, что Император болен. — сминает в кулачке покрывало у груди, смотрит ему в глаза с волнением и хрупкой искоркой надежды. — Да, а я заполучу причитаемое, после его смерти. — ровным голосом отвечает Лорд, поправляя крепление с рукоятью светового меча на поясе. Он успел полностью одеться. Остался только плащ с маской. — Он признал тебя наследником? — шепотом интересуется взбудораженная женщина, пугаясь собственного вопроса. — Неофициально, но это пока. — ситх нажимает пару кнопок на своем нарукавнике. — Никто не сможет оспорить данное решение и ты мне в этом поможешь. — То есть, все это время, что я была в добровольном изгнании, ты разрабатывал план по завоеванию Империи? — Амидала складывает руки впереди себя, демонстрируя неодобрение. — Она уже моя. — мужчина склоняется над ней, прикасается к подбородку и жадно ощупывает взглядом. — Как и ты. — Я не вернусь в Сенат и не стану вмешиваться, — упорствует она дрогнувшим голосом. — Не хочу подвергать детей опасности.— дергает головой, чтобы избавиться от прикосновения пальцев ситха. — Тогда мне придется отказаться от прав на наследие престола, уйти в долгосрочный отпуск и позволить воякам с сопротивленцами разрушить Империю до основания. — расписывает Вейдер с напускным сочувствием, предрекая громкую реакцию со стороны супруги. Разводит руками для пущей достоверности. — Что?! — Падме резко вскакивает. Неловко кутается в покрывало. — Ты не можешь так поступить! Ведь это... — прижимает ладонь к его груди и взволнованно дышит. — Эти распри уничтожат внутренний строй, а имперские офицеры понятия не имеют, как организована работа в Сенате. — Поэтому воспользуются проверенным методом. — дополняет ситх, поглаживая оголенное плечо супруги. Амидала хлопает глазами, пялится на Лорда в ожидании более развернутого ответа, но вместо словесного дополнения, получает легкий кивок согласия с самым страшным, неозвученным предположением. — Неужели ты допустишь этот произвол?! — она понимает, к каким ужасным последствиям приведет междоусобная борьба за власть. — Не я, а ты. — хитрит Вейдер. — Без тебя, даже пальцем не пошевелю. — заверяет, лаская здоровыми пальцами ее обеспокоенное личико. «У тебя нет выхода, дорогая.» Падме морщит носик, растерянно смотрит сквозь тело мужа, раздумывает над выходом из крайне трудного положения. — Вы вынуждаете меня, милорд. — расправляет плечи, выгибает бровь и примеряет прекрасно проработанный облик расчетливого политика. В сочетании с обнаженной спиной, распущенными локонами волос, превращение еще более впечатляющее.— Подобные авантюры крайне рискованны. «И от этого не менее привлекательны.» — мысленно заканчивает фразу с разгоревшейся азартной страстью. — Проведем процедуру бракосочетания, чтобы ты и дети обрели новый официальный статус. — Лорд обнимает жену за плечи. — Вернемся на Корусант в мою резиденцию. Ты аккуратно подготовишь почву в Сенате с красочными, патриотическими выступлениями, пока я займусь организацией новой миссии для свой гвардии. — Гвардии? — переспрашивает Падме, в голове которой уже формируются сырые наброски пафосной речи с восхвалениями главнокомандующего.— У тебя есть своя гвардия? — Те самые дети, которых я убил, по словам Ови-Вана. — хмыкает мужчина. — Они хорошо развиваются и обучаются военному мастерству, без вдалбливания древних устоев Кодекса.— поворачивает голову к окну, всматривается в густую темноту ночи.— Спасти всех все равно бы не удалось. — проговаривает с явной неохотой. Тяжело вздыхает, прогоняет трагичные воспоминания развязки великого плана мести, не раз упоминаемый императором. — Когда ты успел все это провернуть? — набуанка искренне восхищена изворотливым махинациям бывшего джедая. Видит, насколько тяжело ему даются пояснения. Энакин решил максимально оттянуть время. Отпустил ее и детей, предвидев попытки бывшего учителя выйти на него. Верил, что жена справится, пока обхаживал старого ситха. Совершал свои завоевания в его честь, как преданный сын и тайно разрабатывал план свержения. — Твое поспешное бегство было очень кстати. — Вейдер рассматривает ее лицо. — А роль вдовы прекрасно затуманила некоторым мозги. — чуть прищуривается, сдерживая довольную улыбку. — Тогда ускорим процесс. — Падме льнет к мужу, проворно расстегивает крючки кителя и запускает ладонь под форму. — Явимся во дворец с опозданием. Предстанем перед набуанской знатью в качестве пары и объявим о помолвке. — целует мужскую грудь, щекочет солоноватую кожу проворным языком. — Я притуплю внимание слащавой подготовкой к венчанию, а так же выступлю с громким заявлением о поддержке и благодарности императору. — договаривает со сбитым дыханием. Отпускает покрывало вниз к ногам. — Никто не устоит. — С таким настроем, госпожа... — взгляд ситха основательно проходится по ее телу, а руки опускаются к талии. — Нас точно не дождутся. — наклоняется и целует, прижимает к себе. Позволяет сорвать с себя китель, возвращаясь в постель.