Милисса Стефани Поттер

В восемь вечера я подошла к гостиной Слизерина. Перед входом стоял парень, скорее всего, шестекурсник и впускал внутрь пришедших на вечеринку. — Имя? — спросил у меня он, когда я подошла к нему. — Милисса Поттер. Парень с безразличным взглядом посмотрел на пергамент в своих руках, после чего пару секунд всматривался в него, было понятно, что он удивлен моему присутствию в его списке. — Хм, ты же гриффиндорка. Как ты можешь быть в списке гостей? — вслух задумался слизеринец, наконец подняв на меня взгляд. — Это долгая история, — хмыкнула я. — Ладно, проходи. Проем начал открываться, и вскоре я уже стояла в гостиной Слизерина. Как и на прошлой их вечеринке, здесь было довольно много народа, играла громкая, зловещая музыка, танцы, разговоры и запах крепкого алкоголя. Одна я простояла недолго. Кто-то подошел сбоку и взял меня под руку. — Как настроение, Милисса? — спросил с улыюкой Ник Мальсибер, заглянув мне в глаза. — Лучше всех, — натянула я улыбку, но вскоре она пропала, и я продолжила всматриваться в толпу. — Слышал, ты с одной особой заключила клятву на крови, — невзначай бросил Ник, также оглядывая взглядом помещение. Услышав это, я резко обернулась на него и пристально начала буравить его взглядом. — Откуда знаешь? — Эйвери сказал. — Он знает? — Конечно, знает, он же в компании Беллы, а те, кому вручается такая большая честь, узнают первыми о ее действиях и планах. — А ты? Ты тоже состоишь в их компании? — поинтересовалась я. — Нет, — хмыкнул слизеринец, — я и никогда этого не хотел. Там есть свои недостатки, а я люблю когда у меня все под контролем и когда я никому не обязан. — И какие же там недостатки? — взглянула я в голубые глаза Ника. — Раз теперь я тоже в их компании, то должна знать все нюансы, про которые мне, конечно, никто не сказал. Мальсибер пару минут смотрел мне в глаза, раздумывая – сказать мне или нет, но в итоге произнес: — Если ты среди них, то это значит, что ты зачем-то нужна Белле и уж точно не для хорошего дела. Но думаю, ты и сама это поняла. Они, конечно, могут тебе помочь с чем-то, но это мелочи. Будь готова ко всему и главное — в сложную секунду не показывай своих настоящих эмоций. — Почему ты говоришь мне это? — мне показалось это странным. Ник хочет мне помочь, но мы не настолько близки, чтобы он делал мне такую услугу. А может, это ловушка? — Ты спросила — я ответил. — Да, но твои слова звучали так, будто ты хочешь мне и вправду помочь, предупредить. Не такого я была мнения о коварных слизеринцах. — Помни, я не в компашке Беллы и могу говорить про них все что захочу, конечно в меру, — после секундной паузы он сказал: — Пожалуй, мне пора. Сюда приближается Эдвин. Оставлю вас. Лучше не говори ему о нашем разговоре. И Ник быстро ушел, а Эйвери уже стоял рядом. — Почему ты состоишь в компании Беллы? — сразу спросила я. — Раньше, так скажем, ты был независим. Эдвин пару минут молчал. По его задумчивому, но и в то же время холодному лицу было понятно, что он рассуждает над моим вопросом. — Хочешь выпить? — вдруг спросил Эйвери. Уходит от ответа, значит, есть что скрывать. Ладно, будем играть по другим правилам. — Конечно. — Идем, — бросил Эдвин и через толпу пошел в сторону импровизированного слизеринцами бара. Я пошла следом. За столиком стоял высокий парень, на вид чуть старше нас. У него были пепельные волосы и холодное выражение лица. — Два огневиски, — сказал тому парню Эдвин. Блондин взял бутылку алкоголя и разлил в два прозрачных стакана, а после протянул нам. Как только я отпила глоток, даже не успела почувствовать, как жидкость обжигает горло, как в меня кто-то врезался. Незнакомец скрылся в толпе также быстро и незаметно, как и появился. Это меня почему-то раздражило. Как можно быть таким слепым, чтобы врезаться в человека? Вокруг нас не так много народу чтобы впечатываться в друг друга. Сделав глубокий вздох, я взглянула на Эдвина. Тот пристально наблюдал за мной. — Все в порядке? — спросил он. — Да. — Может, пойдем потанцуем? — Хорошо, только сейчас допью. — Давай ты лучше не будешь напиваться. Убирай стакан, — сказал Эйвери и захотел выхватить у меня огневиски, но не успел, я оказалась быстрее и опустошила больше половины напитка. Из-за этого через пару секунд в голове появился небольшой туман. Я ухмыльнулась и поставила стакан на ближайший столик. Не успела я и заметить, как рядом оказался Розье. — Белла хочет видеть вас обоих, — сказал он, смотря только на Эдвина. Эйвери кивнул и взял меня за кисть руки. Мне на долю секунды показалось, что он насторожился. — Идем, — коротко бросил мне и повел через толпу. Мне не понравилось, то как он меня схватил и повел, будто какую-то вещь, похоже, даже если бы я начала сопротивляться, то он все равно бы продолжил идти. Без каких-либо возмущений я не собираюсь оставить эту ситуацию, поэтому я только собралась открыть рот, чтобы высказаться, как мы уже оказались возле двери в какое-то помещение. Тогда то Эдвин и отпустил мою руку, открыл дверь и вошел, я следом. Это оказалась комната с несколькими креслами и столиком посередине. Похоже, это была небольшая гостиная или что-то наподобие. Ну и конечно, на одном из кресел сидела Беллатриса Блэк и, увидев нас, притворно заулыбалась. — Рада видеть тебя, Милисса, — широко улыбнувшись, произнесла слизеринка. Так и хотелось едко и с сарказмом ответить ей, но я сдержалась и спросила: — Ты что-то хотела? — Просто поболтать и поговорить о наших будущих планах, — произнесла она, а затем взглянула на Эдвина и спросила у него: — Ты выполнил свою задачу? — Разумеется, — безразлично ответил тот. — Отлично. Иди, веселись, а мы с Милиссой посидим, поболтаем. Эйвери кивнул и оставил меня с Беллой. Этого я хотела меньше всего. Что он, черт возьми творит? То хватает и без каких либо слов ведет меня прямо в коварные руки Беллы, то просто бросает меня вместе с ней. Что ж, придется задержаться здесь, поэтому я опустилась на кресло. — Еще должен кто-то прийти? — спросила я, оглядывая комнату. — Да, твоя новая подруга, не считая меня. После ее слов вспомнились мои лучшие подруги. Они уже давно в Хогвартсе, но я даже с ними не виделась и в ближайшее время буду видеться максимально редко. От этого нападает тоска по нашей казалось крепкой дружбе. Надеюсь, что когда-нибудь они узнают, что я делаю это все для их блага. Вдруг дверь открылась, и в комнату вошла Нарцисса Блэк. Этого и стоило ожидать. — Приветик, — мило улыбнулась мне слизеринка и присела рядом, в одно из кресел. Выглядела она как всегда изящно, в отличие от своей сестры, и даже невинно. Можно было почувствовать сладкий запах ее духов. Я же наигранно улыбнулась ей в ответ. Что ж, чувствую, что в ближайший час, а может и больше, мне придется провести время не в самой лучшей обстановке.

***

Отбой уже был как час, поэтому я тихо прокралась в нашу гостиную, где к счастью, мне никто не встретился, и осторожно прошла в нашу спальню с девочками. В комнате было довольно темно, лишь несколько свечей горели на прикроватных тумбочках Лили и Алисы. Только я с облегчением вздохнула, что сегодня я их не застану, как на меня кто-то с криками набросился и чуть не повалил с ног. — Подруга называется! — возмущалась Алиса, крича мне прям в ухо. — Мы в Хогвартсе с часа дня, а ты даже не встретила нас, Милисса Поттер! А потом мы узнаем, что ты, оказывается, тусуешься со слизеринцами. Как это понимать?! Предательница! Хоть я и опешила от такого поворота, но старалась сохранять спокойствие. Отстранив ее на расстояние вытянутой руки, я с безразличием в голосе произнесла: — Значит, мы больше не подруги. Доброй ночи. После чего я взяла вещи, чтобы переодеться, и прошла в ванную комнату. От меня не скрылись удивленные взгляды подруг. У Лили, которая сидела на своей кровати, чуть глаза из орбит не выпали, а Алиса даже в столь плохом освещении казалась красной как помидор. В ванной комнате я простояла около часа, надеясь на то, что девочки решили лечь спать и оставить меня в покое. Так оно и оказалось. Утром я проснулась рано, быстро собралась и покинула спальню с еще спящими девочками. Не хотелось с ними пересекаться. День прошел вполне спокойно, и ко мне никто не лез. Так и проходил день за днем. Джеймс выписался и ходил с костылями, из-за чего его друзья посмеивались над ним. Как-то раз он хотел поговорить, но мне легко удалось избежать этого под предлогом, что у меня много дел. А с неудобными костылями он не мог меня догнать. С подругами, то есть с бывшими подругами мы не разговаривали. Не сложно догадаться, что они мучались над вопросом, что же случилось за то время когда их не было в замке, но зная Алису и ее гордость, мириться и поговорить она первая не пойдет. Лили, конечно, может это сделать, но пока это не произошло. Она тоже обижается. С Сириусом мы даже взглядами не пересекались. Все кончено и надеяться на что-то хорошее невозможно. С Эдвином мы тоже редко пересекались. Между нами выстроилась стена, которую каждый ощущал, но ничего не предпринимал. Было много тайн, недосказанности. Но при этом по неизвестной мне причине, с каждым прожитым днем моя привязанность к нему росла, хотелось вернуть те сладкие деньки рядом с ним. Он единственный кто у меня остался. Одним днем, перед тем как войти на обед в Большой зал, Эдвин взял меня за руку и под моим непонимающий взглядом повел в сторону стола Слизерина. — Зачем ты меня туда ведешь? — Ты же теперь одна из нас. Значит, можешь сидеть со своей компанией, а не одна за столом гриффиндорцев, где никто с тобой не общается. На это я промолчала, но продолжила идти под удивленные взгляды прохожих. Позже мы присели на лавочку, где напротив сидела Белла с сестрой, а по бокам от них Малфой и Розье. Я сохраняла спокойствие. От меня не укрылось множество удивленных взглядов. Больше всего был удивлен Джеймс, который сидел в компании мародеров. Кажется он потерял дар речи. Аж булка из рук выпала. Глаза сами отыскали Сириуса, оставался все таким же хладнокровным и будто ничего не замечая, продолжал жевать пищу. Я поспешила отвести взгляд. — Хочешь есть? — спросила Блэк и придвинула ко мне тарелку с куском вишневого пирога. Так как я была и вправду голодна, то улыбнулась, и взяв в руки пирог, откусила кусок. Надеюсь, он не отравлен. Белла смотрела на меня, не сводя глаз, как и остальные окружающие меня слизеринцы. За последнее время я к этому привыкла, так что не обращала особого внимания. Навязчивое тепло разлилось по телу. На душе стало не так тревожно. С каждым новым откушенным куском пирога становилось хорошо. Раньше я не замечала, что выпечка эльфов может быть настолько вкусной. Может, это из-за того, что я была так голодна или дело в чем-то другом? Но сейчас это не важно. Весь оставшийся день гриффиндорцы не сводили с меня взглядов. И многие были разные. Удивленные, исподтишка подглядывающие, даже ненавидящие. Многие стали считать меня предательницей, которая перешла на сторону слизеринцев. Пусть так и дальше считают. Мне все равно. — Давай прогуляемся? — после уроков спросил у меня Эдвин. — Давай. И мы вышли во внутренний дворик замка, а после чего направились в сторону Черного озера. — Как ты? — спустя время спросил Эйвери, взглянув мне в глаза. — Отлично. Разве ты этого не видишь? — наигранно улыбнулась я и отвела взгляд, продолжая идти. Эдин на пару секунд не сводил с меня взгляда своих светлых глаз, а после сказал: — Я же вижу, что тебе плохо. — Да? С чего ты это решил? — От тебя больше не исходит того жизнерадостного света как раньше. — Все рано или поздно меняются, — хмыкнула я, сохраняя безразличное выражение лица. Эдвин на пару минут замолчал, и мы шли в полном безмолвии, но вскоре он опять спросил: — Почему ты не показываешь мне себя настоящую? К чему это безразличие? Ты можешь мне все рассказать. Давай вернем те отношения, которые у нас были раньше? Сначала я молчала, обдумывая его слова, а после сказала: — Ты же понимаешь, что у меня не самый хороший период в жизни. Мне нужно привыкнуть к такому ритму событий. Поэтому я стараюсь не показывать всем свои настоящие эмоции. Пытаюсь держать их всех под контролем. Ведь ты знаешь, что будет, если я не буду этого делать, — на пару секунд я замолчала, собираясь с мыслями, а после продолжила, смотря вдаль: — но мне и правда не хватает тех теплых моментов. Иногда нужно отвлечься от происходящего. И думаю, именно ты можешь помочь это сделать. Все это время Эдвин, стоя неподвижно, меня выслушивал, а после улыбнулся и притянул меня в свои объятья, которые были нужны мне как никогда больше. Этот момент и укрепил наши побитые отношения. Мы снова стали ближе. И когда я каждый день была с ним, то становилось спокойно. Все плохие и грустные мысли исчезали и в голове был только он.

***

Дни проходили довольно быстро. Я стала ближе со слизеринцами и теперь они казались мне не такими уж и плохими. Да, бывали моменты, когда я замечала их властные взгляды по отношению к другим. Такими их вырастили. С эти ничего не поделаешь. Гриффиндорцы еще больше стали меня ненавидеть. Каждый раз когда я появлялась в гостиной, на меня кидали презрительные взгляды и шептались. Даже как-то раз ко мне подошел четверокурсник и с ядом в голосе сказал, чтобы я валила обратно к своим слизням, где мне и самое место. Но нарастающий конфликт удалось избежать. Ко мне подошел Джеймс, который до этого сидел с мародерами возле камина и вместе с ними что-то обсуждал. — Еще раз что-то скажешь в ее сторону, сам знаешь, что будет, — угрожающе сказал брат тому парню. Тот хотел было сказать еще какую-то неприятную речь, но замолчал и ушел. Теперь я осталась наедине с Джеймсом и это не радовало меня еще больше. Он взглянул на меня с теплом в глазах. Было трудно сохранять безразличие. Все таки он мой брат близнец. Что там говорили про душевную связь? Я так по нему соскучилась. — Мне нужно идти, — пробормотала я и направилась в сторону выхода из гостиной, но брат схватил меня за кисть руки и развернул в свою сторону. Только не это… — Давай поговорим. И опять сбежать ты не сможешь, — сказал он, пытаясь поймать мой взгляд. Но я не могу с ним поговорить, ведь захочу рассказать ему больше чем нужно. А делать этого категорически нельзя. К тому же мы находимся на виду у всех и мелкие шпионы Беллы тоже могут за этим наблюдать. — Нам не о чем говорить, — произнесла я. Во мне кипело множество эмоций. хоть я этого и не показывала. Поэтому без проблем я смогла одним взмахом руки и произнеся про себя заклинание и обжечь руку Джеймса, которой он меня держал. Это был единственный способ пришедший мне в голову, чтобы избежать разговора. Конечно же, брат меня отпустил, сморщившись от боли, к нему даже подошли Римус с Питером, бросив на меня осуждающие взгляды. Пока мародеры расспрашивали Джеймса, что произошло, мне удалось улизнуть. А когда я уходила из гостиной, то заметила на себе взгляд Сириуса. Он о чем-то сильно задумался. И думаю, думал он обо мне. Этим же вечером возвращаться в гостиную не было никакого желания, поэтому я отправилась ночевать в Выручай-комнату. Такое стало случаться часто. Все самое нужное давала комната, а в гостиной я стала появляться очень редко и то когда там никого не было. Но вскоре случилось то, чего я меньше всего желала. У входа в Выручай-комнату меня подкараулил брат. Я уже давно стала замечать, что он следит за мной. И вот он вновь решил поговорить. Это порядком начинало бесить. — Что происходит? — начал спрашивать Джеймс. — Что с тобой случилось? Я не понимаю, все же было хорошо. Почему ты резко отдалилась от всех и начала общаться с шайкой Беллы? Я же твой брат-близнец, я чувствую, что с тобой что-то не так. Расскажи мне, - умолял он. Пока он это говорил, я оглядывались по сторонам, проверяя, следит ли за нами кто. Но кроме нас двоих никого не было, ведь только начался урок. Я взглянула в такие родные глаза, при взгляде которых на душе появлялась тоска. В его взгляде можно было увидеть переживания, грусть, мягкость. Как же хочется обнять его и сказать, что все будет хорошо. Но это не так. — Я не могу тебе ничего рассказать, — потупив взгляд, произнесла я. — Почему? Тебя кто-то шантажирует? Это все проделки Беллы, ведь так? — снова спросил Джеймс, подходя ближе. — Нет, это не Белла, — соврала я, снова надевая маску безразличия. — Не пытайся больше поговорить, ни к чему это не приведёт. Не заставляй меня снова причинять тебе боль. — Но я хочу знать правду! — не сдавался он. Этот разговор все равно ни к чему хорошему не приведет, поэтому пора закругляться. — Джеймс,я все сказала, — вздохнув, заключила я, развернулась и пошла дальше по коридору. — Тебе не нужно ничего больше знать. Поверь, так будет лучше для всех. Джеймс так и остался стоять на месте, он думал о моих словах и строил догадки, это было несложно понять. Наконец я завернула за угол, упершись спиной о холодную стену и прикрыв глаза.

***

— И для чего ты нас здесь собрал? — спросила Алиса, косо смотря на Джеймса Поттера. Когда за окнами гостиной была уже глубокая ночь, а в камине горел огонь, освещая помещение, на диване и креслах расположились мародеры, Лили Эванс и Алиса Стоун. — Я хочу поговорить о Милиссе, — твердо ответил Джеймс.