100 дней Пикуры(И не только)

— Ну так, чувак ты хочешь что-нибудь сказать касаемо этого? Что-то, ты блять знаешь такое, здравое пиздец, умное. Ну как обычно, нах, в твоем духе. — Пик шел явно быстрее и бодрее, чем его собеседник. Можно понять, ведь именно он был инициатором этого. Этот вечер они не забудут никогда. Именно сейчас жизнь раскололась на «До» и «После» — Я не думал, что решусь на такое. Я должен был отказать тебе. Нет, обязан был! — другой парень шел за «Главным». Руки потрясывались, а левый глаз дергался, что было неприятно. — нас найдут. Нас с тобой принудят к старой жизни. — Не занудничай, зануда! Раз уж съебываем — то до конца! И блять, хватит уже ныть об этом, сам сука понимаешь, нам там ничего не светило… Что тебе, что мне!. Взгляни правде в глаза, заебал! — Пик нервно хмурился, прибавляя темп. — Ну конечно они нас найдут, раз ты тащишься так, словно к ногам цепи прихуячили. Живей блять! — Пик плюнул в сторону собеседника, не попадая в того. Можно сказать, предупреждение. — Если найдут — виноват ты. — а ведь так хотелось бросить в адрес друга что-то обидное, гадкое… Вылить на него всю скопившуюся желчь… Только вот в глубине души он все-все поменял. — Заметано. — скорчив рожу продолжает идти.

***

Лишь перед нами открываются поляны, Которые душевны и близки, Которые для нас раскрыли время, Такой уютной и приятной теплоты. Признаем быстро, чем-то так похожи. Эти пейзажи летней духоты, Этюды вечной, бесконечной красоты, Лишь воли полу-пьяной и сердитой… Ты отравила! Ты виновна! И разум подчинила строго. И затуманенный ум понял, А вдруг свобода лишь условна?

***

— Уже месяц, говорил же, не найдут. — период эйфории кончается, а на смену этого приходит не такое радужное осознания. — Мы без образования… Нам не больше восемнадцати, а документы использовать слишком опасно. Ты знаешь, а вдруг найдут. И что предлагаешь делать? — стыдно было спрашивать это у него. Конечно, Пик не так глуп в житейских делах, но все равно очень не хотелось спрашивать у него что-либо. — Нам остается лишь работать, да скитаться по миру. Он весь перед нами… Мы выживем. — Пик пытался развести костер в одном из бункеров. Было такое чувство, что они вернулись куда-то в прошлое, где такой образ жизни считался вполне нормальным. Где было нормально выживать, а не жить. — Мы могли немного подождать… Терпеть. Хоть школу закончить. — слезы скатились по белому худощавому лицу. — все так глупо. Мы идиоты. — Не вижу смысла. Вот совсем. Проебывать молодость не хочу — костер разгорелся, отдавая приятный и такой необходимый жар. — Мы уже проебали, Пик. — слезы продолжали капать на холодную землю. Пик лишь ругнулся и куда-то ушел. Разговор исчерпан.