mel/ruth oneshots

Приложив ладонь к датчику, блокирующему электронный замок, Рут устало вздыхает и заходит в свои апартаменты. На пороге останавливается и полной грудью вдыхает запах дома. Можно ли так говорить? Кажется, что это понятие устарело, осталось позади, под толстой коркой льда. Но только здесь, окружённая вещами из прежней жизни, Рут чувствует себя в безопасности. Её взгляд падает на фарфоровую кошку. Уорделл забрала её прямо перед отъездом, во время последнего визита в Кендалл. Память услужливо выбирает момент её прощания с отцом. Ты будешь жить, милая. Это - самое бесценное. Рут снимает бирюзовую форму и, аккуратно сложив брюки, вешает в шкаф. Затем идёт в ванную, вытаскивает из волос шпильки и берёт расчёску. Несколько быстрых движений, её светлые пряди касаются обнажённых плеч. Уорделл смывает макияж и долго смотрит в зеркало. Без консилера синяки под глазами кажутся уж чересчур большими, всё-таки сон по пять часов в день никого не красит. На то была причина: последняя неделя выдалась просто чудовищной. В Хвосте назревает едва ли не революция, поезд проходит один из труднейших участков пути, а Первый класс заботит лишь вопрос "подадут ли нам к обеду фуа-гра?" Уорделл возвращается в спальню. На двуспальной кровати лежит серая толстовка MIT, явно забытая Мелани сегодня утром. Опять собиралась в спешке, думает Рут, и её губ касается слабая улыбка. Последнюю неделю блондинка уходила на смену на час раньше своей пассии, и поэтому была лишена привычного зрелища того, как глава Гостевого сервиса, ещё не проснувшись, тихо матерится на будильник. Обычно Рут перекатывается на другую половину кровати и обнимает брюнетку со спины, сонно напевая что-то вроде «rise and shine!», а та смеётся... Она поднимает толстовку, но вместо того, чтобы положить вещь в шкаф, Рут, повинуясь секундному порыву, надевает её. Блондинку сразу же окутывает привычный аромат Мелани: духи, почти незаметный запах машинного масла, немного лаванды из-за стирального порошка. Уорделл накидывает на голову капюшон и забирается в кровать, думая о стопке документов на подпись, наверняка лежащих на столе, а затем с невероятной радостью вспоминая, что уже они были подписаны прошлой ночью. Рут засыпает, как только её голова касается подушки.