Никогда не ночуйте в пригородных лесах...

Сумерки сгущались над глухим темным лесом. Дневные птицы уже закончили свои песни и подальше от греха забились в свои теплые гнезда, грея птенцов и рассказывая им свои, не предназначенные для людских умов, птичьи сказки. Проводниками в непролазной чаще для заплутавших людей оставались только особые ночные вороны, неизвестно с какой стати не спящие по ночам, да разные совы. Месяц одиноко смотрел с ночных небес, освещая собой лишь небольшую часть всего, что можно увидеть глазами человека в темном лесу, полном диких зверей и неожиданных опасностей. Сухие ветки, которые как будто специально норовили испугать путника своим хрустом, приземистые кустики, прятавшие в себе острейшие колючки, готовы были напасть на загулявшегося человека, а неприветливые, необычайно злобные белки кидались в него шишками. Не говоря уже о хозяевах всего этого по-настоящему странного, мрачного леса... Как раз в это время, в этом самом лесочке, совсем маленьком, как показалось трем молодым парням, они смогут отдышаться и протрезвиться от всего алкоголя в их крови, ибо идти в таком состоянии домой к одному из них, разумеется в присутствии родителей оного, было бы просто самоубийством. Поэтому студентики, даже не догадываясь, чем рискуют, радостно ввалились в кусты, случайно оступившись по дороге. Решив прямо тут, в придорожной канаве и остановиться, все трое попытались из горизонтального положения перейти в вертикальное, при этом не по-детски шатаясь и издавая лошадиное ржание, слышимое за несколько километров от ихнего места остановки. Но, видимо, не судьба им была оставаться в этом лесу. Пока двое второкурсников пытались подняться, Вася, первокурсник, более-менее вменяемый по сравнению со своими товарищами, решил исправить этот недостаток, отхлебнув из бутылки с наклейкой «Absolut Vodka», но тут же поморщился. И тут у парня что-то щелкнуло в мозгу, отчего он напряг зрение и попытался разглядеть некое белое пятно на дальнем корявом, высохшем дереве, которое слегка смахивало верхними ветками на ноги Леди Гаги. "«Always watching No eyes» ... Стопэ-э... это же..." - при одних этих мыслях, Вася стал бледным, как покойник. Пацан осмотрелся, внял загробной тишине леса, нарушаемой товарищами, прочувствовал атмосферу и, узнав почти каждый камешек, тропинку и деревцо, перекрестился со словами: "Чур меня, чур!" Судорожно сглотнув, он тут же задергал штанину одного из своих друзей, даже не поднимаясь с земли, и начал ему что-то в ужасе лепетать. Возможно не будь Вася задротом и малоизвестным летсплейщиком, эта бумажка и не напомнила бы ему о Слендере... Вскоре вышеупомянутый объект мог печально наблюдать сверкающие пятки своей несостоявшейся еды. От идеи преследовать парней по дороге и создавать засаду Слендер отказался, сославшись на раннее время и возможность того, что в лес забредет еще кто-то, желательно трезвый и ничего не знающий о нем, Слендере. Спустя несколько минут, Палочник отвел взгляд от дороги и обратил внимание на новенький Васькин фотик, сиротливо лежащий в луже и весь измазанный в слякоти нехоженого леса луж. Слендер поднял его и хотел сломать, но что-то задержало движение когтистой руки и монстр передумав, решил отнести фотоаппарат домой, в руки ненасытного Трендера. Монстр даже не догадывался, что камера стояла в режиме активной записи... Все тот же тусклый месяц лениво освещал средних размеров довольно миловидный коттеджик из красного кирпича, который одиноко стоял посреди уже хорошо известного нам леса. Двухэтажный, квадратной формы, с кое-где выгнутыми вперед наподобие цилиндра стенами, он возвышался над лесом и распугивал своим мрачным, нахохлившимся видом даже немногих птиц и животных, пробегавших мимо него. Окна и на первом, и на втором этаже были овальными, но к нижней части становились ровными. Верхнюю часть дома украшала темно-серая черепичная кровля. Крыша была со скатом на все четыре стороны света, а по середине возвышался небольшой в диаметре купол, оканчивающийся маленьким шпилем. Над окнами красовались резные узоры, а углы дома "охраняли" каменные горгульи, казалось вытащенные из самого Нотр-Дама (хотя кто знает, может быть так и есть, Слендер же много где бывает). Однако, несмотря на вроде бы приветливый, теплый оттенок своих стен, здание поражало угрюмым величием и навевало атмосферу запустения. Парадного входа у дома не было, безликие ограничились лишь двумя неприметными дверями, почти сливавшимися со стенами. И вскоре ручку одной из таких дверей повернуло высокое худое существо в черном официальном костюме... Трендер волей случая поднял глаза на часы, висящие прямо над входной дверью, и чуть не выронил из рук глянцевый журнал, при виде резко появившегося в дверном проеме Слендера. -Елки-палки, Сленди, братик, зачем так пугать-то? - Трендер поправил очки, тяжело вздохнул и вновь принялся за изучение последней моды. Ответа от старшего брата так и не последовало, но зато на колени к Трендеру прилетела последняя модель фотоаппарата sony, про которую он только что прочитал на рекламной страничке своего журнала. Сегодня Слендер был явно не в духе. Это можно было понять по тому, что сейчас он перемещался только телепортацией. Переместившись к старинному резному дивану грязно-оранжевого оттенка, он сел на него и устало потер виски. -Что, опять никто на твои записки не повелся? - хмыкнул Оффендер, следом за старшим заходя в дом, только с другого входа. Сегодня в саду маньяка наконец-то распустились розы, его долгожданные любимые цветы! Да и не только красные, желтые и белые, но еще и редкие пурпурные с серебристо-черными переливами на лепестках. Понятное дело, Офф был на седьмом небе от счастья и сейчас его прекрасное настроение мало кто или что могло испортить. Разве что только злой старший брат, - Решил сегодня в молчанку поиграть? - ох, лучше бы он этого не говорил. Маньяк поймал на себе тяжелый взгляд убийцы, о чем тут же пожалел. Офф мог с легкостью читать мысли своих братьев, в этом он преуспел даже больше Сленди, о чем пожалел уже и второй раз, услышав в голове брата очень нелестные выражения в свою сторону. Сексуальный маньяк, после вида своего кровавого четвертования с редкой, пурпурной розочкой в голой заднице, вообще решил молчать в тряпочку и не нарываться. Но тут Слендера словно прорвало. -Никто не ходит в мой лес! Ты и Сплендор всех пораспугали километрах в пяти-шести от него! Ладно еще младший оболтус - он шатается в близлежащих деревеньках и дарит детям разноцветные шарики и кроликов, но ты! Ты отбираешь у меня, кхм... будущих жертв! Еще в городах домогаешься до них и так запугиваешь, что они боятся из своих домов выползти, не то что в лес пойти! Остались одни пьяные подростки и то, к сожалению, с зачатками ума - знают, что опасно, а что нет! - на яростный рокот из кухни прибежал Сплендор, но услышав свое имя и тему такого всплеска эмоций, хотел смыться обратно, да не срослось - фокусник боялся даже пошевелиться, пока Слендер не закончит свою речь, - Только попробуйте мне кто-то что-то возразить! - ему не хватало еще погрозить кулаком, для пущей убедительности. Палочник встал с дивана и, оглядев братьев гневным взглядом, большими шагами вновь направился вон из дома, оставляя на ковролине нежно-ванильного цвета куски грязи. Оффендер перевел дыхание, а бедный Сплендор лишь горько вздохнул и чуть не заплакал, глядя на безобразие, которое учинил Слендер своими ботинками с ковром. Хотя, кто знает, может быть ему было жалко старшего брата, а не ковер. -Воу, воу, палехче... -Мда. Офф, может быть ты сменишь ареал своего обитания... ой, прости, охоты? - не отрываясь от газеты, с ноткой упрека спросил Трендер. Глянцевый журнал он уже прочитал, пытаясь с ним слиться как раз в то время, когда Слендер устраивал разнос Оффендеру и Сплендору. -А мне жалко братика. Надо мне как-то исправляться, а то я все время веселю соседских детей, им и ничего больше не нужно, и никакой лес не интересен, - грустно сказал Сплендор стенке, на которую облокачивался, осознав свою "ошибку". -Я ничего не буду менять ни в себе, ни в образе своей жизни. Я ж не виноват, что он такой эгоист! Пусть делится э-э-э... территорией. Мне тоже надо чем-то заниматься, - пробурчал Офф в адрес Трендера. -Научись готовить, например. С этим тебе может помочь Спленди. Или давай я покажу тебе как шить. На такое предложение Оффендер только громко фыркнул и, по-хозяйски хлопнув дверью, скрылся в саду. -У меня есть старая корзинка из-под грибов какой-то бабки, которую притащил Сленди на прошлой неделе! Давай хотя бы кинем туда твоих роз и отправим тебя на рынок?! - крикнул ему вдогонку модник. Трендер любил, когда последнее слово оставалось за ним, наверное потому что это происходило довольно редко из-за двух старших братьев. Вот и сейчас, оставшийся довольным своим действием, он поправил съехавшие очки, положил ногу на ногу и опять ("Не опять, а снова!" - поправил Тренд автора) принялся читать о российских звездах уже третью страницу в местной газете. Про камеру он как-то забыл, боясь попасться под горячую руку Слендера и забросил ее куда-то на телевизор, а может еще куда подальше. Вдруг Спленди с некоторой надеждой посмотрел на читающего Трендера. Последний, чувствуя на себе пристальный взгляд младшего, не выдержал. -Что? -Да ничего, - Сплендор уже который раз вздохнул и отправился на кухню за тряпкой и Vanish'ом для спасения испорченного ковра. Этот вечер обещал быть необычайно тихим и напряженным, даже без привычных перепалок братьев. Но никто из безликих даже и не подозревал, что камера снимала все происходящее и записывала все разговоры в доме братьев...