По ту сторону власти...

Через пять минут за ней вышла Миранда. Она спустилась обратно к огромному количеству гостей. На ее лице совсем не было улыбки. Ее спутница, покинула ее по необъяснимым обстоятельствам. Она никак не могла разглядеть Баронессу среди людей; после долгого поиска, она вышла на улицу. Она взяла сигарету и закурила. Сзади кто-то подошёл и обнял ее. — Фон Хеллман! — сказала Миранда, но повернувшись, поняла что это был ее муж. — Почему она должна обнимать тебя за талию? И почему сразу она? — возразил тот. — А, это ты. — сказала та, и вновь отвернулась. — Так, а ты что тут делаешь? — сказала она, смотря на толпу людей, которые выходят из особняка, по случаю окончания показа. — Я приехал забрать тебя домой. — За что такая забота? — спросила она. — Я твой муж. — Ну ладно. Такое объяснение тоже ничего. Одну минуту, и поедем. — Миранда вновь решила поискать Баронессу. Ей пришла мысль, что она не могла оставить ее просто так, и она должна была предупредить ее что уезжает, и выяснить причину. — Она быстро вошла в особняк, и нашла Джона. Убедившись, что Баронесса уехала, ее посетили странные мысли, дошедшие почти до обиды; она решила отправится домой. Три дня не было новостей от Баронессы для Пристли, как ей позвонили в дверной звонок. Когда Миранда открыла дверь, она сильно удивилась. — А я думала, ты бросила меня. — сказала Миранда, закуривая сигарету. — А… точно. Так и было. — Язвительный голосом продолжила та и прошла дальше по коридору. — Были дела. — Ответила та, давно поняв, что сильно виновата перед своей «коллегой». — Ну ладно. Проходи быстрей. — раздался голос Пристли по коридору, и Баронесса вошла в дом, закрыв за собой дверь. Она прошла и села на диван, перед которым строят стол, на который Миранда поставила бокалы вина. Они обе взяли по бокалу. Фон Хеллман посмотрела взглядом сожаления, после сказала: — Я соскучилась. Миранда сначала не поверила своим ушам, потом очень громко засмеялась. — Ты?! — сказала та и быстро успокоилось, как только она заметила искренность в глазах напротив сидящей. — Это конечно не свойственно для тебя, но осмелюсь спросить: и все? — продолжила та, уже спокойным голосом. — Этого недостаточно? — сказала Баронесса, немного оскалившись на Пристли, так как никогда никому не позволяла сомневаться в действительности своих слов. — Знаешь что! Ты! Человек, который бросил меня. Приходишь в мой дом, и говоришь лишь то, что соскучилась? — Миранда говорила высоким тоном, но снаружи была спокойна, в отличие от того, что творилось в ее душе. Она обиделась; невероятно обиделась. — У меня проблемы. — Баронесса была сильно ущемлена словами и всем происходящем в ее жизни. Она очень хотела прощения Миранды, но и на извинения перед ней, она была не способна. Эмоции переполняли ее; губы дрожали. Она хотела сказать о любви, о жажде оставшейся власти. Она хотела не только прощения, но и какой либо жалости со стороны Пристли, на которую, ее спутница, была на первый взгляд, не способна. Баронесса бы никогда не сказала о том, что ее никто не любит, никто не жалеет и не заботится о ней. Она устала строить из себя железную леди, которая была внешне. — Я знаю про Круэллу. — сказала Миранда, уже успокоившись, и прочитав эту информация в утренней газете, под заголовком: «Фон Хеллман больше никому не интересна. Круэлла- вот новая звезда». Она не менее Баронессы переживала по этому поводу, и не меньше чем та, была зла на «новую звезду», но решительно не показывала какого либо беспокойства. — Ты действительно не хочешь уйти со своего места и уступить место более молодым гениям? — неохотно спросила та, и стала внимательно наблюдать реакцию напротив сидящей, так как ей утром пришла мысль о том, что все это могло делаться специально, но увидев взгляд Баронессы, когда она произнесла свои слова, поняла что действительно это очень важно для неё и что она очень разбита этой ситуацией. — Что? — переспросила та; в сердце ее было в этот момент то, что единственный человек, на которого она надеялась всем сердцем, придаёт ее. — Ясно! -крикнула та, и уже встала, чтобы уйти, как кто-то встал и схватил ее за запястье. — Мы убьём её! — сказала Миранда, дрожащим голосом. Фон Хеллман повернулась, на ее лице появилась невидимая улыбка. — Если нужно, я сама ее убью! — продолжила Миранда и отпустив руку своей возлюбленной, подошла ближе и обняла ту. Баронесса прижалась к ней так, как будто только сейчас она обрела весь тот мир, который был для неё недоступной.