Часть 1
20 июня 2021 г., 20:37
***
Когда приходит апрель — начинается жизнь. Солнце начинает светить иначе и можно скинуть надоевшее пальто, насладиться теплой весной, ощутить, как она начинает свой разбег. Девочки с пышными бантами прыгают по классикам, нагромоздив свои портфели где-то в сторонке. Частые прохожие вышагивают по бульвару совсем неспеша, стараясь впитать как можно больше первых весенних лучей — и всё равно, что нужно бежать на работу. По радио играет новый хит "Modern Talking-cheri cheri lady". Его строки звучат из открытых окон светлых хрущёвок, с магнитофонов, по радио. "Take the chance for romance, take my heart" Жизнь в Чернобыле кипит. Благодать — живи да радуйся. Одному Акимову почему-то не радостно. Застрять в пробке ранним утром — дело не из приятных. Он приспускает стекло, ведь от духоты начинает болеть голова. Барабанит пальцами по рулю, раздражённо сигналя, когда впереди стоящая машина не движется вперёд слишком долго. Александр снимает очки и трёт переносицу, беззвучно вздыхая, а потом хмуро глядит на наручные часы. Без пяти минут девять — опаздывает. Дятлов всыпет по первое число. Утро не задалось с самого начала. Горячую воду отключили именно в тот момент, когда он принимал душ, обжёг себе ноги, пролив на них горячий кофе, поссорился с женой. Александр прикусил губу, когда перед глазами всплыл её образ. Злой, кричащий. На самом деле, он и не помнит, в какой момент их отношения с Любой стали такими. Любовь и умиротворение отступили, а на их место пришли разлад и скандалы. Семейная идиллия рухнула и то тепло, что было раньше, вдруг исчезло. Несмотря ни на что, ему казалось, что совсем скоро всё станет, как раньше. Всё изменится. Люба вновь станет любящей, доброй женой и матерью. Но этого почему-то так и не происходило.***
—Здарова, Саш. — Чья-то ладонь легла на плечо и Александр вздрогнул, чуть не выронив методичку из рук. Мужчина поправил сползшие очки и не отрываясь от прочтения материала, кивнул. —Доброе утро, Борис. Столярчук был хорошим другом Александра и по совместительству коллегой. Когда-то они оба учились в этом техникуме, а теперь работают в нём преподавателями. Борис облокотился о стол, наливая чай из электрического чайника себе в кружку и искоса поглядывал на коллегу. —Выглядишь не очень. Всё в порядке? Акимов поднял серые глаза на друга и улыбнулся. Неестественно, натянуто. Столярчук снова окинул его недоверчивым взглядом. Он всё понимал. —Снова поругались? — Его голос звучал сухо. Александр засопел в ответ и поджал нижнюю губу. —Может вы всё-таки того...Развод? —Борис, — Мужчина с хлопком закрыл папку, оборачиваясь к Столярчуку. — Я не хочу, чтоб мои дети росли в неполной семье. —Ну да, пусть видят ваши скандалы. Это же лучше. — Борис положил руку на плечо товарища. — Саш, на тебя без слёз не взглянешь. Она тебя совсем изъела всего. Александр не моргая смотрел в глаза приятелю, а потом отвернулся, копошась в кипе бумаг, делая вид, что его не задевают эти слова. Он знает. Знает, что силы в нём заканчиваются, и что это написано на его лице. Акимов не курил десять лет, а когда началась череда скандалов, начал снова, но продолжал твёрдо верить, что всё вернётся на круги своя. Вот только когда?... —Дятлов на месте? —Да. — Мрачно отзывается Столярчук, отпивая немного из кружки. — Рвёт и мечет с самого утра. Александр хмыкнул. —Да, кстати. — Борис кинул какой-то документ на стол, перед Акимовым. — Вот, просил тебе передать. У тебя в группе новый студент. Отличник и олимпиадник. Сказал, лучший из лучших. Акимов внимательно взглянул на заявление. На титульном листе аккуратным, каллиграфичным почерком было выведено "Топтунов Леонид Фёдорович, 1967 года рождения". —Не слишком молодой-то? — Мужчина удивленно вскинул брови. —Вот я тоже удивился, когда узнал, что ему девятнадцать. Но ты не смотри, что он зелёный совсем. Дятлов сказал, что он гений. Умнее всех твоих студентов вместе взятых. Александр взглянул на часы. Ему пора бежать. —Ладно, Борь, у меня пара уже началась. Увидимся. Столярчук молча кивнул в ответ.***
—Да я говорю, он уже на двадцать минут опаздывает! Можем валить! — Проскуряков сидел на парте самого первого ряда, спиной к двери. —Не думаю, что это хорошая идея. — Бражник покачал головой, глядя на однокурсника. — Дятлов нас за это по головке не погладит. В этот момент дверь аудитории открылась и Акимов тихо прошёл в помещение. Его взгляд упал на Виктора, сидящего к нему спиной. Преподаватель скрестив руки на груди, склонил голову вбок и наблюдал за молодым человеком, который, по всей видимости, не замечал его. —Слав, — Витя совсем по-хозяйски распластался на парте, — это же Дятлов. А ты не забывай, что у нас-то куратор — четырёхглазый. Он поспокойнее этого психа будет, ничего нам не сделает. После этой фразы Акимов в мгновение изменился в лице, как и многие студенты, заметившие преподавателя. Один лишь Проскуряков ухмылялся, довольный своим остроумием. —Остальным этот четырёхглазый может ничего и не сделает, — Строгий низкий голос за спиной заставил парня содрогнуться. Улыбка быстро исчезла с его лица, сменяясь испугом. — А вот насчёт вас, товарищ Проскуряков, я подумаю. Витя видел, как растерянные однокурсники сидели, с трудом сдерживая смех, глядя куда-то за спину молодому человеку. Он обернулся и столкнулся с суровым взглядом за оправой круглых очков. —Александр Ф-фёдорович...А я э-это... —Слезьте с парты. — Голос Александра звучал строго, но совсем беззлобно. Он был из тех преподавателей, кто умел контролировать свои эмоции и не повышал тона на учащихся не при каких обстоятельствах. Для него превыше всего были спокойствие и рассудительность. Может, именно за эти черты добрая половина техникума так его уважала. Проскуряков неуклюже сполз со стола, усаживаясь на место. Он виновато опустил взгляд, стараясь скрыть побагровевшее лицо под смешки и хохот других ребят. —Извините. — Пробубнил он под нос. Акимов ещё раз окинул парня холодным взглядом, но ничего не сказал, вернувшись за рабочий стол. —И так, начнём.***
—...И да, не забывайте, что к концу недели вы должны сдать мне ваши проекты. — Акимов окинул взглядом аудиторию. Уставшие, измотанные первокурсники едва держали глаза открытыми, подпирая головы руками. Да и сам Александр порядком подустал. Пять пар подряд действительно изнуряют. Особенно, если ты их ведёшь. Мужчина посмотрел на наручные часы. Половина шестого. Солнце заливало аудиторию оранжевым светом сквозь завесу тонких жалюзи, а через открытое окно доносилось пение птиц. Александр исподлобья ещё раз оглядел аудиторию. Последняя пара, все хотят домой. Но до конца ещё двадцать минут. Мужчина погладил усы. Если Дятлов узнает, что он отпустил учащихся пораньше — вероятнее всего, оторвёт голову. А если не узнает?... —Можете идти. На сегодня достаточно. — Не успел договорить Акимов, как юные студенты подорвались со своих мест, наспех запихивая вещи в сумки. —До свидания, Александр Фёдорович! — Акимов лишь медленно кивал в ответ, крутя в руках шариковую ручку. Когда аудитория опустела — пришло умиротворение. Мужчина подошёл к окну, подставляя лицо солнечным лучам и дуновению лёгкого сквозняка. Из главного входа посыпались первокурсники, громко разговаривая о чём-то между собой и исчезали где-то во дворах. Домой Александру идти не хотелось. Может, из-за утреннего скандала с женой. А может и из-за нежелания, чтобы это повторилось снова. Он снял очки и вдохнул свежий весенний воздух. А потом вернулся за рабочий стол, решив заполнить те бумаги, которые не успел заполнить дома. Пока преподаватель работал с документами, на мгновение взгляд его упал на одиноко лежащий на краю стола лист бумаги. Это оказалось то самое заявление на поступление на имя Леонида Топтунова. Акимов решил, что займётся им позже, а пока ему хочется курить. Мужчина спустился по лестнице к главному выходу, попутно доставая пачку сигарет из кармана брюк.***
—Какого чёрта вы решили, что можете так нарушать дисциплину?! Знакомые крики из деканата вынудили Акимова сбавить шаг и прислушаться. Дятлов снова яро отчитывал какого-то бедолагу. —Я имею полное право разорвать ваши документы к чёртовой матери, если такое повторится снова! Александр поморщился. Хотелось, чтоб эти вопли остались позади, но в то же время его распирало странное любопытство. Кто же этот несчастный, и что он такого натворил? Мужчина подошёл к двери деканата, раздумывая, стоит ли вообще заходить. Не хватало ещё сейчас попасть под горячую руку. —Я вас вышвырну отсюда! Акимов дёрнул ручку двери и странная картина встала перед ним. Ситников сидел в углу кабинета, за своим рабочим столом, боязно поглядывая на Дятлова, который, перегнувшись через стол, не переставал кричать. Его лицо было красным, перекошенным от злобы. Александр перевёл взгляд и столкнулся с растерянными голубыми глазами. Высокий тощий парнишка с рыжеватыми волосами на секунду кинул взор на Акимова, но почти сразу же снова повернулся к Анатолию Степановичу. Он практически не шевелился, лишь пальцы его лихорадочно теребили подол рубашки. —Т-товарищ Дятлов, — робко подал голос Акимов. — В чём дело? Александр больно прикусил язык, когда мужчина впился в него глазами. Он выпрямился, не переставая яро жестикулировать. —Вы только посмотрите! —Анатолий махнул рукой в сторону юноши. — Явился к концу учебного дня! Опоздал на все пары! Полный беспредел! Александр даже почти не удивился. Если Дятлов был не в лучшем расположении духа, то малейшая провинность для него была "полным беспределом". —Вы у меня будете на отработки ходить! — Не унимался декан. От его крика волосы парнишки разлетались в разные стороны. Он глазами, полными детского страха, не моргая таращился на Дятлова. Сердце Акимова сжалось. Он заметил, как побледнело лицо молодого человека, как его начало покачивать. —Полностью с вами согласен, товарищ Дятлов. Ни стыда, ни совести! — Строго проговорил преподаватель. — А знаете, это кажется студент товарища Столярчука. Позвольте отвести его к нему для воспитательной беседы. Дятлов не успел сказать и слова, когда Александр схватил парнишку за рукав и вытащил в коридор. За закрытой дверью раздавалось приглушённое ворчание. Акимов внимательно взглянул на студента и отметил для себя, что этого юношу он ни разу здесь не видел. Новенький? Молодой человек тем временем едва стоял на ногах, его побелевшие губы дрожали. Кажется, он пытался что-то сказать. —Да не переживайте вы так, — Акимов придерживал незнакомца за плечо. — Никто вас не вышвырнет. Казалось, если Александр сейчас отпустит его, то он в ту же секунду рухнет без сознания. Перенервничал, бедолага. Акимов покачал головой. Так его оставлять нельзя. Мужчина, не отпуская парнишку, довёл его до аудитории, усаживая на стул перед своим рабочим столом. Он налил в стакан воды из-под крана и накапал немного валерьянки. Жена всегда клала пузырёк ему в портфель, а Александр ворчал, что та ему не пригодится. Пригодилась. —Не обращайте внимания. Это наш декан. Он со всеми так общается. — Мужчина протянул стакан молодому человеку. —С-спасибо. — Голос его звучал тихо и растерянно. Кажется, он до сих пор не мог отойти от такого нонсенса. Он сделал пару небольших глотков, а потом продолжил говорить. —Понимаете, я сам из Николаевки. В Чернобыль переехал буквально пару дней назад и...И как-то не ориентируюсь здесь пока. Сел не на тот автобус и...И доехал не туда. Потом ещё и обратно добирался...Поэтому и опоздал... Акимов понимающе кивнул и протянул руку юноше. —Александр Фёдорович. —Леонид...Топтунов. Можно просто Лёня. Александр склонил голову, внимательно вглядываясь в лицо молодого человека. —Так это вы мой новый студент?... Лёня вопросительно взглянул на преподавателя. —1967 года рождения, село Николаевка. Отличник и олимпиадник. Парень закивал головой и Александр легко улыбнулся. —Что ж, выходит, я ваш куратор. Александр снял очки, не прекращая рассматривать студента. —В таком юном возрасте и уже на третий курс? — Тепло поинтересовался преподаватель. Он заметил, как Леонид начал медленно приходить в себя. —Теорию за два первых курса я изучил самостоятельно. Сдал вступительные экстерном. И вот, я здесь. — Робкая улыбка появилась на белом личике. Акимов прикусил дужку очков. Неужели этот юноша и правда настолько умён? —Но...— Выражение лица Топтунова мгновенно приобрело обеспокоенный вид. — Не знаю, смогу ли я учиться здесь...После сегодняшнего... —Я поговорю с Дятловым. Всё будет хорошо. — Акимов мягко улыбнулся и кончиками пальцев коснулся руки студента. Этот робкий юноша не на шутку растрогал мужчину. Хотелось ему помочь, защитить его от нападок Анатолия Степановича. —Правда? — В хрустальных глазах блеснула искорка. — Спасибо вам...Огромное. Топтунов взглянул на часы, висящие в аудитории. —Ну, я, наверное, пойду... Акимов взглядом проводил молодого человека до дверей. Взявшись за ручку, Леонид обернулся, озаряя мужчину белозубой улыбкой. —До свидания, Александр Фёдорович. Мужчина остался в аудитории один. Не отводя глаз от тяжёлых дверей, за которыми раздавались удаляющиеся шаги, улыбнулся в ответ. —До свидания, Леонид.
