когда жизнь поворачивается к тебе задом, трахни её как следует, а потом сделай выводы.

у донхека, кажется, сердце останавливается, когда он видит предмет мокрых снов прямо перед собой, да еще и в коротких шортиках и в тех самых кошачьих ушках. он смотрит на омегу долгую минуту, пустоту в голове разгоняя, пытаясь слова подобрать, извиниться хочет. - ты... - но его перебивают быстрым "помоги мне", тонкими пальцами за ворот футболки цепляясь, к себе ближе притягивая и целуя настойчиво. у альфы мысли путаются окончательно, теряясь где-то в невероятных ощущениях хрупкого тела, прижимающееся к его собственному. - я, пожалуй, вас покину, - слышится на фоне, но никто из них внимания не обращает, продолжая танец языков, мокрый и такой желанный. *** джено головой качает, вздыхая, на улицу идет, друга семьи там ожидая. в какой-то степени он завидует хэчану и его везучести, снова. - прости, я задержался, - кун улыбается нежно, - друг не хотел меня отпускать, - альфа виновато затылок чешет, губу нижнюю закусывая. - нет, это ты прости, что вытащил тебя с важной встречи. мне правда неловко было тебе писать..можешь проводить меня до дома, пожалуйста? я правда не хочу отвлекать тебя, но... - джено голову опускает, всхлипывая, - я был у врача... цьен замирает, взволнованно на омегу глядя, понимает, что вряд-ли тот захочет рассказывать, но тревога не покидает сердце китайца. - не плачь, хорошо? - он руку чужую в свою берет, к груди младшего прижимая, утешает, ласковые слова на ушко шепча. - они сказали, что у меня много разрывов, и что есть вероятность беременности...но это будет известно через пару недель. кун, мне страшно, - джено кулаки сжимает, спину старшего обнимая крепко-крепко, пытаясь успокоить собственную истерику. тяжелый вздох вырывается из груди цьена, прежде, чем он понимает, что этим парню не помочь. он сглатывает противный ком, ладонью по волосам омеги проходясь. - пойдем ко мне, я все равно не смогу оставить тебя одного в такой момент, - альфа отстраняется осторожно, за руку ли беря, сжимая ее мягко. такси ловит, помогая джено сесть. он не отпускает младшего до самого особняка, молча заботясь, отдавая всю свою поддержку и сочувствие. они вновь ужинают вместе, а после какой-то сериал по телевизору включают, на мгновения забывая о проблемах. - твой отец говорил тебе, что мы знакомы? - начинает кун непростой диалог, тщательно слова подбирая. - нет, я только недавно узнал, что у моих родителей вообще есть друзья, - вздыхает джено, голову на чужом колене удобнее укладывая, щурясь от света люстры яркой. - скажу тебе по секрету, они не всегда были такими занудами, - альфа смеется тихонько, пальцами мягкие пряди младшего перебирая. - когда я с ними всеми познакомился, мне было лет 15, я в этой компании самый младший, но, мне порой кажется, что самый умный... - ли хихикает, согласно кивая. - а какими они были? - китаец телевизор убавляет, в глаза горящие смотря, - расскажи, пожалуйста..мне всегда казалось, что папа такой серьезный, вечно поучает меня, говорит, что муж любить не будет, если я не буду послушным, - омега хмурится, - я уже ненавижу этого козла.. кун губы поджимает, пытаясь не улыбаться, что уже любит, про себя думая. - они...твой отец был тем еще придурком, долгое время мучил папу, бегая от одной омеги к другой, но любил он только твоего папу, просто глупым был, а твой папа..он всегда таким добрым был, особенно ко мне, - мужчина улыбается грустно, свою первую любовь вспоминая, - он мне раньше очень нравился, - признается кун, щеку младшего теребя. - почему же папа выбрал отца, а не тебя? - морща носик, спрашивает джено, удобнее на диване устраиваясь, он уже и забыл о своей проблеме, история из прошлого родителей затянула невероятно. - потому что я намного младше, да и любил он только твоего отца всегда, правда...он кое-что пообещал мне, - момент истины наступает внезапно, будоража кровь неизвестностью, пугая возможной реакцией. - сейчас я понимаю, что это лучшее решение твоего папы, кстати, - кун большим пальцем по контуру нижней губы омеги проходится, в краску джено вгоняя, - ты безумно похож на своего папу в молодости, ты знал? ли качает головой отрицательно, он и не замечал раньше, что правда на папу похож. - что он тебе пообещал? - широко распахнув глаза, с ожиданием глядя на мужчину, интересуется парнишка. - что, когда у него родится сын, и если он будет омегой, я смогу жениться на нем, но вот...ты говоришь, что ненавидишь меня...и теперь я думаю, что... - кун замолкает, видя шок в всё так же широко распахнутых шоколадных глазах, - ты не должен был об этом знать до первого официального знакомства со мной. - ты...ТЫ...- джено подскакивает с дивана, зло на альфу взирая, - ПООБЕЩАЛ МЕНЯ ТЕБЕ ТОЛЬКО ПОТОМУ, ЧТО САМ НЕ МОГ БЫТЬ С ТОБОЙ? - взревел омега, - в чем тогда смысл, если ты моего папу любишь, а? или я его замена? просто похожий на него ребенок, к тому же теперь еще и испорченный, - слезы подступают мгновенно, выплескиваясь сильной истерией на старшего. - разве я сказал, что до сих пор испытываю к нему эти чувства? - теплая ладонь крепко сжимает дрожащие пальчики, вновь на диван усаживая, обнимая, нежно в скулу целуя. - дурачок, ты не испорченный, и я обещаю, что найду этого мудака, точнее, я почти сделал это...нужно только кое-что проверить, хорошо? прости меня, я правда хотел ждать до последнего, не попадаться тебе на глаза, но ты сам пришел в мой клуб, а потом... - кун в висок целует, в щечку, медленно поцелуями покрывая заплаканное личико, - ну же, не плачь, ты это ты, такой милый мальчик, правда, твой папа был моей первой любовью, это правда, но...ты же тоже чувствуешь мой запах, правда? - джено кивает смущенно, - ты же умный ребенок, сложи два и два, - цьен улыбается ласково, с трепетом на младшего смотря. а у джено в голове все переворачивается, вспыхивает яркой вспышкой в груди, теплое и невинное чувство, долгожданное, прекрасно и такое сильное. - а если я правда залетел от... - тошнота подступает к горлу, - что мне делать? - давай решать проблемы по мере их поступления, хорошо? пока что не говори папе, что знаешь обо мне, у нас был уговор, что до твоего совершеннолетия я тебя не трогая, не знакомлюсь, даже смотреть в твою сторону мне нельзя, так что...будем встречаться тайно эти пару недель? - задорная улыбка озаряет лицо альфы, заражая своей непосредственностью и джено, который почему-то выдыхает с облегчением. все не так уж и плохо, его будущий муж - его истинный, тот самый бармен, который помог ему в трудный момент, мужчина, заставляющий его нутро трепетать от желания и искренней влюбленности, вспархуть надеждой на светлое и прекрасное начало. - любые проблемы можно решить, если мы будем делать это вместе, правда? - китаец щелкает его по кончику носа, а после в губы мягко целует. *** мимолетные поцелуи на светлой, бархатной коже на плоском животике омеги заставляют его вздрагивать от невероятных ощущений. он готов плавиться под умелыми ласками своего истинного, подставляясь под чужие губы, изворачиваясь и дрожа в слепом удовольствии. они не особо заморачивались на счет места, устроившись где-то на ковре возле дивана, удобство сейчас никого не заботило. лишь яростное желание обладать друг другом, насладиться прикосновениями и потеряться в омуте секундного счастья. донхек был действительно нежен, впервые за долгое время, он хотел передать омеге всю свою искренность, извиниться действиями, позабыв о собственном гоне. он целовал так, как никогда прежде, мягко покусывая губы ренджуна, кончиком языка по нёбу верхнему щекоча, чужой язык всасывая. а у хуана звездочки перед глазами переливаются всеми цветами радуги, да шортики уже насквозь мокрые от таких манипуляций альфы. - войди уже, - скулит парнишка, вновь выгибаясь дугой, когда хэчан языком ореол соска обводит, дразня до хруста в костях. - я хочу извиниться, - охрипшим голосом по нервам воспаленным бьет, в самое сердце забираясь. – я тогда тебя напугал сильно, - продолжая вылизывать молочную кожу, произнес ли, - прости, - шепчет он на ущко, свободной рукой под ткань голубых шортиков проникая. - я прощу тебя, если ты поможешь мне с течкой, ясно? – кое-как слова выговаривая, со стоном громким, воскликнул ренджун. - точно простишь? – улыбка медленно расцвела на лице донхека, мечтательно, словно прощение от омеги было его главной целью в жизни. хуан не успевает ничего ответить, когда ловкие пальцы скользнули по крайней плоти, плавно освобождая влажную от предэякулята головку, медленно спускаясь по стволу к основанию, дразня и возбуждая сознание омеги сильнее прежнего. стоны перестают сдерживаться, вырываясь из груди официанта непонятными звуками, заполняя всю комнату. он готов был кричать от удовольствия и боли в паху, желая кончить скорее, скуля и хныча словно ребенок, которому не разрешают поиграть с любимой игрушкой. медленные движения рукой вызывают бурю эмоций у омеги, выпуская наружу то сокровенное, что скрыть хотелось ото всех. - возьми меня, умоляю, прошу, трахни, донхек, давай же, - всхлипывал парнишка, бедрами навстречу руке двигаясь. - скажи, что прощаешь меня и что…согласен быть моим парнем? - последняя часть предложения вырвалась внезапно, испугав своей настойчивостью самого хэчана. – то есть… - он запнулся, смущенно глядя на удивленного омегу. - я, конечно, сейчас на грани и готов ответить «да» на любое твое предложение, но…давай обсудим это после, хорошо? – ренджун старается говорить ровно, чувствуя, как ладонь младшего все еще сжимает его член у основания, а после вниз опускается, массируя давно болевшие от напряжения яички. очередной сладкий стон оглушает их обоих, озаряя помещение яркими вспышками первого в жизни оргазма омеги. он бьется в конвульсиях в чужих руках, плачет громко, совершенно не стесняясь. донхек шорты стягивает аккуратно, в сторону отбрасывая, да голову к паху старшего поднося, слизывая жидкость белесую. альфа готов поклясться, что ничего вкуснее в жизни не пробовал. сладкий, даже приторный запах ванили будоражил кровь, разгоняя ее по всему телу, а нотки темного шоколада пьянили хлеще любого алкоголя в клубе куна. - такой вкусный, - восхищенно бормочет хек, полностью член старшего в рот вбирая, вновь вызывая у того непередаваемую бурю эмоций. распаленное после оргазма тело подрагивает от каждого прикосновения, слезы сами по себе скатываются по впалым щекам омеги, а хриплые стоны не прекращаются ни на секунду, выбивая в сознании пеструю картину происходящего. хэчан удобнее устраивается на полу, освобождаясь от лишней одежды, а после осторожно поднимает обмякшее тело, так, чтобы усадить омегу к себе на колени, крепко обнимая, да руки чужие на плечи собственные укладывая. - ты готов? – тихо где-то возле самого уха спрашивает альфа, оставляя яркую метку на бледной солоноватой от пота шее. - да. – стонет ренджун, сам на внушительного размера член насадиться хочет. – сделай это уже, - в очередной раз молит парень, губы искусанные облизывая. толстая головка упирается в скользкую от смазки промежность, выбивая из легкий остатки воздуха. хуан скулит протяжно, снова желая разрядиться, а у хэчана искры из глаз от неистового возбуждения. он входит медленно, заполняя собой нутро старшего, растягивая тугие стенки девственной задницы любовника. губы парней с новой силой сталкиваются где-то на грани эйфории, цепляясь друг за друга, словно за спасательный круг, они погружаться в глубины удовольствия, плавные толчки с каждым разом становятся все настойчивее, а близость с телом любимого человека заставляет альфу дрожать. он никогда не испытывал ничего подобного, те жалкие попытки других омег не приносили ему такого сногсшибательного, восхитительного, бодрящего удовольствия, какое он получал рядом с ренджуном. только сейчас он начал понимать, что такое истинное наслаждение. хэчана стало слишком много и мало одновременно, у хуана уже силы на пределе, а этот демон продолжает вгонять свой член глубоко внутрь, задевая головкой чувствительные точки, губами кожу ренджунову терзая. новая волна оргазма с головой поглотила омегу спустя некоторое время, он обессилено опустил голову на шоколадного цвета плечо, чувствуя аромат своего новоиспеченного парня. хотя старший и не думал о предложении хэчана, но подсознание кричало о том, что на этом все не закончится. донхек дышит тяжело, готовясь кончить в любую секунду. выходит их тела женственного, на плоский живот, изливаясь, смешивая семя свое и омеги, на пол кучей безжизненной падая и парнишку за собой утягивая. - ну так что, - отдышавшись, спрашивает ли, - ты меня прощаешь? - если только ты готов проделывать что-то подобное каждый день, - хрипло произносит ренджун, на груди чужой удобнее располагаясь, улыбается довольно, чувствуя некое облегчение и тепло где-то глубоко в сердце.