Сумасшедшая

Они ворвались внезапно. Впрочем, как и всегда. Слизнорт недовольно оглядел тех, кто прервал его урок. Бросив обыкновенное: — Минус пять баллов с Гриффиндора за опоздание, Мистер Поттер, Блэк и Петтигрю, — он обернулся, с пробиркой в руках, — проходите и не задерживайте урок. Парни, переглянувшись, с улыбкой на лице прошли к своим местам. Римус, стоявший рядом, недовольно вздохнул, бросив на друзей снисходительный взгляд. — Мы их еще заработаем, Лилс, не переживай, — Люпин мягко дотронулся до моей руки, в надежде успокоить меня. Но дело в том, что мне уже все равно. Это круговорот: Мародеры теряют баллы, а затем мы всем факультетом их вновь зарабатываем. Вообще, все потеряло всякий смысл. Если раньше я злилась за каждый потерянный балл, то сейчас, потеряв все баллы факультета, и бровью не поведу. — Конечно, как же иначе? — взглянула на его лицо, усыпанное множествами мелких и достаточно большими шрамами. Затем бросив кривую улыбку, вновь начала вслушиваться в слова профессора. Невозможно было не замечать взгляды темноволосого гриффиндорца. Неужели ему не надоело? Сколько уже можно? В прошлый раз у озера, я ясно дала ему понять свое отношение к нему. Но его твердолобость просто поражает. Честно признаться, в душе уже не было той ненависти или нежелания по отношению к Джеймсу. Но что-то все же мешало. Какая-то недостающая часть в композиции. Чтобы все понять... Краем взгляда я заметила, как Блэк что-то прошептал на ухо своему другу. Отчего тот приглушенно засмеялся. Люпин, стоящий позади, недовольно шикнул на них, призывая к тишине. Мысленно я возвратилась к тому дню. Неужели все так и закончится? Многолетняя дружба, соратничество, партнерство... Я болезненно зажмурилась. Вспоминать было так больно и неприятно. Живот скрутило, я сильно впилась ногтями в мягкую кожу на ладони, чтобы не заскулить вслух. Боже, Лили, ты сумасшедшая... Я полностью выпала с урока, витая в эмпиреях собственных мыслей. А всего, чего я хочу — впасть в урок, обратно. Чтобы хоть на немного отвлечься и заняться приготовлением зелья. Но Слизнорт продолжает все говорить и рассказывать. Я в силе приготовить зелье и без его нотаций. Тут он задает вопрос и моя рука привычно взлетает в воздух. — Да, Мисс Эванс? — привычно глядит на меня Профессор. — Это амортенция, сэр. Я определила его по завитыми характерными спиралями, — я внимательно смотрела на зелье, напрочь игнорируя косые взгляды, направленные в мою сторону, — и данное зелье пахнет каждому по-своему, в зависимости от того, что нравится. Также, это зелье используют как приворотное. Но любовь невозможно создать, амортенция лишь создает видимость, вплоть до одержимости, — закончив на одном дыхании, я подняла взгляд на декана Слизерина. Поттер смотрел на меня без малейшего намека на стеснение, нагло рассматривая и при этом, ухмыляясь. Мне почему-то стало неловко. Но почему?! Я должна чувствовать злость, раздражение, а не...не смущение. Боже, Эванс... — Великолепно, Мисс Эванс. Десять баллов Гриффиндору! — добродушно проговорил Гораций. — Вы правы, Лили. Любовь невозможно сымитировать подобным образом, — меланхолично подметил Профессор. — Не поделитесь ли, чем пахнет для вас амортенция? — его глаза лукаво блеснули. Его вопрос ввел меня в ступор. Но я подошла ближе. Шаг... — Ну, я чувствую запах старых книг и страниц... — немного хмурясь, я пыталась различить запахи. Второй шаг... — Запах различных трав, в основном лечебных и лесных... Третий шаг... — И... — запах, который я уловила, едва тонкий, еле уловимый, но пронизывающий. Очень знакомый. Я точно где-то его слышала. Точнее всегда, каждый день, особенно вечерами в гостиной. — Что ж, благодарю за ответ, Мисс Эванс. Можете пройти на место, — деликатно подметил Слизнорт, хитро улыбаясь. Я не заметила как вновь выпала, блуждая в чертогах разума. Третий запах заставил меня задуматься. И черт, наконец-то нашлось что-то, что отвлечет меня. Слизнорт велел готовить зелье. Все тут же разошлись по своим котлам. Подойдя к шкафу с ингредиентами, я раздосадованно вздохнула. Баночка с лавандой, как на зло, находилась на самой верхней полке. Я привычно потянулась рукой, но мой рост, составляющий пять с половиной футов, едва доставал до средней полки. Я уже собиралась сходить за палочкой, но почувствовала как чья-то теплая и тяжелая рука по-свойски легла мне на талию. От неожиданности я не успела возмутиться. Я подняла голову и встретилась со взглядом карих глаз. Поттер, нагло ухмыляясь, придвинул меня ближе, продолжая наблюдать свысока (его рост значительно превышал мой и он без труда смог бы взять что угодно с верхней полки). В его глазах плескались озорные смешинки, угольные волосы привычно торчали в разные стороны. Очки немного съехали набок, но он будто этого не замечал. Я так внимательно разглядывала его лицо, поймав себя на мысли, что Джеймс достаточно красивый... Мерлин, ты сумасшедшая, Эванс! Мы стояли так продолжительное время. Почему-то эта близость меня не так раздражала, а его взгляд не дарил мне неприятных ощущений. Но я привычно произнесла: — Отпусти меня, Поттер! — мой голос чуть дрогнул, но я тут же собралась. — Сейчас же, — я попыталась высвободиться, но гриффиндорец лишь сильнее прижал меня к себе. Моя грудь вздымалась, я чувствовала как щеки начинали гореть. — Тебе вроде нужна была лаванда? — Джеймс, делая вид, что не замечает, лукаво произнес. — Д...да, нужна, — неуверенно ответила я. — Хм, давай так, — он отвел взгляд, — я тебе достану лаванду, но ты скажешь о своем третьем запахе. — Что? — нахмурилась я, вновь брыкаясь. Джеймс особо не напрягался. Он выжидающе смотрел на меня, изогнув одну бровь. — Сохатый, да оставь ты ее, пошли зелье варить, — улыбаясь, произнес Блэк, с задней парты. Поттер ничего не ответил. Я глубоко вздохнула, вновь чувствуя свой третий запах. Этот запах кружил голову, переворачивая все внутри. Он заставлял меня тяжело дышать. — Ты что творишь? Отпусти меня! Все же смотрят! — оглядев класс, я все же заметила некоторые взгляды, направленные в нашу сторону. В их числах был его взгляд... эта магия, происходящая между нами, мгновенно испарилась. — Отпусти, Поттер, — уже более резко произнесла я. Мои брови нахмурились, а взгляд похолодел. Джеймс все же убрал свою ладонь с моей талии, протягивая лаванду с верхней полки. Я молча взяла ее и вернулась к своему месту. Поттер остался стоять с недоуменным лицом. Я так резко и беспощадно резала корни асфоделя, что даже Марлин дернула меня за рукав, вопросительно глядя. Я помотала головой, мол, порядок. А порядок ли вообще? На пороге война, родители, провожая меня на вокзале, так жадно и сильно обнимали, будто прощались навсегда. А я каждый раз прощаюсь с ними, как в последний... Я безумно боюсь их потерять, безумно боюсь познать боль от потери любимого человека. Хотя, я и так ощущаю это чувство. Может, этот человек жив, но для меня он будто умер. Некогда красочные и полные жизни дни, превратились в серые, мрачные. Все, что когда-либо имело смысл, больше ничего не значит. Этот бесконечный поток депрессивных мыслей прервала мысль о моих запахах. Естественно, я обожала читать и проводить большую часть за книгами. Листать старинные, уже пожелтевшие от времени страницы, жадно ловить информацию, проводить пальцами вдоль шершавых или гладких корешков. Дома у нас огромная библиотека. В детстве мы с Туньей часто прятались вдоль огромных стеллажей, играли в прятки. А когда приходил отец, садились возле него, словно котята и с интересом слушали его чтение. Сколько себя знаю, моя мама часто собирала травы, растущие в лесу и варила различные отвары и лечебные средства. Она привила мне любовь к растениям, уважение к природе. И возможно, в будущем я стану достойным колдомедиком. По-моему, третий запах был связан с Хогвартсом. Это мой второй дом и этот запах настолько успокаивающий и умиротворяющий. Но одна мысль не дает мне покоя. Этот запах я отчетливо помню. Ну, так пахнет вечерами в гостиной Гриффиндора, в Большом Зале. Еще так пахнут игроки в квиддич... Каждый раз после очередного матча, мы все выскакиваем на поле, чтобы поздравить победителей, но даже тогда этот запах продолжает витать! Запах был древесным, точно. Он не был навязчивым, даже наоборот, очень приятным и свежим. Так пахнут новые метла, парты... Но это все не то! Тут мой взгляд упал на Поттера, который старательно что-то резал. Он стоял профилем, его нос с небольшой горбинкой, очки на переносице. Так хотелось зарыться руками в эту шевелюру и растрепать ее больше. Мне хочется сделать это всякий раз, когда он приняв душ, спускается в гостиную, даже не высушив волосы! Я вечно отвлекаюсь на его сильные руки, сегодня мне удалось почувствовать приятную теплую волну. А на уроках его широкая и мускулистая спина загораживает мне весь обзор и мысли тоже. Я мотнула головой, приходя в себя. Лили, ты... СУМАСШЕДШАЯ! Внезапно наши взгляды пересеклись и я вновь почувствовала как мои коленки дрожат, а щеки алеют. Мой третий запах...Мой третий запах пахнет Джеймсом, мать вашу, Поттером. Мой третий запах — это Джеймс Поттер. Не может этого быть... Мои глаза так сильно выпучились, что казалось выпадут из орбит, я не могла отвести взгляд, все думая об этом... Если я продолжу тут стоять, то не удержусь и... — Простите, Профессор, я...ненадолго, — с этими словами я выбежала из кабинета, быстрым шагом уходя подальше. Дышать было трудно, от переизбытка чувств, я не сдержавшись, всхлипнула. Столько всего разом упало на мои плечи непосильным грузом. А это новое осознание и так выбило из колеи. Я прислонилась к каменной стене. Холод мгновенно приведет мой разум в порядок. — Лили? — знакомый голос прервал меня. Я покачала головой, не раскрывая глаза. Слезы вновь потекли по моим глазам. — Лили, я всего лишь хотел извиниться. Может я... — он сделал шаг вперед. Я выставила руки вперед, в останавливающем жесте. — Не надо так жестоко, прошу, Поттер. — Ты о чем, Эванс? В чем дело? Или это снова тот паршивец? — Нет! Нет! — я вновь всхлипнула. — Он не причем. Ты виноват. — Что? Что я успел натворить? — он непонимающе глядел на меня. — Ты... ты... — не сдержавшись, я расплакалась, прижав руки к лицу. Я плакала отчаянно и навзрыд. Все, что копилось во мне все эти месяцы, выливалось наружу. Джеймс, явно растерянный таким поворотом событий, аккуратно подошел, опустив руки мне на плечи. Я, сама того не понимая, уткнулась лицом в его грудь, продолжая рыдать. Впервые я показываю кому-либо свои слабости. Это так странно и непривычно. Я привыкла держать все отрицательные и негативные эмоции при себе, отдавая людям лишь позитивную себя. Но эта обратная часть буквально съедала меня. Поттер ласково гладил меня по спине, вызывая табун мурашек по всему телу. Мне был так необходим этот контакт. Мне так нужно было чье-то плечо, если не высказаться, то хотя бы выплакаться. И я никогда не думала, что этим плечом станет Джеймс Поттер. Когда я немного успокоилась, гриффиндорец приподнял меня за подбородок, заглядывая в зеленые глаза. — Ты в порядке? — Ты не первый, кто об этом спрашивает, — грустно усмехнулась я. — И что ты отвечаешь? Я когда-нибудь говорила, как умиротворяюще действует его голос? — Что я в порядке, — пожала плечами. — Это правда? — с сомнением произнес он. Я отвела взгляд, немного задумавшись. Мои глаза, наверное, были опухшими после слез, но мне не было до этого дела. — Спроси меня завтра. Джеймс понимающе кивнул, вновь притягивая к себе. На этот раз я не сопротивлялась, а с радостью обвила его талию в ответ. И кто бы мог подумать, что именно в этот момент я влюблюсь в него окончательно и бесповоротно? И кто бы мог подумать, что это начало сумасшедшей истории любви?