Единственный способ

      В комнате темно и тихо. Так тихо, что звук сбившегося дыхания почти оглушает. Кончики пальцев мелко дрожат в нетерпении. Время течет медленно, словно капля малинового варенья по обнаженной коже.       Она ждет. Ждет терпеливо, но губы уже искусаны, а край темно-синей простыни смят нервными пальцами.       И, наконец..       Он стучится три раза, как договаривались, безбожно, неприемлемо пунктуален. Хоть раз пришел бы пораньше.. Но Лиза знает, как ему сложно, знает, перед каким он стоит выбором каждый раз, и не винит ни в чем. Старается не думать, ведь эти мысли могут разрушить всю магию момента.       Дверь скрипит, не дождавшись ответа, и он медленно, осторожно, словно шагая по тонкому льду, входит в комнату и тихо прикрывает за собой дверь.       Какой же красивый.. Хоть и не горит ни одной лампы, и Лиза различает лишь силуэт, но она знает. Просто знает это. Может с легкостью воспроизвести в памяти его лицо, на которое готова любоваться часами. Глаза, цвета застывшей родниковой воды, обрамленная золотом повязка, скрывающая один из них, сложенные в полуулыбке сладкие губы. Загорелая кожа, четко очерченные ключицы, мышцы груди, едва скрытые белоснежной рубашкой. Лиза обводит языком губы и сбивчиво выдыхает из легких горячий воздух.       Он ничего не говорит. Никогда. Такое условие. Но как бы хотелось хоть раз услышать свое имя, сказанное этим бархатным голосом.. Только мечты.       Кейя подходит к кровати также медленно, все еще скрытый от ее глаз пеленой ночи. Свет луны, пробивающийся сквозь занавески, выхватывает лишь маленькие детали: глаз бога, сверкнувший на узких бедрах, талия, обхваченная кожаными ремнями, синяя прядь волос.       Все это сон, долгожданный трепетный сон наяву. Он гладит ее по щеке длинными пальцами, и она тянется за прикосновением, блаженно прикрывая глаза. Он здесь, с ней, снова, как же сложно в это поверить.       - Кейя..       - Шш..       Он на секунду прижимает указательный палец к ее губам, а затем касается их поцелуем, нежным, но уверенным, сладким, дерзким, пьянящим сильнее вина, привкус которого она чувствует, едва касаясь его языка своим. Тихий стон Лизы растворяется в ночи, когда он бережно обхватывает ее талию и опускает на кровать, нависая сверху. Она откидывает голову, позволяя припасть к своей шее губами, и ощущает, как в нем просыпается то, что обычно скрыто от людских глаз. Здесь, в постели, он точно такой, каким Лиза всегда его представляла. И такой он только для нее, его хриплое дыхание и жадные поцелуи принадлежат только ей одной.       Еле слышно щелкает пряжка ремня, и Лиза больно закусывает губу, чтобы не умолять его поторопиться.       Он стягивает лямку сорочки с ее плеча зубами и спускается поцелуями ниже, судорожные выдохи становятся все глубже и горячее.       - Пожалуйста, Кейя..       Он глухо рычит и кусает ее в ключицу, переходя, наконец, к самому главному. Воздух комнаты заполняется стонами, которые оба не в силах уже сдержать, пошло скрипят пружины в матрасе, ногти впиваются в плечи. Лиза растворяется в ощущениях, желая только, чтобы этот восхитительный сон никогда не заканчивался.       Он покидает комнату также тихо, как вошел, напоследок бросая взгляд на Лизу, уже утонувшую в объятиях Морфея. Изможденную и счастливую. Щелкает ручка двери, и Арех стягивает с головы синий парик, устало откидываясь на спинку дивана.       Однажды она наиграется. Однажды, может, поймет, почему он на все это соглашается, а пока..       Он допивает залпом оставшееся вино и снимает с себя, наконец, ненавистный костюм.       Пока что это единственный способ сделать счастливыми всех.