Романтичность как талант

«Представь самые худшие последствия, которые может повлечь твой поступок, заранее смирись с ними и действуй!» Д. Карнеги

      Чиркая простым карандашом в новеньком журнале с кроссвордами, Чонгук лениво покручивался в кресле и грыз леденец. Хитрая рожа, Ким Сокджин взял его на «слабо» и вручил одну из своих книжонок от любимого издания вместе с огрызком карандаша, на котором когда-то была наклейка с мультяшными феями. Обезоруживающим аргументом выступило излюбленное и всегда присутствующее: ты что, хёна не любишь или порнушку смотришь, что так занят? И пошлое поигрывание бровями. Ну конечно, а как ещё вынудить упрямого тонсена решить дьявольскую головоломку? Почему-то этот странный альфа считает, что Чонгук умнее него.       «Неописуемо талантливый и смышлёный», как выражается Джин, подлизываясь, омега вздыхает почти обречённо, покусывая и без него погрызенный несчастный карандашик. Бросил бы маяться ерундой и спрятался за очередным детективом с элементами триллера и фэнтези, да предусмотрительный Ким стащил книжку.       Телефон призывно дрогнул вибрацией от нового сообщения. Идея вбить в поисковик и отделаться от настырного коллеги такая притягательная, соблазнительная и почти настолько же настойчивая, но… Нет, Чонгук-и честный и хороший мальчик, он не посмеет сдаться так просто. Всё было бы куда проще, будь вопросы на родном, милом сердцу корейском, а не… Боже правый, сам Нечистый придумал английский! Чонгук искренне не понимает, для чего Джин усложняет жизнь себе, а заодно и окружающим. Он что, решил расширить таким образом свои знания? Но… Ох, это какой-то бесконечный круг.       Сегодня один из тех тихих, приятных летних дней, когда находиться в здании — сплошное удовольствие, настоящий рай. Во дворце бракосочетания открыты все окна, обе створки дверей парадного входа, высоченные и достаточно толстые, распахнуты настежь: одна подпёрта кирпичом, вторая привязана к маленькому гвоздику, обнаруженному с утра охранником. Сидя в глубине огромного, всегда празднично украшенного и чистого зала, Чонгук наслаждается тёплыми нежными поцелуями ветра, разбавляющего холод здания.       Этот день у них практически свободный. Запланировано всего две свадьбы, и первая прошла утром, а вторая будет только в пять вечера, да и Чонгук там не принимает почти никакого участия, так что относительно расслабляется. Его дело записывать желающих, курировать их по датам и пакету документов, зачитывать некоторые правила, церемонию проводят Сокджин и ещё одна бета, которая сейчас на больничном.       Вслух произнося вопрос по слогам, Чонгук пытается вычленить знакомые части слов и отдалённо понять смысл. Шумная возня, разноголосые переругивания и смешки небольшой кучки людей на ступеньках совсем спутали все мысли. Омега нервно отпихнул от себя журнал, со стуком бацкнул сверху карандаш и одним движением умудрился почесать нос, глаз и пригладить волосы, растягивая на лице приветственную вежливую улыбку. Анализируя свои действия позже, он сравнивает их с выступлениями клоунов в цирке, однако это часть его работы — улыбаться и быть учтивым, максимально приятным, до тошноты иногда. На таких, как он, нередко пялятся с неприязнью. В ЗАГСе прослеживается весь путь человека, не только счастливые события, а быть в одном настроении с клиентами не всегда просто.       В двери разом протискиваются четыре человека. Чонгук сразу безошибочно определяет: альфа и омега посередине — женихи, ещё один альфа и бета — вероятно друзья. Каждый в компании со своим настроением. Омега, такой милый и воздушный в нежно-розовых брюках и белой рубашке, хмурый, даже капризный, недовольно цепляется за тощего альфу, не такого парадно одетого. В его наряде больше тёмных оттенков, а объёмная джинсовка поверх всего так вообще выбивается, максимально не соответсвуя погоде. Альфа одного роста со своей парой, но под взглядом и тяжестью обиды омеги, кажется, уменьшился и сжался.       С его стороны прыгающей походкой идёт высокий бета. При взгляде на него Чонгук захотел надвинуть на глаза солнцезащитные очки, чтобы не ослепнуть ненароком от яркости его эмоций, особенно улыбки. Зачесав кудрявые каштановые прядки и зафиксировав их тёмными большими очками, он, хихикая над парочкой, первым полетел к стойке регистрации и приёма заявлений. По четвёртому взгляд Чонгука прошёлся вскользь. Прежде чем уделить всё внимание паре, омега заметил игривую ухмылку и горящие, словно залитые янтарём, глаза и невероятно живую мимику. Альфа безостановочно отпускал какие-то полунеприличные шуточки, стоя чуть позади омеги и поверх его головы переглядываясь с бетой.       — Добрый день! — бета припечатался к стойке, своей позитивной энергией чуть не снеся Чонгука с кресла.       — Здравствуйте, — омега незаметно расправил плечи, скорее встал и оглядел всех присутствующих. Улыбка стала более натуральной.       — Вот эти двое, — шатен кивнул на пару так, словно делится по секрету. — Их срочно нужно поженить! Вы даже не представляете, — глаза молниеносно выцепили бейджик. Под таким напором Чонгук не успел ничегошеньки сообразить. — Чонгук, сложно вообразить, сколько всего хорошего сохранится в этом мире, если прямо сейчас удастся расписать этих оболтусов!       — Это, например, что? — скептически вверх поползла бровь альфы-жениха, успокаиваще поглаживающего руку омеги.       — Например, — бета сверкнул очередной широкой улыбкой. — Наши с Тэ нервы. Да вы сами будете благодарны.       — Постойте, — слушая их, Чонгук понял, что перед ним сейчас может развернуться ситуация пострашнее сокджиновых кросвордов на английском. — Я обязан сразу уточнить: оба жениха пришли сюда добровольно?       Альфа и его друг с разительно отличающимися выражениями лиц только открыли рты, чтобы что-то ответить, как их обоих оборвал омега. Резко выпутав свою миниатюрную ладонь из рук жениха, он, несмотря на образ очаровательного облачка сахарной ваты, одним злым взглядом заставил весельчака отступить подальше.       — Простите нас, пожалуйста, за этот балаган, — к Чонгуку он обратился совершенно другим. — Меня зовут Пак Чимин, а моего жениха Мин Юнги. И, конечно же, мы оба пришли в ЗАГС по своей воле. По-другому эти придурки меня бы сюда уж точно не затащили, — Чимин сверкнул уничтожающим взглядом по мужчинам за спиной и нежно улыбнулся сотруднику дворца бракосочетаний. — Мы можем по-быстрому расписаться прямо сейчас?       Чонгук кивнул и принялся со всей увлечённостью объяснять, что к чему и как, набрав Джину по рабочему телефону. Пара оказалась весьма приятной, правда, не без своих общих и отдельных насекомых в голове. Во время всего процесса регистрации Гук не мог отвлечься, чтобы убедиться, но отчётливо ощущал чужое внимание. Горячее и цепкое. Его внутренняя омежка оценила. О да, а как иначе, когда не вылезаешь с работы шесть дней в неделю, а весь выходной посвящаешь сну и еде и не контактируешь близко ни с кем, кроме всё того же Ким Сокджина, который сам прицепился?       Чонгук незаметно проморгался и повёл острым плечом, словно сбрасывая чей-то настойчивый взгляд, чтобы не отвлекал.       — Прелесть, а не найдётся ли пары десятков минут для ещё одной регистрации? — неизветный альфа привалился к стойке боком, разместив свой локоть поверх документов, которые заполнял омега, как только парочка почти молодожёнов уплыла вслед за Сокджином вместе с Хосоком, тем весёлым бетой.       — Могу записать на… — Чонгук под столешницей на пальцах пересчитал занятые месяцы. — На середину июля. Но вы должны явиться со своей второй половинкой и…       Оказывается, этот альфа занят. Что ж он тогда пялится на других омег? Очередной кобель?       — Она уже здесь, прелесть, — альфа обворожительно улыбнулся, а Чонгук не знает, куда деть глаза: его сейчас притягивает всё и сразу, но это так неприлично.       — Что? — Чон в растерянности вскинул голову, спешно осматривая зал на наличие ещё одного человека. Никого…       — Согласен ли ты разделить со мной все радости и горечь этой жизни, — альфа вдруг близко нагнулся, чуть щурясь. — Чон Чонгук?       Чонгук… Ну а что Чонгук? Он рот раскрыл: то ли сказать чего хотел, то ли настолько оказался в… Тут бы выразиться помягче, но слово «шок» явно не подходит. Мозг заорал тревогу, не переставая возмущаться: «Ч-чего-о-о?! Вы где головой так щедро приложились? Не на нашей ли лестнице?», но, будь оно неладно, глупое омежье сердечко затрепетало бабочками. Те явно не в животе. Их, наверное, настолько мало в Чонгуке, что бедняжки прятались за главным мотором организма, теперь вот подали признаки жизни и щекочут.       Прелестный омега захлопал большущими глазами, смотря на альфу так очаровательно-непонимающе, шевеля совершенно кукольными детскими губами, что по природе не ватное сердце более сильного по вторичному полу представителя заходило ходуном. Ну это же… На эту картину слов не подобрать, один восхищённый писк и «утютютю»-дайте потрогать!       Рука альфы, кажется, с недавних пор решила отделиться от центрального управления, потому что, пока хозяин тела любовался и умилялся невинностью и красотой омеги, она потянулась к аккуратному подбородку. Подушечки пальцев, совсем не касаясь, фантомно очертили дугу, но нежная кожа уловила это чувство. Альфа, неотрывно глядя улыбающимися хитрыми глазами, гипнотизируя своей доброй улыбкой, ласковым движением захлопнул Чонгуку рот, немного задержав большой палец на нижней губе (совершенно случайно он оказался там, альфа даже не трогал!), секунда и он отступил на шаг назад, пряча обе непослушные конечности за спину. У Чонгука в голове призрачные прикосновения, изящные пальцы и заглядывающий в каждый уголок души взгляд.       — Ну так что, Чонгук-и?.. — альфа склонил голову к плечу в попытке заглянуть в ещё растерянные, подёрнутые лёгкой дымкой глаза. — Ты согласен?       Уловив в словах некую твёрдость и даже настойчивость, Чонгук опёрся на них и наконец проморгался, безжалостно сбрасывая наваждение. Вот уж разбежался, главное, не споткнуться на пути к алтарю!       — Не знаю, как вас там, — Чонгук собрал весь боевой дух и пошёл в атаку, не дав альфе и слова воткнуть между своими. — Но это и не важно. Вы, конечно, ничего, но только внешне, а о вашем внутреннем мире могу вынести неутешительный диагноз. Такие предложения и теми же словами я получаю каждую неделю. Начинает раздражать. Это во-первых. Во-вторых, вы сюда пришли друзей поддержать или сотрудников кадрить? Тогда вы ужасный друг, сочувствую тем ребятам. Ну и в-третьих, всё это устарело и совершенно не оригинально.       — То есть, если мне удастся удивить тебя, ты согласишься, Чонгук-и? — альфа внешне почти не выглядел задетым, прицепился к последней фразе, будто бы в неё был заложен сакральный смысл. Возможно, Чонгук и надеялся, и подавал намёки, но, ебись-ка вежливость бутылкой, почему этот тип оказался таким проницательным?!       Но это всё метания и стенания внутренние, снаружи Чонгук медленно двинул густой бровью, мол, серьёзно? Ох, а ещё этот альфа ему постоянно тыкает и тыкает. Выкать ему в ответ становится проблематично. Он как будто подталкивает бульдозером омегу к такому большому шагу, как переход на «ты».       Но, признаться честно, улыбка у альфы неповторимая и зачаровывающая. Чонгук ведь омега, хоть и парень, он не железный и его ледяной скафандр довольно легко пробить при желании. У мужчины за стойкой этого желания немерено, что и пугает, и будоражит ожиданием чего-то… Чего-то.       — Попробуй, а я решу, — вот оно, его любимое дерзко-игривое состояние, наконец-то проснулось. Чонгук коротко улыбнулся и вновь стал словно камень.       У альфы в желудке разлеталось что-то посерьёзнее бабочек       — Это вызов, прелесть? — вновь наклонился непозволительно близко, перегнувшись через стойку. Вот шпала железнодорожная, чё такой высокий.       — Это милость с барского плеча, — передразнил омега, подавшись вперёд тоже. Не ожидав ответного напора, альфа немного растерялся. Чонгук проследил это по лицу и позабавился.       — Готовь свадебный костюм, Чонгук-и, Ким Тэхён никогда не бросал своих слов, — басистый шёпот обласкал слух омеги, а наглейшие губы успели звонко чмокнуть в щёку, тут же сменившую цвет и ставшую, словно светофор ночью. Тэхён счастливо и по-мальчишески широко улыбнулся, отстраняясь совсем. — И кстати, здесь будет «неповторимый», «unrepeatable».       Вездесущий палец сначала ткнул в журнал с клетчатым столбиком, затем щёлкнул по носу омегу и весь альфа исчез за дверью в зал бракосочетания.       Чонгук проводил его взглядом, без малейшего зазрения совести выжигая на спине, куда бы настырному пойти. Как только за Тэхёном закрылась дверь, а лёгкий сквозняк дошёл до омеги, он скрипнул зубами и схватился за свои щёки, яростно их натирая.       Ни слов, ни мыслей!

***

      Выхлопные газы, запах бензина и шум моторов от дороги в сегодняшней вечерней духоте вызывает тошноту. Чонгук делает очередную остановку, чтобы вытащить из рюкзака пол-литровую бутылку. Подняв её на уровень глаз, омега понял, что воды осталось на один глоток, а до дома ещё минимум сорок минут. Вызвать такси или ждать маршрутку не выглядит классной идеей, учитывая состояние уставшего организма, может только хуже стать. Что ж, изводить себя ему не впервóй, он слишком упрям иной раз.       Внутренне умирая и практически не смотря по сторонам, Чонгук, что не удивительно, вписался в кого-то, кто нёсся сквозь толпу против основного течения. Омега покачнулся и шлёпнулся задницей на асфальт, роняя и бутылку, и рюкзак.       — Ой-ой-ой! — испуганно затараторил второй пешеход.       Чонгук растерянно вскинул взлохмаченную голову, услышав женский голос с японским акцентом.       — Всё в порядке? — тихо осведомился он, разглядывая… Вот честно, если бы не голос, он подумал бы, что перед ним парень!       Девушка-косплеер поднялась первой, быстро осмотрела свой костюм, отряхнула ладони и кротко улыбнулась парню.       — Да, со мной всё хорошо, — она протянула Чонгуку руку, сильным рывком подняла на ноги и метнулась за его вещами. — А… Прости, пожалуйста, я очень невнимательная, прости! — и вдруг согнулась в традиционно японском поклоне, сцепив пальцы замком и зажмурившись.       Девушка ли, парень, а омеги все одинаковы. Если бы это был альфа, вряд ли бы вообще заметил. Скромная смешливая улыбка, словно взмахом волшебной палочки, появилась на уставшем лице Чонгука.       — Айщ, перестань, со мной порядок, — он дотронулся до плеча девушки, застывшей в согнутом положении. Поредевшая толпа обтекала их стороной. — Я рад, что мы оба не пострадали.       Омега выпрямилась, глазами, полными благодарности и радости смотря на Чонгука. Под таким пристальным взглядом он смутился: на скулах проступил чуть заметный нежный румянец.       — Кстати, очень крутой косплей. Прости, я давно не смотрел аниме. Что это за персонаж?       Японка просияла и защебетала скороговоркой, но омега уловил и запомнил основное, делая в уме пометку обязательно посмотреть это аниме. На прощание девушка впихнула ему какую-то визитку. Чонгуку удалось рассмотреть её только дома. Оказалось, адрес аниме-магазина. Возможно он заглянет туда на выходных.

***

«Счастье не находят, его создают.» Эльчин Сафарли

      Своё прошлое свободное воскресенье Чонгук упорно тратил на просмотр нового аниме-сериала. Последние серии досматривал в маршрутке по дороге на работу, в свободное время, отдыхая от книги, на листочке рисовал понравившихся героев, даже стряс с Сокджина три цветных карандаша. Получившиеся картинки потом прикарманил всё тот же Джин (вернее, Чонгук сам подарил), а в субботу, шарясь в карманах джинсов, чтобы не постирать что-то нужное, омега обнаружил ту карточку с названием, адресом и телефоном магазина и решил, что точно заглянет в него.       Фигурки, точные до малейшей детали, постеры различных размеров, наклейки, стикеры, значки, брелоки, кружки, повязки, куча всего другого и даже костюмы для косплея — глаза разбегаются от разнообразия! Яркое множество разных аниме и товары, посвящённые k-pop-музыке. Чонгук, как зашёл, сразу понял — зависнет здесь надолго и оставит в кассе половину зарплаты, если не всю.       Выбирая между значком с любимым персонажем и целой пачкой наклеек с ним же (всё же цена кусается, а до конца месяца надо на что-то питаться, добираться до работы и ещё много всего, на что трятятся «взрослые самостоятельные» люди вроде Чонгука), омега решил поискать что-то третье, заскользил внимательным взглядом по всему ассортименту мимо ответно-пристальных янтарных глаз. Показалось…       — Подсказать? — от стены рядом с дверью, ведущей на склад, плечом оттолкнулся продавец. Чонгука нехило перетряхнуло. Вот это голос, боже… Возможно ли словить двойной глюк? Наверное, это всё от пестрого разнообразия выбора и вообще то столкновение в ЗАГСе произвело на него впечатление, чего уж таить.       — Да, пожалуйста, — внезапно сдавленно вышло, горло заволокло плёнкой слюны. — Кх-кхм.       Поднять голову из вежливости было ошибкой. Можно ли быть под впечатлением настолько сильно, что спустя неделю?.. Не, нет, конечно же! А взгляды плавно сошлись, соприкасаясь: испуганно-изумлённый и сильный уверенный, таящий хитрую загадку вглубине зрачков. Как так-то?       Тэхён усмехнулся, что-то неприличное полыхнуло на секунду в медовой радужке, растекаясь и впитываясь чуть позже и в глазах Чонгука. Его последняя фраза показалась альфе забавной и весьма двусмысленной, а до омеги смысл добрался с опозданием.       — Какое аниме вас интересует? — продавец плавно качнулся к прилавку, прижавшись, кажется, вплотную. Он играется или Чонгук ошибся? Во всём сразу, надумал себе всякого, как обычно.       Решив лишний раз не открывать рот, он пальцем пошевелил верхнее издание манги с новыми главами. Альфа понятливо кивнул и, как ни в чём не бывало, принялся проводить клиенту обзорную экскурсию по товарам. В магазине только двое, за его пределами город погружается в сумрак, укутываемый тёмно-серой и синей ватой туч, пропитанных водой. А в помещении светло от лампочек и гирлянд, уютно и тепло.       Тэхён выставил перед своим особым покупателем то, что наверняка приглянулось парнишке больше всего. Пока омега мило дёргал носом и хмурил красивые брови, выбирая что-то одно, альфа с ласковой улыбкой еле заставил себя оторвать от него взгляд. Он видел в глазах Чонгука желание сбежать в первую минуту осознания и сомнения на протяжении этих пятнадцати, что они рядом. Сомнительная погода и далёкое сверкание молний были замечены краем глаза сразу же. Ну вот.       Тэхён пожевал сухую губу, задумавшись. Омега определённо точно не позволит подвезти его, но и пойти домой под ливнем мужчина ни за что не даст. Тот ещё и одет так по-летнему, а за пределами магазина развоевался ветер, гоняя мусор по опустевшим тротуарам, обрывая ветки и листья с деревьев, срывая рекламные щитки и сдирая объявления со столбов.       — Знаете, я бы рекомендовал вам кое-что ещё, — медленно ровно заговорил Тэхён, уже без шуток, возвращая внимание покупателю.       Чонгук посмотрела на него внимательно, дожидаясь продолжения. Серьёзный и одновременно умилительный.       — Вы смотрели работы Хаяо Миядзаки?       — Конечно, — омега ещё и кивнул. Боже, за его спиной не хватает только кошачьего хвостика, медленно покачивающегося от заинтересованности, серьёзно. Тэхён, прекрати увлекаться таким!       — Как насчёт зонтика с принтом из «Унесённые призраками» или…       Чонгук быстро оглянулся на стеклянные стены и охнул.       — Да, давайте любой.       Мысленно порадовавшись, что омега не стал упрямиться, альфа с особенной заботой пробил и упаковал выбранные сувениры, вручил парню зонт и, приняв оплату и пробив чек, резко перегнулся через прилавок ухватив за рукав футболки собиравшегося убежать омегу.       — Секундочку, постой здесь.       Чонгук удивлённо уставился на дверной проём, куда шмыгнул Тэхён. Тот появился тут же, обогнул прилавок и накинул на острые плечи младшего большую джинсовку, застегнув на верхнюю заклёпку, чтобы не сдуло сразу на выходе.       — До скорой встречи, Чонгук-и.       Под эффектом омега без возражений покинул магазин и лишь на улице под холодными крупными каплями, раскрывая зонтик, сумел скинуть часть наваждения.       Этот Ким Тэхён…       Сегодня он не пересёк черту, но будто бы стал чуть ближе. Всё это… Совпадение, не иначе.

***

      Ким Сокджин всегда добивался желаемого, при том затрачивая минимум собственных сил, если это, конечно, не касалось его карьеры. Тут альфа оставался категоричен и полагался исключительно на себя. В остальном же… Ну, вот например, Чонгук сейчас сидит на своеобразном балконе с видом на основной зал ресторана и от скуки соскребает с перил краску. Этот столик пришлось бронировать ему и искать, кстати говоря, тоже. Виноват глупый спор: Чон ставил на то, что пришедшая к ним парочка хочет подать на развод. Да кто ж мог знать, что они, наоборот, решили узаконить свой союз с такими нервными мрачными выражениями, ещё и ссорились постоянно. Но Сокджин занял противоположную позицию и оказался прав. Парочка под конец расцвела и засияла, будто и не срались, и не они со скорбными лицами стояли всю церемонию.       Как итог, Чонгук устал ждать альфу. Сам выдвинул требование и опаздывает.       — Ты такой смешной, когда дуешь губы, — сначала, конечно же, подкол, потом уже Джин, изящнее любой омеги упавший на стул. Одновременно с этим на стол хлопнулся маленький букетик. — На такую мордашку любой альфа клюнет. И почему ты до сих пор один.       Ким вздохнул, будто бы переживает за личную жизнь друга, словно за свою. Оба на самом деле знают, что с их работой сложно найти подходящего человека. И виноват даже не факт работы, а собственные предпочтения и внутренний настрой, формирующийся при этом. Нет настолько идеальных людей, с которыми не захотелось бы подать на развод, скандалить у алтаря и так далее.       — Не знал, что у нас свидание, — Чонгук с усмешкой скосил глаза на цветы. — Приоделся бы.       Сокджин шутку оценил, захихикав и вместе со странными звуками булькающих смешков попытавшись объяснить ситуацию. После щипка за руку от омеги пришлось успокоиться.       — Говорю, шёл через набережную, а там свадьба. Я, как мог, прижимался к другому краю и бежал почти бегом, а вот это, — альфа со смешным выражнием возмущения на лице ткнул пальцем в обёртку букета, сморщившись, — всё равно досталось мне! Нет, ну ты прикинь!       Сокджин надул пухлые губы, размахивая руками, чтобы в полной мере выразить недовольство, зло и одновременно со смехом прожигая хохочущего друга.       — Чур я буду проводить церемонию на твоей свадьбе! — весело издевается омега, вытащив маленькую маргаритку и ощипывая с неё лепестки.       — Щас прям, разбежался, — хмыкнул Джин, разворачивая меню. — Мелкий ещё слишком для такого, вот через годик-два наберёшься опыта и тогда будем поочереди.       — А ты подождёшь годик-два? — прищурился Чонгук, продолжая подначивать.       — Я сейчас найду специально для тебя молодожёнов и поставлю так, что чёртов букет тебе в зубы прилетит, Чонгук-а, — проворчал Сокджин, сверкнув испепеляющим взглядом. Вот только угроза рассмешила омегу ещё больше. — Господи, что за дитё.       Пока альфа фейспалмил и закатывал глаза, наигранно вздыхая о том, что он не так воспитывал неблагодарную мелочь, Чонгук успокоился и даже выбрал, что бы он хотел закинуть в пустой желудок. Желание смести всё из меню, конечно, барабанило по черепной коробке, но он игнорировал его. Зачем лишние затраты, если можно потом дома приготовить?       — Официант! — звонко заголосил Сокджин, прежде чем Чонгук успел что-либо сказать. Омегу аж дрожь пробрала от неожиданности.       — Тебе бы петь, можно даже без микрофона. Или ораторствовать где-нибудь на площади: «Арбузы, свежие, сочные, сахарные арбузы!», — съязвил он нарочито недовольно, показушно закатив глаза.       — Вот потому, что ты ведёшь себя со всеми, как сучка с недотрахом, к тебе и не подходят, — не остался в долгу друг, сверкнув милой улыбочкой.       Дальнейшие препирательства прервал поспешивший официант. Записав заказ, бета, на чьи мускулы Джин вдруг случайно загляделся, слушая ноты и тон соблазнительно-хрипловатого голоса, прервал мысли альфы, обращаясь больше к омеге:       — Не желаете попробовать блюдо от шефа? Сегодня на него скидка, а для парочек за счёт заведения, — и поиграл бровями так заговорщецки, что Сокджин, кажется, возбудился.       Чонгук же принимал самое тяжёлое решение в своей жизни: думал, осилит ли ещё что-то. В любом случае, голодный организм перевесил в положительную сторону.       — Да, давайте. Только… Мы не пара, так что…       Бета повеселевшей улыбкой прервал неловкое бормотание:       — Не беспокойтесь за это, — подмигнул Джину и словно в воздухе испарился подобно капелькам горячей воды.       Лёгкая ватная тишина задержалась над столиком всего на минуту. Убедившись, что официант ушёл на кухню, Джин… Завизжал, будто и не тридцатилетний мужик вовсе. Чонгук, хохоча, прикрыл уши.       — Ты это видел?! Он. Мне. Подмигнул! Он улыбался мне. Какая же у него шикарная улыбка! А-а-а, Гук-и, спасай, я влюбился в эти ямочки!!! — мечтательно верещал альфа, то прижимая руки к груди, то хватаясь за плечи Чонгука и тряся его.       — Ай-яй-яй, да видел я, видел! — омега со смехом отцепил кривые ручонки коллеги и принял более спокойный вид. Однако широченная улыбка и счастье в глазах за единственного друга так и рвались наружу. — Сейчас он подойдёт, хватай его и тащи в наш ЗАГС, я вам там всё устрою, — он весело подмигнул на вмиг посерьёзневшее выражение.       — Не так быстро, мелкий, я уже не в том возрасте, чтобы с разбегу окольцовывать.       — Ой, нашёлся старикан, — Чонгук на протест фыркнул и глубоко закатил глаза. Сокджин собрался возмутиться, но омега вдруг принял надлежащий вид, разом поправил осанку и одежду и глазами попытался что-то до Кима донести. Тот вылупился в ответ, но не сообразил.       — Ваш заказ.       Сокджин так и обомлел, чуть ли не со скрипом и кряком скосив глаз на подоспевшего бету. Какой же он… Ах какой! Джин снова заслушался голосом, перечисляющим блюда, не вникая.       — Блюдо от шефа будет через минуту, — оповестил бета, встав полубоком, от чего альфа успел прочитать имя на его бейджике.       Он весь изнутри так загорелся, засветился, что не заметил ни смешливого взгляда со стороны, ни тихого ухода.       — Эй, герой-любовник, отомри, — Чонгук щёлкнул пальцами перед глазами друга. — Ты чего засиял весь, уже успел мысленно подрочить?       — Фу, Гук-и, такими темпами тебя точно никто замуж не возьмёт, — скривился в ответ альфа.       — А я и не стремлюсь.       Чонгук принялся разбирать на запчасти целостный продукт, гоняя по тарелке нелюбимый зелёный лук. Из-за сложившейся ситуации, недавно бывших событий и слов хёна мысли ощутимо потяжелели. Ему не так уж много лет, но все знакомые сверстники давно обзавелись семьёй, некоторые детьми, а он мечтает о лучшем, совершенствует идеал в своей голове, лелеет неизвестно что и непонятно для кого и смотрит со стороны, как радуются люди, как стремятся создать новую ячейку общества. В глубине души, где-то в укромном уголочке сердца и он хочет семейного счастья со всеми бонусами и вытекающими.       — У вас аллергия на зелёный лук? — голос, касающийся потаённых ниточек души. Голос Ким Тэхёна прямо над ухом.       Да быть не может!       Чонгук застыл точно так же, как его друг минутами ранее.       — Не думаю, — наглый альфа не нуждается в ответе. Он будто бы знает всё наперёд. — Попробуйте всё вместе. Уверяю, вам понравится.       Соблазнительная улыбка, глаза, одновременно внушающие доверие и заманивающие вглубь, в чёрную воронку зрачков, касающихся расплавленного тёмного золота радужек. Тэхён двигает на стол ещё две тарелки, чуть касаясь белыми рукавами рабочей рубахи рук омеги, словно приобнимая. А Чонгук сейчас сосредоточен на его щекочущем дыхании на коротких волосах.       — Вы знакомы? — Сокджин бесцеремонно оборвал всё волшебство.       — Немного, — смущённо шепнул обычно бойкий Чонгук.       — Приятного аппетита, Чонгук-и, тебе обязательно понравится, — в свою очередь хрипло хихикнул альфа также тихо, только для омеги.       Его тепло, ветерок дыхания и запах растворились, перемешались с ароматом еды, уплыли от Чонгука, захотевшего вдруг схватиться и подольше насладиться.       Джин с подозрением разглядывал друга весь предшествующий вечер. В голове было язвительное «ну, а как же, не стремится он ни к чему». А Тэхён на кухне ослеплял Намджуна счастливым лицом.       Он упорный… И тратит лучшее на свою совершенно особенную цель.

***

      — Так, ну давай разберёмся. ЗАГС, аниме-магазин, тот ресторан, зоопарк, цирк, офис господина Канг, фестиваль косплееров… Стоп, а ты чего на фестивале забыл?       Сокджин загибал пальцы, усердно вспоминая все места, где его друг столкнулся с неким Ким Тэхёном. Перед ним на журнальном столике горячий чай, а на коленях миска с разварившейся лапшой.       Чонгук же вспоминал, как именно эти встречи происходили. Сначала Тэхён представился ему самонадеянным дураком, решившим позабавиться. Индюк расфуфыренный со своими причудами. В аниме-магазине была слишком умиротворяющая тихая атмосфера и альфа был загадочен подстать. В зоопарке он ходил с красивой лошадкой и катал детей и подростков по территории. Чонгук, конечно, давно не тинейджер, но его уговорили сладкими речами, притягивающими глазами, всем собой уговорил, чертяка соблазнительный. В цирк Гук поклялся больше никогда не ходить. Если ради него человек готов прыгать вместе со львом через огонь и ходить по острию гвоздей, лучше поберечь свою психику и здоровье того отчаянного. Но Тэхён улыбался спокойно и уверенно, глядя не куда-нибудь под ноги или перед собой. Ничего подобного! Он смотрел чётко в глаза омеги в самые опасные моменты. Как итог: Чон вынесся из зала быстрее, чем закончилась программа. Свою десятилетнюю племянницу, с которой и пришёл, он ждал снаружи. Офис господина Канга… Это, кстати говоря, отец мужа его сестры, и Чонгук помогал по родству и доброте душевной, а этот… это нечто принесло документы из какого-то там театра. Да ещё так искусно притворялся незнакомцами, разговаривал по-деловому, выглядел, чего уж греха таить, сногсшибательно в официальной одежде. Но потом, — конечно, а как без этого, — перехватил омегу у дверей под лестницей и оставил на прощание быстрый, но жгучий поцелуй в губы. Чонгук всё понять не мог, как позволял себя так тискать и крутить-вертеть во все стороны. Он же осознаёт, что его дурят по полной программе, но продолжает вестись, залипая на этого восхитительного мужчину.       — Да я… — Чонгук вернулся в реальность к насущным вопросам. — Пошёл поддержать сестру мужа моей сестры, она очень просила. А тут этот как, блять, из толпы выскочит. И снова игра в незнакомцев! Если честно, мне начинает надоедать.       — Гук-и, он либо маньяк, либо влюблён в тебя. А может всё вместе, — Джин хмыкнул, вылавливая лапшу. — Вот что ты думаешь на его счёт?       — Я… Ну я не знаю… Он меня притягивает и бесит одновременно. Я боюсь встретиться в следующий раз и так же сильно переживаю, что следующего раза не будет. Мне, наверное, нужно немного больше времени, чтобы решиться.       — Или тебе нужен ощутимый пинок, — Сокджин хлебнул кипятка из кружки и серьёзно посмотрел на мнущегося омегу. — Пообщавшись с тобой, я перестаю ощущать себя альфой, правда.       — А я тут при чём? — возмутился младший, вскинув лохматую голову.       — При том, что такие коварные идеи только омеги могут придумать, — мягко улыбнулся Джин. — Ты кушай, кушай, мелкий, тебе понадобятся все силы.       — Для чего? — Чонгук с подозрением посмотрел на друга, но свою миску взял.       — Для завовевания, конечно же! Я помогу, не переживай, ща только узнаем немного про этого недопокорителя и предугадаем следующий его шаг. Всё не так уж сложно.       — Хё-о-он, — у Чонгука засияли угольные глазки, он тут же полез обниматься через весь столик.

***

      Чтобы составить и продумать этот коварный план, Сокджин выложился на максимум. Например, нашёл друзей этого Ким Тэхёна, тех самых, которые приходили расписываться к ним. Через них обнаружился Ким Намджун — второй лучший друг альфы. Его адрес и номер Джин даже записал, самому пригодится. Из разговора с Пак Чимином, который про Тэхёна знает, кажется, абсолютно всё, стало ясно, что среда и четверг этой недели у альфы забит работой и у него не будет времени на Чонгука. Именно поэтому у омеги есть два дня на тщательную подготовку. По-дружески попросив Чимина и его мужа Юнги не трепаться об его визите, Сокджин по дороге домой сразу набрал другу. Их цель — драматический театр. Теперь, в общем-то, становится ясно, почему спектакль был таким качественным. Но в игру вступает и Чон Чонгук.       Сокджин вечером, планово навестив друга, очень удивляется, увидев уже подготовленное омегой. Чонгук же, открыв дверь, вернулся в ванную гладить последний элемент из ханбока*. Вообще у Джина были свои соображения насчёт «сюрприза», но Гук явно опередил его и свою идею посчитал лучшей из возможных.       — Расскажешь, что задумал?       — Не-а, — Чонгук с усердием разглаживал складки на шёлке. — Если расскажу, может не получиться.       — Ты так основательно готовишься, — Джин взглядом обвёл развешанные на плечиках уже готовые вещи, — что не может не получиться. Он же упадёт на месте и не доползёт до твоих ног, Гук-и. Твой этот Тэхён выглядит слабеньким на сердце. Разве не боишься, что его хватит инфаркт?       Сокджин продолжал стебаться весь вечер, помогая и понемногу догадываясь. Всё-таки Чонгук омега и способы у него свои. Радикальные и коварные, даже. Но изящные, что уж говорить. Если бы не Ким Намджун, запавший альфе в сердечко… Раз Чон свою проблему почти решил, подошло время заняться обустройством и своей личной жизни.

***

      Тэхён из-за кулис внимательно следил за актёрами-новичками на сцене, зашугивал их убийственно тяжёлым взглядом, а сам даже не реагировал на происходящее вокруг. Люди суетились, бегали, смешивали запахи в тошнотворную воронку, зачем-то закрыли окно, косо поглядывали на господина Кима, который застыл, словно демон, готовый превратить в пепел за мельчайший косяк. Мечтами Тэхён и в самом деле был не здесь. Из-за двух спектаклей подряд, выпавших на середину недели, он не мог отлучиться и узнать, как там поживает его прелестный мальчик, где сегодня он был и что планирует посетить. Конечно, ему рассказывали, но это всё не то. Он бы очень хотел увидеть Чонгука своими глазами. Может быть немного потрогать, совсем случайно коснуться пухловатых щёчек и мягких губ, придержать за плечо, ведь ляг рука на манящую талию и этот жест можно считать домогательством. Возможно Чонгук-и это не понравится.       Пустым взглядом наблюдая за ходом спектакля, Тэхён полчаса точно мечтает о хотя бы культурной невинной беседе с Чонгуком. Ну, может быть немного о том, чтобы подержаться за руки. И совсем чу-чуть о поцелуях. Но он абсолютно уверен, что омеге понравится всё, что бы ни предложил и придумал Тэхён. Ему бы знать, что дали зелёный свет, не переставал бы приятно удивлять и радовать каждую минуту их совместной жизни.       Но всё это в тайных сокровенных мыслях, а пьеса заканчивается. Вот и последнее явление четвёртого акта. Зал ожидаемо взрывается грохотом хлопков и криков. В чём Тэхён не сомневался никогда — в своём умении донести и научить.       Молодые актёры, счастливые и гордые за свой успех, поблагодарив и поклонившись, потекли за кулисы к гримёркам и раздевалкам. Один из последних юношей выбился из потока и, переминаясь и кусая внутреннюю сторону щеки, всё же встал перед Тэхёном, что-то перебирая в руках.       — Господин Ким, там, эм. Из зала передали… Попросили вам отдать… Вот, в общем.       Мальчишка впихнул в руки тормозящего Тэхёна мягкую игрушку и убежал вслед за остальными. Мужчина проводил растерянным взглядом того и поднял подарок на уровень глаз. Это… Кто вообще? Эм, что за медведь странный? Где-то он его уже видел, в каком-то аниме. Юнги тащится по похожему, но то кумамон, а это чё такое? Половинчатый какой-то, типа добро и зло в одном? Или он притворяется милым и невинным, а на деле… Или наоборот?.. Чёрт возьми, кто так пошутил?!       Тэхён пощупал тельце игрушки и чуть не подпрыгнул, до предела вытаращив глаза на медведя, заговорившего… Голосом, мать его, Чон Чонгука! Это какой-то пранк, сто процентов.       Штуковина договорила, а Ким ни слова не уловил, пялясь на игрушку. Стоит один за занавесом в полутьме и жмякает, крутит-вертит предмет, рассматривая, не в силах поверить. Жмёт ещё раз, только сейчас нащупав пальцами слегка выделяющийся из шва рубец.       — Монокума* — милашка, правда ведь? — игривый лёгкий голос, похожий на апрельский ветер, тёплый и ласковый, но пока немного держащий дистанцию с летом. — Я подумал, тебе он понравится. Как и… Хм-м, ох, это же тайна, — и чуть приглушённый смешок.        Взялся дразнить альфу? Маленькая сучка.        Тэхён на крыльях воодушевления летит в свою гримёрку-кабинет, прижимая стрёмного, но совершенно ценного монокума к сердцу. Это точно разрешение! Да он теперь мир перевернёт, вытряхнет всю грязь и оставит только лучшее для своего мальчика. Создаст собственную вселенную, где будет живой свет, исходящий от солнца по имени Чонгук.       С нерассчитанной силой толкая дверь, Тэхён решает, с чего лучше начать: встретиться лично или узнать номер омеги.       — Бог мой, да за что же так пугать?!       Искренне напуганный визг бахнул по мозгам альфы, будто на голову нацепили кастрюлю и ударили по ней молотком. Тэхён завис одной ногой в кабинете, другой в коридоре, с немного пугающей своей радостью лыбой и расширившимися от внезапности глазами. Взрослый мужик рефлекторно прижимает игрушку со всей силы, будто её сейчас отберут. С лица ещё не сошло нетерпеливое лёгкое счастье, глаза напуганные, а сердце заполошно забилось, ведь…       — Приветики, — смущение и игривость, взмах ладонью, как делают дети, здороваясь с близкими.       Вглубине его кабинета на трюмо, выровняв осанку, скрестив лодыжки, восседает самое настоящее чудо. Тэхён с первого взгляда оценил шелковый ханбок: чёрный искусно сочетается с деталями из серебра. Альфа жадно, глазами впитывая картину перед ним, смотрит и смотрит, не отрываясь. Кажется, забывает работать лёгкими — настолько впечатлён.       А у Чонгука лёгкая улыбка на губах, задетых малиновым бальзамом. Он старался изо всех сил и до последнего боялся, сомневался, колебался, шатаясь в голове от мысли к мысли. Но не смог бросить почти законченное дело. Тем более от его решительности зависело собственное счастье. Тут Чон уверен по максимуму. Особенно отойдя от испуга и наблюдая за поведением альфы. Растерянный и милый, что хочется уже поскорее затискать.       — Так и будешь порог топтать, господин Ким? — голову чуть вбок наклонил, ногами качнул, незаметно крепче цепляясь за столешницу трюмо похолодевшими пальцами.       Тэхён, шипя какие-то неслышные ругательства, наконец полностью зашёл в кабинет, прикрывая дверь на замок не глядя. Нет, он не набросится на омегу тут же, просто чтобы никто не мешал. Не отрываясь, смотрит в угольно-тёмные глаза младшего, подбирается ближе, опирается руками по бокам от Чонгука, лишь бы ещё немного сократить расстояние. Пальцы, почувствовав прохладу чужой кожи, сами скользнули навстречу, окутывая своим обжигающим теплом, которого хватит согреть обоих и больше, на целый свет достанет. Но только сейчас этот свет находится в тэхёновых руках. Его маленькая восхитительная Вселенная не вырывается, не дёргается. Выдаёт только розовый румянец, задевший щёки, которые Ким так мечтал потрогать, поцеловать.       — Ты так смотришь… — Чонгук скривил недовольную мордашку. У альфы сердце пропустило парочку ударов, затормозив ощутить это тепло и щемящее умиление. — Мне становится стрёмно. Ты точно не маньяк? Джин-хён предупреждал меня.       — Тот альфа — твой друг? — само вырвалось. Тэхён не планировал вспоминать, как позорно приревновал омегу к тому высокому красавчику, увидев впервые вместе. Да ещё и цветы на столе и эти их улыбочки.       — Если бы он был моим альфой, я бы не сидел сейчас здесь.       Действительно, Ким Тэхён, возьми себя в руки. Сделай вдох-выдох. А, нет, не делай, свихнёшься ещё больше!       — И правда, — кривовато усмехнулся Тэхён, не в силах оторвать взгляд, налюбоваться вблизи, надышаться. — Знаешь, Чонгук-и, я расскажу тебе всё, что бы тебя ни заинтересовало, отвечу абсолютно на любой вопрос, только… — он сглотнул, резко переходя на шёпот, пока голос совсем не сел. — Можно я?..       Вместо ответа горячие нежные губы, ощутимо неумелые, но такие желанные и долгожданные. Тэхён целовал их, словно ловил освежающий воздух. Чонгук ласковый, податливый, мягкий в первый поцелуй. Почти бездействует, наслаждаясь чувствами, что вновинку для него. Сейчас его сердце сродни вырвавшемуся из пепла фениксу. Омега робко выпутывает ладони из захвата, чтобы переплести пальцы, сжать чужие, впитать в себя эти чувства.       Тэхён успевает урвать ещё два поцелуя, более напористых с обеих сторон, и тянется взять ещё больше, но Чонгук внезапно наклоняет голову к плечу, что тёмная чёлка закрывает глаза, и хитро улыбается.       — Ты обещал ответы на вопросы, хён.       — «Бог мой» и «господин Ким» звучали лучше, — в шутку обиженно пробубнил альфа.       — Это всё подождёт, хён.       — Какой коварный, — усмехнулся Тэхён, снимая омегу с трюмо и обнимая наконец-то за тонкую талию, опоясанную серебрянной лентой. — Тогда приглашаю на свидание.       — Вот так сразу?       — Только что мы целовались. После этого тебя смущает приглашение на свидание?       — Н-нет, конечно же нет, просто я совсем не ожидал, что… что получится, и не настроился морально, и…       Милый лепет Тэхён заткнул звонкими поцелуями в обе щёчки и губы, надувшиеся бантиком.       — Постой здесь минутку.       Вернулся Ким в тёмно-синем ханбоке, не переставая светить улыбкой, подал Чонгуку руку и прижал ближе к своему боку, как только тот осмелился подойти.       Тэхён ведёт его через весь театр, игнорируя крики коллег о том, что неплохо было бы отметить и вообще конец недели. Но альфа будет отмечать по-своему и в особой компании. Каждый проведённый вместе день отметит.       — Так… Я не решился показаться в зале, но… Ты играл там, да? — всегда большие ясные глазки теперь смотрят на Тэхёна. И он не перестаёт лыбиться. Люди смотрят на пару в традиционных одеждах со смешанными чувствами.       — Пх-х, нет, — хмыкнул альфа, открывая дверь и пропуская младшего вперёд. — Я препод.       — Порно? — ляпнул Чонгук и тут же закраснелся, пряча взгляд.       Тэхён рассмеялся, потрепав омегу по волосам и прижав к себе покрепче.       — Лично тебе могу дать экслюзивный урок по этой дисциплине. А вообще я преподаю актёрское мастерство. Вчера и сегодня мои ученики впервые играли при таком огромном количестве зрителей.       — Я слышал, как им аплодировали, — и в его голосе столько гордости за тех ребят, за Тэхёна, что мужчине впору побеспокоиться, где купить клей, чтобы собрать треснувшее от частых улыбок лицо. Морщины появятся раньше времени…       — Это не только моя заслуга, но… Я был бы счастлив увидеть тебя в первом ряду.       — В следующий раз обязательно.       Они находят небольшой бар, работающий и в дневное время, сидят там несколько часов, за разговорами мелькнувшие шустрой птичкой и исчезнувшие бесследно. Отпускать друг друга категорически не хотелось — они и не думали об этом, забредая на неизвестные улочки, не замечая волн прохожих и караваны машин. Присутствие любимого долгожданного человека заменило им весь внешний мир.       В тот вечер ни Чонгук, ни Тэхён не ночевали дома, застряв на набережной под мягким светом фонарей и гирлянд.

***

      Полтора месяца живого общения, ночные разговоры по телефону до утра или пока омега не уснёт, убаюканный тихим низким голосом своего альфы. Свидания в самых неожиданных местах, не сходящие с лиц улыбки и перезвончатый смех, оставшийся отдельной пластинкой в голове, бессчетное количество поцелуев и Тэхён решается пригласить к себе. Не потому что боялся раньше. Чонгук ночевал у него несколько раз, когда совместное времяпрепровождение затягивалось до поздней ночи, а до квартиры Кима было не так далеко. В этот раз инициатором стал, как не удивительно, милый невинный Гук-и, внезапно позволивший своим шаловливым ручкам пересечь границу, состоящую из пояса тэхёновых штанов и трусов. Прямо в музее за скелетом мамонта. Лекция показалась ему скучной, а рядом, держа за руку, стоял его соблазнительный альфа, в любой одежде и обстановке выглядевшим невероятно сексуально. Чонгук до сих пор не сильно верил, что именно ему достался этот мужчина, смотревший на него каждый раз с трепетом и обожанием, старавшийся окружить максимальной заботой. И вот в один день он не выдержал. Игнорируя монотонный рассказ о каких-то камнях, повернулся корпусом к Тэхёну и прижался к его боку грудью и животом вплотную — пылинка не скользнёт между ними. Альфа на выходку хмыкнул, сдерживая довольную улыбку, и обнял одной рукой покрепче, скользнув ладонью по бедру. Не встретив препятствий, Чонгук нагло вторгся под кофту на животе, неотрывно наблюдая за реакцией на красивом лице. Изменений не произошло, и омега, слегка расстроенный неудачей, решил действовать более радикально — тёплые пальцы без зазрения совести пробрались в джинсы и боксеры, не останавливаясь, добрались до заветного и, пока мозг омеги не включился, сжали чужое достоинство. Вот тут и началось чонгуково веселье.       Тэхён округлившимися глазищами зыркнул вниз на довольное бесстыжее личико и дерзкую руку, вовремя прикусил губы, вытянув их тонкой полоской, чуть не замычав.       — Гук-и, свет жизни моей, что ты творишь? — прохрипел шёпотом, то жмурясь, то силясь нацепить маску спокойствия. Ладонь омеги тем временем обхватила член полностью.       — Тебе было скучно, мне тоже не интересно, я развлекаю нас, — милая улыбочка и невинные глазки, взмах густых ресничек и Тэхён готов сдаться.       — Милый мой, давай лекция закончится, мы поедем домой и ты продолжишь развлекать нас там. М?       — Это долго, — омега надул губки, заглядывая во тьму альфьих зрачков. Погладил и сжал возбуждение.       — Мне казалось, ты сама невинность, Гук-и, — полупростонал Тэхён, уводя свою наглёжь через ближайший выход по пустым коридорам. — Боялся осквернить тебя, а ты вон домагаешься меня в публичных местах!       — Тебе нравится то, что я начал, — пожал плечами Чонгук и хитренько покосился на альфу, произнося: — И моя девственность всё ещё при мне.       Тэхёна переклинило. Он несколько раз придавливал податливое тело к стенам музея, врываясь в тепло чужого рта языком, пока они добрались до выхода. Заведующий культурным зданием бета ещё долго стоял, качая головой, — он видел и внушительный бугор в паховой зоне альфы и как омега закатывал глаза, чуть не падая. Молодёжь нынче абсолютно не знает приличий и правил морали.       В памяти на следующий день останутся яркие вспышки особенного удовольствия, запомнится каждый мокрый хаотичный поцелуй, беспорядочное путешествие рук по телам друг друга. Стоны этого вечера застрянут на репите в головах обоих, вскипячивая и так горячую кровь до предела, до срыва внутренних тормозов.       Рассматривая побагровевшие укусы вдоль предплечья и смачный синяк на бедре, Чонгук невольно возбуждается вновь. Перед глазами снова встаёт тот момент, когда Тэхён опускался перед ним на колени, стягивая одежду. Кожа всё ещё ощущает крепкую хватку пальцев и зубы вперемешку с губами. То грубо, то нежно, то медленно, то на бешеной скорости — восхитительно в любом своём представлении.       Проснуться, потому что неудачно лёг на очередной кровоподтёк — пожалуй, единственный минус от первой настоящей близости с любимым альфой. Но Тэхён всё это не специально, Чонгук уверен и потому великодушно прощает. Но только в этот раз.       Омега переворачивается на живот, поближе подползая под руку Кима, и надолго замирает, любуется умиротворённым лицом. Самый красивый профиль, другого такого нет в мире. И Чонгуку льстит то, как на них смотрели прохожие и сотрудники музея вчера, когда они, не видя, сшибали зазевавшихся, собрали собой несколько урн и напоролись на указатель. У них всех сто процентов не было такого безбашенного секса, как был у него.       Чонгук мечтательно улыбается, самозабвенно укладывая волосы Тэхёна ровно, разглаживая складки на одеяле с его стороны. Вообще к нему в руки попал самый-самый из всех, вот честно.       — Уже можно называть тебя «папочка»?       И у этого «самого-самого» всего лишь несколько недостатков.       — Эм… В каком смысле?.. — Чонгук не удивлён, что его копошение и вошканье разбудили альфу, и немного застопорился, чувствуя, как перехватило дыхание от хрипящего после сна, но нежного голоса.       Тэхён на непонимающий взгляд нервно улыбнулся, забегал глазами, в которых ни капли раскаяния, только довольство.       — Ты же не… — омега сглотнул, до последнего надеясь на ошибочность своего вывода. — Ты же не хочешь сказать, что мы вчера не… предохранялись?       Но альфа всем своим видом доказывает обратное.       — Ну-у…       — Тэхё-о-он! Ну-ка объяснись! — Чонгук подскочил на кровати, неспециально сбросив с обоих одеяло. И вид голого мужчины его немного обуздал, заставил покраснеть.       — Вообще-то мы очень активно потратили половину моего запаса резинок. Посмотри за пределы кровати, если не веришь, — Тэхён в-тихую умиляется с доверчивости и стыдливости омеги. Теперь его долг — показать Чонгук-и все прелести жизни с альфой, особенно в постели.       Чонгук вытянул шею, распрямился в позвоночнике, осматривая комнату внимательно-уничтожающим взглядом. Под тумбочкой и у шкафа завязанные презервативы. Несколько штук. Он не считал, да и мало помнит, но столько раз он, наверное, мог вынести.       — Тогда к чему был вопрос? — вернулся обратно, поближе к тёплому телу, возвращая и одеяло.       — Понимаешь ли… Ты был потрясающе настойчив в самый первый раз, Гук-и, — Тэхён говорит максимально осторожно, что наводит на подозрения.       — И… Ты допустил сцепку, да?       — Как бы сказать… Я не очень хорошо помню, но, кажется, да, — альфа втянул голову в плечи, искоса следя за реакцией.       — Знаешь, Ким Тэхён, если мне вдруг аукнется это твоё «кажется», я выжму из тебя всё до последней капли. Не важно: крови, пота или спермы, — Чонгук замахнулся кулаками, всем телом наскакивая на своего парня.       — Очень устрашающе, Чонгук-и, — засмеялся Ким, без труда перехватывая тонкие запястья. — А теперь иди поближе к папочке, пока ты у него единственный малыш.       — Я ударю тебя.       — Если с любовью, то я согласен.       — Ну серьёзно, тебе сколько лет вообще?       — Бу-бу-бу.       — Агрх!       — Утю-тюшечка моя.       Тэхён слышит, как его внутренний альфа напару с разомлевшим сердцем требуют затискать это чудо, и бездумно подчиняется, дёргает на себя, заваливает к себе на грудь и сцепляет пальцы в замок на обнажённой пояснице. Они оба без одежды и ощущают друг друга максимально. Чонгук затихает в своих возмущениях, наслаждаясь пальцами Тэхёна, что затеяли путешествие сначала вдоль позвоночника вверх, затем тем же путём вниз и до ягодиц. Мужчина поглаживает второй рукой все участки, до которых может дотянуться, и почти проникает в мокрую теплоту, скользя по округлостям задницы.       Но звонок в дверь разрывает возбуждающую ожиданием тишину. Ким не отлипает, проникает и затягивает в поцелуй, лаская, пока трель не начала бить по ушам своей надоедливостью. Тэхён закатил глаза, не чувствуя никакого желания оставлять своего распалившегося омегу, но вот снова раздражающий звук и Чон с несдержанным разочарованным стоном увеличивает расстояние между ними. Мужчине приходится прерваться, но пальцы, запачканные в естественной смазке омеги, он показательно облизывает и, вытянув из шкафа за пояс торчавший халат, плетётся открывать. Чонгук же разваливается посреди кровати звездой, блаженно улыбаясь и дыша полной грудью, чтобы ещё больше ощутить запах альфы, хоть уже и пропах им весь.       Туман вожделения понемногу рассеивается, и он настораживается, услышав взрослые голоса женщин, но ничего не предпринимает. Тэхён же специально громко приветствует маму и тётю, что даёт Чонгуку понять, что пора прихорашиваться и вылезать из зоны комфорта. А у него мало того, что всё тело приятно тянет и побаливает, так ещё и следы от зубов их сына и племянника по всему телу. Реально по всему. Один укус даже на линии подбородка. Как замаскировать вот это?       Чонгук не отчаивается. В любом случае ему не так уж много дела до мнения родственников Тэхёна. Безусловно, он хотел бы, чтобы его приняли в эту семью, но если нет, омега не сильно расстроится, ведь у него по-прежнему будет сам Ким. Чтобы не привлекать слишком много внимания к пятнам на теле, Чонгук покопался в шкафу альфы и вытащил на дневной свет толстовку с воротником-вставкой, сделанным для эффекта, будто на человеке не только эта кофта, но ещё и водолазка. Сочетание своих джинсов с тэхёновой вещью парню очень понравилось, поэтому он, пригладив вихры тёмных волос, на цыпочках покинул спальню.       — О, Тэхён-и, а это что за милый юноша? — громко, как сирена, взвизгнула одна из женщина, как только Чонгук появился на пороге кухни. Что-то его начинают брать сомнения насчёт правильности этого решения.       Вторая женщина скользнула оценивающе-подозрительным взглядом, а Тэхён, услышав своего мальчика по шагам, обернулся с улыбкой, глазами подозвал к себе. Чонгук помялся с секунду, но пошёл. В ставших самыми родными руках мгновенно стало спокойно. Тэхён собственнически обнял за талию, расправил плечи.       — Мама, тётя, знакомьтесь, это Чон Чонгук, мой омега, не обижайте его.       — Ты давай не выделывайся, — подала голос тётушка, выдерживая суровое лицо. — Пусть мальчик сядет уже, а то ты его бедного затискал.       Чонгук поджал губы, чтобы не захихикать, госпожа Ким улыбнулась, а Тэ в ответ самодовольно усмехнулся и показушно прижал Гука покрепче.       — Не отпущу, так смотрите. Я вас знаю, замучаете его своими вопросами, напугаете, ещё сбежит от меня и не захочет связываться с нашей семьёй.       — Это ты сейчас напугаешь его, — хмыкнула тётя.       Тэхён по-детски надул губы, выдвинул свободной рукой стул и сел, утягивая за собой омегу, тот попытался сопротивляться, неприлично как-то и смущает, но Ким применил чуть больше силы и усадил на свои колени, окольцовывая руками соблазнительную талию. Чонгук в его одежде выглядит ещё мягче и нежнее.       — Каков упрямец, — фыркнула женщина.       Мама Тэхёна отсмеялась и с ласковой улыбкой принялась пить чай, в открытую любуясь счастливым сыном и милым парнем, который, думая, что никто не замечает, тыкает альфу под рёбра, точно мстит. Ким не реагирует первое время, но когда надоедает, щипает за попу — Чонгук становится смирным.       У них впереди целая жизнь. Возможно, в ближайшие месяцы они поженятся и, если решаться, то церемонию проведёт Ким Сокджин. Тэхён почти на все сто уверен, что его «кажется» совсем не кажется, и свадьбу надо организовать хоть прямо сейчас. Ему не терпится зацеловать парня в своих руках, укачать, чтобы уснул, накормить до отвала. Заботиться о нём — первая мысль, которая посетила его, когда увидел, услышал омегу. Тэ использовал все свои ресурсы и знакомства, чтобы исполнить своё обещание, данное Чонгуку в ЗАГСе. Гук ещё успеет выпытать из него подробности этой авантюры, но пока он смеётся вместе с его мамой и тётей, пьёт горячий зелёный чай и прижимается поближе, нежась в объятиях. Тэхён в нём с головой, для него душу, тело, сердце. И он уверен, это взаимно.