завтра утром я умру от любви

я хочу орать песни о неразделённой любви, потому что даже такой проблемы у меня нет, потому что всё это — бред, потому что мне мало лет. я не хочу уставать привторяться, я не хочу ни плакать, ни смеяться, я хочу упасть и не встать. я не хочу никому больше лгать. я запутался в ебаном лабиринте в своей же ебаной башке, я не стал популярным ебланом, «ещё рано!», пошли нахуй все! пиздострадать никогда не поздно, рано будет потом. рана будет потом, а пока у нас есть соль и лимон, пока у нас есть гитара, нелепые песенки о чем-то детском, и рваный голос, и нет вдохновения, нет ничего, что могло бы помочь, что могло бы найти все решения за меня нет ничего, чему бы можно было помочь, нет ничего. теперь ничего совсем нет. остались плакаты на стенах в напоминание о том, что когда-то у меня была личность, что когда-то я жил и ощущал этот мир, что когда-то всё было пиздато, когда-то всё точно было иначе. я проснусь завтра утром, посмотрю на всё это и вспомню, точно вспомню: я когда-то обожал музыку! я обожал её слушать и говорить другим о том, что я слушаю, я любил много групп, я любил быть собой, но кем я теперь смогу стать, когда этот чувак, что расклеил все эти плакаты и флаг, и старые фотки и вырезки из журналов и старых детских книг умер? я проснусь завтра утром, оденусь, чтобы всё было максимально незаметным и серым, я приду к нему на могилу, я живу совсем рядом с кладбищем, я скажу ему: «слушай сюда, милый, я тебя долго терпел, а ты слился как же мне неприятно, как же мне, блять, обидно!» я плюну на его фотку, я растопчу венки и цветки, он бы сказал мне «лучше бы это был ты». и правда лучше б я сдох. я проснусь завтра утром, потому что я снова никто, я проснусь, потому что мне больше никуда не надо, я больше ничего, совсем-совсем ничего не должен, я больше не личность, я проснусь оттого, что я больше не личность и снова засну, как будто мне всегда было мало одной небольшой любви.