сквозь стекло под голубым дождём

В нескольких сантиметрах от лица, мерцающая под лучами солнца частичка метана самовоспламеняется, задевая горячей искрой нос Чимина. Его монитор на запястье мигает фиолетовым и грубый механический голос объявляет, что осталось всего три такта. Он поднимает руку и вглядывается в датчик: температура 501°С, повышенная концентрация метана, ветер западный. Над головой грязно-сапфировые глыбы туч, нависают совсем низко, готовые вот-вот лопнуть, прорезаемые остротой дождя. Одинокие прохожие бегут мимо в поисках укрытия, чем наверное следовало бы заняться и ему, да только не хочется как-то. Он прожил на солнечной стороне планеты Спекул около 72 лет и до сих пор не нашёл причину, ради которой стоило бы спасаться. С этой стороны вечная жара, непрекращающийся день и смертельный дождь. Говорят, на той части планеты, куда солнце никогда не поворачивается, температура лишь в 200 градусов, там вечная ночь и нет опасности. Чимин не то, чтобы верит безоговорочно, но две из трёх характеристик очевидны. Перебраться на на ту сторону хочет наверное каждый житель солнечной части, мечтает, копит пекунии и лелеет надежду оказаться там в ближайшем будущем. Да только получить разрешение могут немногие, меньше десятка из сотен тысяч желающих. Плюсом ко всему не каждый может накопить необходимую сумму, только чтобы оплатить транспорт. Чимин даже не надеется. Та сторона для избранных. В этой части слишком опасно, слишком жарко, слишком бедно. Сотни людей погибают каждый день под ливнями, как пришпиленные мотыльки. Чимин знает не понаслышке, ведь работает в компании чистильщиков, которые соскребают ежедневно трупы с улиц урбема. Из этой помойки ему не выкарабкаться. Монитор извещает противным жужжанием о напрасно потраченном времени и оповещает, что остаётся лишь два такта. Чимин устало вздыхает и трёт глаза. Не то, чтобы он как смертник желал дождаться начала апокалипсиса, чтобы после его коллеги сгружали покромсанное тело в машину уборщиков, но и прятаться было негде. Конечно же он знает что виноват сам. Следовало остаться в офисе, раз задержался на такое длительное время, или вызвать службу довозки, ведь понимал, что вероятно не успеет добраться до дома. Но вот он тут, стоит посреди тротуара, под писк монитора и всё ещё не знает как быть. В нескольких километрах над головой, темные тучи гневно изрыгивают гром, пока что предупреждающе, но уже с угрозой. Монитор сигнализирует о оставшемся одном такте и тогда Чимин наконец замечает всё ещё не запертую кофейню. Он слышит громкий звон бьющегося стекла позади и обернувшись замечает горошинки сверкающих осколков. У него ведь нет выбора? Уже когда Чимин переступает порог заведения, тонны стеклянных осколков осыпаются на землю, словно своими острыми краями прорезали полотно тучи и посыпались праздничными конфетти. Один осколок успевает резануть его по плечу, прежде чем он закрывает позади себя дверь. В заведении тихо, пусто и навязчиво пахнет кофейными зёрнами. Шумоизоляция прекрасно отгораживает от звуков бьющегося стекла с той стороны дома. Чимин хмурится и придерживает рану рукой, замечая как капли крови падают на недавно вымытый пол. Персонал явно не будет доволен. Невооружённым глазом видно, что кофейня готова к закрытию: поднятые стулья, отсутствие дурацких музыкальных хитов, бренчащих из колонок и недостаток кассира за стойкой. Наверное вторгнуться было не очень приличным жестом, но вряд-ли работники окажутся столь безчувственными, чтобы выгнать его прочь. По крайней мере они точно не захотят свежего мяса на пороге, отпугивающего клиентов. Так что, Чимин решает где-нибудь разместиться и в знак благодарности, как минимум заказать десерт. Он только успевает опустить один из стульев и сесть, как из неприметной двери выскальзывает один из сотрудников. Мужчина замечает его сразу, хмурясь и поджимая губы. - Ты кто такой? - хрипит он тут же откашливаясь в кулак и заходит за стойку, вынимая кипящий чайник из прозрачного стекла. Его взгляд на секунду задерживается на продолжающей истекать кровью руке, но не более. - Прошу прощения. - тут же исправляется Чимин склоняя в знак уважения голову. - Дверь была не заперта, а это было единственное место где я мог переждать. - Это кровь. - кивает мужчина на его руку, но Чимин не может понять было это вопросом или просто утверждением. - Да, я успел в последний момент. - все же отвечает немного ссутулившись. - Дождь застал меня врасплох. Мужчина хмыкает и Чимин с ним вобщем согласен. Ложь. И довольно неубедительная. В их мире дождь никого не может застать врасплох, все знают примерное время осадков и каждый имеет предупреждающий монитор. Но кажется работник кофейни не против, раз не прогоняет его. Вместо этого он ставит перед ним чашку ароматного чая и какой-то черничный кекс. - Я планировал закрыться пораньше, но как видно не судьба. - Чимин уже готовиться сыпать очередную горсть извинений, как мужчина присаживается перед ним на корточки и отняв руку от середины плеча осматривает относительно глубокую царапину, принимаясь копошится в аптечке и обрабатывать рану. Чимин молчит, пока его бицепс не перетягивают плотно куском бинта и скромно улыбается, когда мужчина поднимает сосредоточенный взгляд, всматриваясь в молодое лицо. - Ещё есть? Чимин отрицательно мотает головой и мужчина встаёт, закидывая аптечку куда-то за прилавок, а после ставит вторую чашку, но уже с кофе, на стол и садится напротив. - Так, почему ты не дома? - задаёт он вопрос, после нескольких тактов молчания и шумных сербков. - Мог бы заказать службу довозки. - Не знаю. - пожимает он плечами, втягивая сквозь зубы воздух когда свежая рана протирается о ткань бинта. Ему нечего по сути добавить к этому, но собеседник очевидно не собирается ничего говорить, а сидеть в тишине под изучающим взглядом было бы слишком напряжённо. Чимин никогда не любил это некомфортное чувство. - Просто не вижу смысла в этом, наверное. Когда нибудь такой день всё равно настал бы, когда я не успел и остался под дождём. - Сколько тебе лет? - Мне 72, а тебе? - по виду можно и так сказать, что разница у них явно не больше тридцати лет, но услышать в ответ всего 83 не ожидает. С пола раздается фальцетный визг, а после мужчине на ногу запрыгивает белоснежный малыш люпус, тут же вытаращивая свои пуговичные глазки на незнакомца. Мужчина почесывает зверька над хвостиком и подсаживает упитанного малыша на стол. Люпус - зверёк размером с кулак с пушистой шерсткой и короткими передними лапками - повиливает маханьким хвостиком по металлу стола и взъерошивается. - Тоти, не смущай посетителя. - бубнит мужчина скрывая улыбку за чашкой. Чимин тоже не сдерживается и улыбается. - Так тебя зовут Тоти? - воркует он склоняясь ближе к поверхности стола и протягивая палец, чтобы почесать животное в животик, от чего оно, очевидно, в восторге, раз оглушающе визжит и плюхается на спину. - Ты ведь не должен был спускаться, Тоти. - ругает его хозяин, но не всерьез. - Вечно не слушает меня, прибегает когда вздумается. А если посетители тебя раздавят? Мужчина с наигранной обидой жалуется на зверька, а тот вновь визжит, абсолютно не убежденный. Чимин не может сдержаться и хихикает, закрываясь рукавом порванной рубашки и ловит в ответ лёгкую полуулыбку. - Может хочешь ещё чаю? - обращается теперь к нему выглядывая в окно. - Дождь будет долгим. - Конечно. - соглашается, сгребая в ладошки люпуса, получая очередной довольный визг. - Завтра чистильщикам будет не сладко. Столько стекла навалится, разгребать им эти горы и разгребать. Наверное филиалы по всему урбему на уши поднимут. Чимин только фыркает на это. Верно, завтра ему возиться придётся, собирая бригады и распределяя участки, но это завтра, а сегодня он может ненадолго забыть о вечном апокалипсисе. Возможно, он сможет даже после работы забежать в уютное кафе выпить чая и потискать люпуса, если конечно, владелец заведения не будет против. Но конечно же он не будет, ведь единственное чем он занят после закрытия, это просмотр новостной ленты и старых идеалистичных фильмов. Компания не всегда плохо, особенно новая, которая жаждет растратить накопленную за годы энергию куда-то помимо работы. Он принимает ещё одну чашку чая и улыбается так ярко, что глаза превращаются в складочки. Люпус с визгом забирается в его темно синие волосы, копошась там, и хотя он не имеет ничего против, мужчина все же снимает звереныша с его макушки и велит идти на место, на что неугомонный белоснежный комок взвизгивает и уносится под прилавок. Мужчина расслабляет плечи и прикрывает глаза, отсербывая кофе. - Я Чимин, кстати. - Юнги.