Her şeye rağmen

Прошло 2 недели. — Нет, Салих, разве такое возможно? — Ямач сделал глубокий вдох. — Как я могу бросить Чукур? — Рок-н-ролльщик, когда-то тебя выдернули из Парижа, чтобы ты воевал со мной. Сейчас, когда все так сложилось, оставь это мне. — Это не одно и то же. Я сам вывел всех на тропу войны. Я не имею права уйти. Я начал, я и закончу. — Значит, говоришь, что вернешься, потому что должен? — Салих, как обычно, видел больше, чем следовало. — Других причин нет? — Не надо, Салих, — попросил Ямач. — Это слишком сложно, сын моего отца. — Эх, а всего лишь нужно было вернуть золото Чагатаю. Не понимаю, что ты так в него вцепился. Когда-то пяти миллионов не пожалел для Азера, а тут… Ямач нахмурился собственным мыслям, но ответить не успел. Над ними засвистели пули. — Блядь, опять по твою душу! — заорал Салих. — Это которые по счету? — Потом пиздеть будешь, давай в лес! — скомандовал Ямач. *** Эфсун прислушивалась к ночному шуму деревьев. Полчаса назад она вернулась из аэропорта, посадив бабушку на самолет. Наконец ее оставили одну. «Два дня до нового года, что ты будешь делать в этом городе одна?» — спрашивала Макбуле. Что она могла ей ответить? Что будет ждать вестей от Омера? Эфсун прикрыла глаза, воскрешая в памяти разговор с Чагатаем два дня назад, когда он пригласил ее в ресторан, и, вручив ключ от сейфа, торжественно объявил о том, что решил их общую проблему. — Общую? — Эфсун не знала других общих проблем, помимо Ямача и Чукура. В горле пересохло, и она нервно сделала большой глоток вина. — Чукур? — Ямач. — Вот как? — Эфсун широко улыбнулась, надеясь, что голос не выдаст ее. — И что ты с ним сделал?.. То есть… что он сделал на этот раз? — А ты не слышала? Я думал, что этот парень постоянно крутится вокруг тебя. Эфсун усмехнулась: — К счастью, в последнее время я не слышала о нем, — эта фраза далась ей легче хотя бы потому, что была чистой правдой. Ну, а том, что в их последнюю встречу Кочовалы поцеловал ее, и после этого она всячески пыталась избегать его, как и он ее, Чагатаю знать не обязательно. — Видимо, он решил сосредоточиться на мне. Знаешь, я не встречал людей, так не желающих покоя. Он сделал буквально все, чтобы заявить, что не боится меня. А ведь я предлагал ему уйти в сторону. Но что уж об этом теперь… Как насчет салата-гриль? — Так я не поняла… А как проблема с Ямачем решилась? — Элементарно. Нет Ямача. И проблемы, соответственно, тоже нет. — Как нет? — Просто. Он умер. Эфсун дернулась, перевернув бокал с вином. Новость оглушила ее. Она смутно помнила, как добралась до уборной, но потом… Потом пришло четкое понимание того, что Ямач жив. Где-то, с кем-то, но жив. Эфсун не могла это объяснить, она просто чувствовала, что это так. И дала себе слово, что, если будет нужно, труп его увидит, но не поверит раньше времени. В тот же вечер, наскоро отбившись от Эрденета, она поехала домой, а по пути, послав к черту все, сама набрала Ямача. Однако он не отвечал. И вот прошло 2 дня. Новостей по-прежнему не было. От тяжелых дум отвлек звонок. Увидев имя абонента, Эфсун быстрее зашла в дом и приняла вызов. — Говори, Омер. Ты что-то узнал? — Да, госпожа. Сегодня Кочовалы затребовали экспертизу по телу. Мне не удалось увидеть документы своими глазами, район охраняется особенно усиленно, но то, в каком состоянии вышли мужчины Кочовалы, не оставляет сомнений… — Эфсун схватилась за стол, чтобы не рухнуть на пол. — Не может быть… — прошептала она. Режим автопилота, на котором держалось ее самообладание с того момента, как Чагатай объявил о том, что Ямач убит, дало сбой, и слезы покатились по лицу. "Не может быть". — Я считаю, что вам необходима охрана. Господин Чагатай уехал, вы всех рассчитали, а кто-то из Чукура может попытаться навредить вам. Если хотите, я приеду… — Эфсун даже ответить не могла. Тошнота подступила к горлу и, зажав рот рукой, она побежала в ванную. Спустя пару минут она вышла и подобрала телефон. Омер отключился, видимо, так и не дождавшись от нее ответа. Эфсун уже хотела перезвонить, чтобы отдать распоряжение продолжать следить за районом, когда дверь сотряслась от ударов. Так к ней ломился только один человек. Эфсун подбежала к двери и распахнула ее. «Живой», — в попытке принять эту невероятную, но радостную истину, она не могла вымолвить ни слова. — Что такое? Очень понравилось? — Ямач сам не понял, как улыбнулся, хотя еще минуту назад дышал через зубы, экономя каждый заряд, чтобы не упасть. Эфсун стремительно пришла в себя. — Хоть бы раз пришел нормально. Хоть бы раз позвонил и спросил, свободна ли я… — Ты свободна? Я тут ранен, — он помахал окровавленной рукой. Проходя в дом, Ямач в очередной раз подумал о том, был бы у него шанс, приползли он к ней не подстреленным, или хозяйка дома вновь указала бы ему на дверь. Пока Эфсун проверяла, не видел ли кто Ямача, тот зашел в гостиную. — Тебе нужно было идти в больницу, а не ко мне… — заметила она, входя в гостиную. — Нельзя. Официально я умер. — Слышала… — обронила Эфсун, помогая ему избавиться от пальто. — Вот как? Догадываюсь, от кого, — бормотал Ямач. — Я предупреждала тебя, — Эфсун помогла ему улечься на диван, не особо вдумываясь, что он бормочет, и отвечая машинально, просто для того, чтобы как можно дольше удерживать его в сознании. Разрезав на нем футболку получив доступ к его ране, она наклонилась над ним и несколько прядей скользнули по груди Ямача. Кочовалы закрыл глаза, втягивая воздух, и чувствуя, как легкие наполняются ароматом ее шампуня. «Приди в себя, еблан! Нашел время!» — Черт, слишком глубокая… — Эфсун отодвинулась, чтобы взять телефон, но завалилась прямо на Ямача, когда тот резко дёрнул ее на себя. — Куда?! — Тебе нужен врач, — несмотря на его ранение она с трудом смогла отдвинуться. — Иначе ты можешь умереть от потери крови. — А ты расстроишься? — сил оставалось все меньше, но задать этот вопрос Ямач почему-то счел жизненно необходимым. — Все еще говорит обо мне! — воскликнула Эфсун. — Я тебе объясняю, что нужен врач, идиот! Врач! Я не волшебница! Исчерпал весь лимит сил, Ямач слабо улыбнулся, выдохнув: — Я бы поспорил. Эфсун, взявшая телефон, повернулась к нему. Но Ямач уже лежал без сознания. В тот же вечер Эфсун вызвала врача, который провёл операцию. И на ближайшие дни она фактически переехала в гостиную. Ямач бредил, метался во сне, поэтому она не оставляла его одного дольше, чем на 5 минут. *** Проснувшись, он первым делом увидел ее. Она уснула за чтением на соседнем диване, подмяв под себя ноги. «Кто-то собирался держаться от нее подальше…» «Я пытался». «Ебал я такие попытки». Он не планировал ее будить. Просто смотрел, как она спит. Однако пропустил тот момент, когда тихо прошептал ее имя. Эфсун тут же открыла глаза и вскочила с дивана. — Ты… ты как? — Не сдох, к несчастью недругам. — Это не смешно. Ты нашел, куда прийти! А если бы тебе бабушка открыла? А если бы я не отпустила охрану? А если бы я уехала? Ты бы умер под моей дверью? — Ты чего больше не желаешь? Моей смерти под твоей дверью? Или моей смерти в принципе? — Идиот! А если бы пришел Чагатай? Куда бы мне тебя прятать пришлось? Ты два дня в бреду метался! Придурок! Ямач нахмурился. — Два дня… какое сегодня число? — Первое января… — Я провёл новый год здесь, — изумленно выдохнул он. — С тобой… Эфсун холодно произнесла: — Скорее я провела его с тобой. Ты же благополучно проспал его на моем диване, Ямач Кочо… — она осеклась, когда Ямач засмеялся, охая от боли в боку. — Что смешного? — Да я вспомнил… Как-то раз наш общий знакомый Чагатай сказал мне, что в России есть одно… как это… поверье. Что-то вроде «Как новый год встретишь, так его и проведешь», — закончив, он снова засмеялся. — И? — она скрестила руки на груди. — И если это так, — протянул Ямач, не разрывая зрительного контакта, — то мы в полном дерьме, госпожа Эфсун, — закончив, он подмигнул ей. Эфсун всплеснула руками и направилась в свою комнату. — Если ты уже можешь шутить, то я смело могу оставить тебя, — проворчала она. — Еще только в русские байки я не верила. Идиот! — Можно подумать я буду рад! — крикнул ей Ямач, приподнимаясь. Однако оставшись один, он болезненно скривился. Этот выпад отнял почти все его силы. Улегшись обратно, Ямач закрыл глаза, после чего обреченно выдохнул. — Тем более этот диван жутко неудобный! От автора. С новым годом, дорогие))) Я уже переживала, что не выложу, потому что не знаю, за какие грехи, но у меня дважды глючил комп, и мне приходилось писать полностью написанный бонус сначала вчера вечером и ночью. Но вроде бы Фортуна, запуганная моими матюками, решила не рисковать. Итааак… Если вы помните, цель моей работы была не в том, чтобы сделать ЭфЯм пышную свадьбу и ХЭ, а в том, чтобы описать мое вИдение того, что всегда вызывало много споров — были ли возможны ЭфЯм при живой Сене. Свой ответ я озвучила еще в описании и до этого момента старалась более менее органично, не выбиваясь из общей задумки Гены, показать решение этого уравнения при наличии еще одного, а точнее — одной неизвестной)) У наших с вами птенчиков были взлеты и падения, косяки и подвиги, однако именно так и строилась и дорога друг к другу. Пока я привела ЭфЯм к тому, что есть. К тому, что даже сознательно избегающие друг друга, они умудрились в НГ оказаться в одном месте. Ямач мог бы выбрать в качестве лекаря кого-то еще (чтобы у химика не было знакомого врача, ха!). Эфсун могла улететь, но осталась. И дальше уже спойлер на их дальнейшее развитие дает сам Чагатай)) А дальше я планирую взять паузу. Небольшую)) Мне нужно понять, что делать дальше. Пропустить вновь через себя характер Ямача, скорее всего, посмотреть укороченную версию Чукура и какие-нибудь нарезки (реальные, а не фан-творчество) по ЭфЯм. Ну, и в конце концов, хочется пережить праздники)) Поэтому я прошу меня не терять. Я вернусь, как только пойму, в каком направлении дальше двигаться)) Всем чмок в щечки)))