Затерянный в веках

— У Се! — Толстяк удерживал друга, пока тот рвался к обвалу. Крупные камни засыпали проход, разделяющий его и Цилина. — Я думаю, с Братцем всё будет хорошо. У Се, словно не слыша его, яростно вырывался из цепких рук Толстяка. — Слушай, — Панцзы пытался вразумить друга, — он выберется, верь в него. Человек, проживший на земле столько веков, никак не может погибнуть от какого-то ерундового обвала! Перестань паниковать! Толстяк с силой встряхнул У Се, видя, как его всегда рациональный и рассудительный друг впал в истерику. — Там ещё Цветочек и Очки в другой галерее застряли, тебе на них плевать?! Что с людьми любовь-то делает, — сокрушался Панцзы. У Се на мгновение застыл и в недоумении посмотрел на Толстяка. — Наивняш, думаешь я недалекий и глупый? — спросил Панцзы, видя растерянность на лице друга. — Думаешь, я, — продолжил он, улыбаясь, — не понял, что между вами происходит? У Се чуть отступил назад, вытер слезы рукавом куртки, и как можно спокойнее спросил: — Как давно ты знаешь? — А что я знаю? — Панцзы отмахнулся от него. — По вам видно, вон каждый раз краснеешь, когда Сяогэ на тебя смотрит, и взгляд отводишь, аки девица. Я тебя, — от ткнул пальцем У Се в лоб, — много лет знаю, как и Очки, и предполагаю, он тоже догадался. У Се поджал губы, отошёл и сел на землю. Ему показалось, что из него воздух вышел, как из воздушного шарика, и он устало опустил голову. — Всё так запутанно, — проговорил он, потом с несчастным видом посмотрел на друга. — Понимаешь, ко мне во сне приходят какие-то образы… Толстяк хихикнул: — Порнографические? У Се смутился, а затем глянул на веселящегося друга. — Иди ты нафиг! Возмутился он и бросил небольшой камешек в Панцзы, тот не успел увернуться, и камушек прилетел ему по ноге, но не больно. Толстяк лишь хихикнул. — Теперь понятно, чего ты так краснеешь, глядя на него. — Я же сказал — нет! — решил все отрицать У Се. Толстяк улыбнулся. Ему нужно было, чтобы друг отвлекся, и его истерика прошла. В спокойном состоянии он легко сообразит, что и как делать. — Ладно, с вашими отношениями разберётесь сами, а пока, как думаешь выбираться? У Се и правда немного успокоился, поэтому на вопрос ответил почти не задумываясь: — Пойдем вперёд по галерее, там должен быть путь в главный зал… — Ты думаешь, именно этот коридор — правильный? — у Панцзы загорелись глаза. — Я думаю, тут почти из каждого можно добраться до центра гробницы, если не попадешь в смертельную ловушку, — У Се и сам не сказал бы, откуда такой вывод — гробница была необычной. — Тогда, чего мы ждём? Вперёд! Я думаю, Сяогэ доберется туда первым, но мы должны опередить А Нин и ее людей! У Се кивнул, вставая и подбирая рюкзак. Луч фонарика осветил прямой коридор, который, на удивление, почти не был затронут недавней встряской, что подтверждало догадки У Се о причинах землетрясения — это сработала ловушка. Коридор сужался, почти незаметно поначалу. Толстяк все больше ворчал на «узость мышления» соорудившего его. У Се поначалу лишь посмеивался над ним, но вскоре и сам насторожился. — Тебе не кажется, что проход сужается не только впереди нас? — направив фонарик на уже пройденную часть пути, спросил У Се. — Черт, а правда, кажется, я скоро не помещусь тут! Они нас что, раздавить надумали?! — Толстяк со злостью стукнул стену и зашипел, потирая заболевшую руку. — Думаю, нам стоит поторопиться, — напряжённо выдохнул У Се, приложивший руку к полу рядом со стеной и почувствовавший, что та действительно двигается. — Наивняшка? — Панцзы посмотрел на него и, поняв все по взгляду, первым рванул по коридору, увлекая друга за собой. В дверь, которая закрывала выход из ловушки, которая медленно и неумолимо захлопывалась, они почти врезались. — Твою ж!!! Наивняш, найди, как ее открыть, скорее, пока мы не превратились в котлеты! — выругался Толстяк, который мог стоять в коридоре уже только боком. У Се лихорадочно осматривал дверь; как и всегда в подобные моменты, он мыслил ясно и быстро, ища способ выбраться. — «Две круглых лепёшки подносят к вратам каждый день. Одна — холодна, как лёд. Вторая — пышет жаром», — вслух прочел он древние иероглифы. Загадка на этот раз была предельно лёгкая, что и спасло им жизнь. Стоило У Се нажать на двери изображение Солнца и Луны, как дверь отодвинулась, впуская почти раздавленного Панцзы и только слегка помятого Наивняшку. — Уфф, выбрались! — Толстяк почти упал на пол, пытаясь отдышаться. — Теперь ты точно начнёшь худеть, — улыбнулся У Се, уже внимательно оглядывающий место, куда они попали. — Возможно, — Панцзы тоже не стал долго рассиживаться, только увидев, как что-то блеснуло в свете фонарика. — Ага, — тихое бормотание У Се, что-то делавшего в центре зала, прервалось вспышкой зажигалки. Маленький шарик, загоревшийся от огонька, проскользил по всему помещению и оба расхитителя замерли, оглядывал огромный зал. В центре него стояла статуя Цилина — огромный священный зверь, замерший свечкой, словно собирался затоптать кого-то. Панцзы даже поспешно убрался с траектории предполагаемого движения. По четырем сторонам стояли статуи поменьше — Черепаха со змеёй, Тигр, Огненная Птица и Дракон. Хранители сторон света, словно преклонялись перед Цилином. — Какая тонкая работа! — рассматривая статуи, восхитился У Се. Панцзы меж тем заметил, что дверь за ними закрылась. Впрочем, она была не единственной — по четырем сторонам видно было точно такие же двери. Пока У Се изучал статуи, Толстяк разглядывал изображения на дверях, сравнивая их. Когда он подошёл к третьей, то заметил, что она приглашающе приоткрыта. — Наивняш, я выход нашел! — обрадованный Толстяк протиснулся в проем, разглядывая коридор в свете фонарика. — Нет, стой! — У Се, по знакам на постаменте Цилиня, понявший суть этого помещения, рванул к другу, но не успел — дверь встала на место. — Черт, Толстяк! Вот вечно ты! У Се пытался найти способ открыть дверь, но прижавшись ухом к стене, удостоверился, что они и правда попали в лабиринт Ци Мэнь Дун Цзя. — Там, где была смерть, будет жизнь, а дверь, ведущая к жизни, станет смертью… — бормотал он, нажимая определенную последовательность на постаменте Цилиня. Дверь, в которую вошёл Панцзы открылась, и У Се рванул туда от волнения за друга забыв об осторожности. И тут же поплатился за это… *** — И где мы? — Цветочек с трудом открыл глаза и медленно поднялся на ноги, оглядываясь вокруг. В тусклом свете фонарика он обнаружил, что находится в галерее. Мрачные высокие стены, на которых были изображены члены, видимо, Пропавшей династии. Рисунки от времени потускнели, но были в довольно хорошем состоянии. Посередине овальной галереи располагалась колонна. Луч фонарика скользнул вверх и Второй глава замер, боясь лишний раз вдохнуть. По колонне вниз к нему с потолка, в котором зияла дыра, шипя ползли змеи. Судя по гребню на голове — Тигриные змеи. Очень опасные и ядовитые, и их тут было больше десятка. Если Хуа правильно помнил, они живут в тропиках. Откуда они тут, в застуженных горах Тибета? Шипя и извиваясь они сползали вниз, неотвратимо приближаясь к нему. Сяо Хуа медленно стал отступать назад. Осторожно вынул нож из ножен, что висел у него на ремне брюк. В этот момент кто-то резко схватил его за плечо и дернул назад. — Фонарик тут не поможет, господин, — услышал он насмешливый голос Слепца. — Это ты, — сморщился Сяо Хуа. — Я, — улыбнулся мужчина и, достав зажигалку, поджёг факел. — Кто в двадцать первом веке пользуется таким? Змеи, шипя, стали медленно отползать подальше от огня в темноту, ближе к колонне. — Вот скажи, — продолжил Очки таким тоном, как будто они находились на прогулке, а не в гробнице, кишащей змеями, — почему вы, господин, всегда в белом, это раздражает. И теперь вы весь грязный! Только посмотрите! — Обязательно сейчас это выяснять? — Сяо Хуа достал нож и бросил его в ближайшею змею, что уж сильно близко подползла к его ногам. — Попал! А ты не плохо метаешь ножи, теперь я спокоен за нас. — За нас? — Ну, да, — улыбнулся Слепец. — Мы провалились на ярус ниже из-за землетрясения, где сейчас У Се и другие, я без понятия. Нужно их найти. Или предпочитаешь общество змей? У тебя за спиной стена, — продолжил он, отгоняя тварей подальше от них, — там третий камень снизу — надави и откроется дверь. — Откуда ты это знаешь? — Пока ты в отключке лежал, я тут всё облазил, давай жми…. Не раздумывая, Цветочек схватил свой рюкзак, бросился к нужному камню, отсчитал нижние и надавил. Стена перед ним медленно отъехала вправо, открывая проход в длинный коридор. — Давай сюда, быстрее… Очки бросил факел, а сам побежал к двери. Как только они оказались в коридоре, дверь закрылась, но они ещё какое-то время слышали шипение с той стороны. — И где мы теперь? — спросил Сяо Хуа, фонарик в его руке тут же погас. — Черт! — он постучал по нему рукой, он снова загорелся. Слепец поправил очки и вытянул руку вперёд, ощупывая каменные стены узкого коридора. Сейчас он действительно напоминал слепого. Зрение Хэя оставалось загадкой для всех. Действительно ли он ничего не видел без очков, или же тут было что-то другое? Никто наверняка не знал. Неожиданно раздался шум, и Очки резко пригнулся, крикнув Сяо Хуа: — Берегись, ловушка!