Затерянный в веках

Цветочек поднял глаза. Его внимание привлекла статуя, находившаяся в центре озера, и наполовину затопленный алтарь перед ней. Судя по одежде, искусно изображенного в камне юноши — третий век. У него были тонкие черты лица, в руках он держал свитки. Волосы были распущенны, а у его ног по алтарю были рассыпаны каменные цветы. Никогда Сяо Хуа не видел ничего подобного. Изысканная и тонкая работа мастера. — Какой-то бог? — Слепец подошёл к Цветочку и встал рядом. — Не уверен, — протянул Второй глава. В чертах неизвестного бога или, что скорее всего, члена Пропавшей династии, угадывалось что-то знакомое, но Сяо Хуа не мог так сразу понять, на кого похож юноша. — Я проверил. Больше ничего нет. Вход, он же выход, через который мы пришли, — лениво протянул Очки. — Должен быть, — покачал головой Цветочек не отрывая глаз от статуи. — Не знаю, — Слепец покачал головой, — к ней, — он кивнул на статую, — нам тоже не добраться, только по воде, но тут глубина большая, и вода ледяная. — Может, это и есть выход, — Цветочек кивнул в сторону озера. — Предлагаешь вплавь до неё? — усмехнулся Слепец, — озеро, хоть и небольшое, но черт знает, что в нём водится. — А есть ещё варианты? — приподнял бровь мужчина. — Не-а, но, давай сначала перекусим, — предложил Хэй, — хочешь рис со свиными ребрышками? Он скинул рюкзак и, покопавшись в нём, достал два герметично закрытых контейнера с едой и палочки и протянул одну порцию Сяо Хуа, — Ваше Превосходительство? Цветочек что-то проговорил недовольно себе под нос, но взял контейнер из рук Слепца. — С тебя кстати деньги, — хитро улыбнулся Хэй, ловко работая палочками. Цветочек покачал головой и принялся есть свою порцию риса. — Когда вернёмся, я заплачу, — хмыкнул он. — Ой, да ладно, — Слепец похлопал Цветочка по плечу, — забей. Это мероприятие уже оплачено. Но, если захочешь, я принимаю любые виды оплаты. — Кто тебя сюда отправил? — холодно поинтересовался Хуа. — Всеми уважаемый господин, — усмехаясь, откликнулся Слепец. — Твоё участие в экспедиции обеспечил глава Чжан, — утвердительно произнес Цветочек и посмотрел на Очки. — Ага, — не стал отпираться Хэй, — он самый. Мне кажется в последнее время, что кроме противостояния с американцем есть что-то ещё. И это что-то более серьёзное, чем престарелый янки. Сяо Хуа хмыкнул. — Тебе не кажется, — Цветочек задумчиво смотрел на неподвижную гладь озера и статую в центре, — что тот, кто тут изображён в камне, похож на У Се? — Серьёзно? — хмыкнул Слепец и посмотрел в сторону каменного изваяния. — Ну, представь его в одежде третьего века, волосы подлиннее… — Жуть какая, — поморщился Слепец. — Я серьёзно. — Я тоже. Раздался еле слышный плеск. Хуа отложил палочки и недоеденную порцию риса в сторону. — В воде что-то или кто-то есть, — кивнул он Очкам, и они, осторожно поднявшись, подошли к воде. Плеск повторился. Совершенно зеркальная гладь пришла в движение. Внезапно звук стал более сильным, раздался гул. Оба мужчины поморщились от резкого звука. Они уже слышали его, когда шли по коридору сюда. Значит, это некий цикл, повторяющийся через определённые промежутки времени. Явно созданный искусственно. Иначе откуда взяться в подземном озере водяному торнадо? В центре озера вокруг статуи стал образовываться водоворот. Какая-то сила затягивала воду внутрь. — Бежим! — Хуа не раздумывая подхватил свои вещи и кинулся в воду. Проверять его теорию не было времени. — Второй глава, а вы уверены? — Крикнул ему Очки, хватая свои вещи и направляясь к воронке. — Это не то, чтобы хорошая идея, — его голос потонул в реве закручивающейся воды. Сяо Хуа был на девяносто девять процентов уверен в своём решении, но оставался ещё один процент. Через пару минут, как вода поглотила мужчин всё стихло. Озеро стало спокойным и ровным как зеркало. *** Некоторое время Наивняшка и Цилин шли молча. У Се перебирал в памяти каждый кадр увиденного в новом сне-воспоминании, а Сяогэ, иногда странно поглядывающий на него, думал о своем. Наивняшка вздохнул, коснулся затылка, тихо зашипев от боли — войдя в дверь-ловушку, он провалился в яму с жуками, неудачно ударившись затылком. Только сейчас он мог отделить то, что уже привычно пришло воспоминанием в то время, что он был без сознания, и видения, пришедшие под влиянием яда жуков. Цилин шел рядом, чуть впереди, готовый закрыть от любой опасности. Это становилось таким естественным — его присутствие, забота, тепло… У Се все чаще ловил себя на том, что тянется прикоснуться, хотя бы мимолетно. Сначала он сдерживал себя, стараясь хоть немного держать дистанцию, говоря себе, что во всем виноваты эти сны… Да, там, в видениях прошлого, они были не просто близки. От этих мыслей Наивняшке на миг стало жарко, и он надеялся, что Сяогэ не заметит его смущения во тьме прохода. Казалось, те У Се и Цилин из воспоминаний были связаны на каком-то ином уровне, наверное это и было то самое — связь душ, о которой говорил Первый глава. Кроме мыслей о них с Цилином, У Се волновался за друга — отсутствие Панцзы не то чтобы было так непривычно — в походах случалось, что они по какой-то причине разделялись, но вот тот факт, что та дверь в Цимэнь Дунцзя могла оказаться «Смертью», вызывало опасения. Размышляя об этом, Наивняшка не сразу заметил отблеск чего-то впереди. Сначала У Се показалось, что он видит луч фонарика, и он ускорил шаг: — Панцзы? — позвал он. Цилин тоже ускорился, после — придержал У Се. — Это вода. Наивняшка и сам понял свою ошибку — путь им преграждал небольшой ручей, а вот за ним был обрыв. У Се подошел ближе, не понимая, что ему кажется странным, и тут на новом шаге вместо надежной поверхности оказалась пустота, и он с вскриком рухнул с обрыва. Адреналин скакнул, сердце зачастило, и Наивняшка зажмурился в ожидании болезненного (смертельного?) падения. Но внезапно его крепко обняли, прижимая к сильному телу и тормозя падение. Распахнув глаза, У Се увидел лицо Цилина совсем близко. — Сяогэ… Оглядевшись, Наивняшка понял, что тот спрыгнул в пропасть вслед за ним и, поймав, затормозил их падение своим мечом, просто воткнув его почти по рукоять в камень. — Осторожнее, — голос Чжана был тих, как и всегда, но отголоски эмоций еще слишком хорошо были слышны — он испугался за У Се. — Прости, я не заметил зеркальную иллюзию… — только сейчас расхититель понял, почему не видел края обрыва и почему не было звуков воды — специальная система зеркал при попадании на нее света создавала картину реки перед обрывом, на деле же разлом был куда ближе. — Держись, — попросил Цилин, все также без видимых усилий удерживая их обоих на одной руке, которой намертво держал рукоять меча. — Что ты?.. — У Се обезьянкой повис на нем, почувствовав, как Сяогэ подтягивается, а потом, рывком выдернув меч, прыгает вниз. Закричать У Се не успел, да и страх на этот раз был лишь в первый миг, как оказалось — рука Цилина, крепко прижимавшая к горячему телу, избавляла от страха в один миг. Приземление было мягким: Чжан невероятным прыжком оттолкнулся от стены примерно на высоте трех метров и мягко спружинил о каменную тропу, оказавшуюся внизу. Поставив У Се на землю, он не торопился отходить или отпускать его руку, словно считая пульс на запястье или просто давая себе минуту успокоиться и убедиться, что тот жив.