Культ тела

Тьма рассеялась. Она, обессиленная позором поражения и беспомощная, крепко скованная по рукам верёвками лежала молча, потухшим взглядом глядя в никуда. Её кожа в тусклом свете кажется розоватой. В затуманенной голове проносились неясные мысли, что расплетались, соединялись в какую-то бессмыслицу. Она извивалась всем телом, брыкалась, но внезапно выгнулась и затряслась в припадке, глаза закатились, из рта потекла струйка тёмной маслянистой жидкости...

***

Они смотрят с печалью, не в силах помочь. Смотрят, будто живые. Следят за её нелепой, угловатой, неестественной и неудобной походкой, от нескончаемых экспериментов, за попытками спрятаться от них. Но они повсюду: эти полуживые, но мертвые глаза с огромных картин, сверлят тяжёлым взглядом. Когда-нибудь раньше, ей было бы стыдно за ритмичные звуки заполняющие всё пространство как ядовитый газ от которой трещат виски. Слабость накатывала постепенно, заставляя придерживаться руками за стену. Она мало осознавала происходящее, вернее, совершенно не хотела осознавать. Девушка встала у подоконника, облокотилась, прислонившись лбом к мутному стеклу и чувствуя учащённое биение своего сердца, что гулким эхом отдавалось во всём теле. «Я знаю, что я отродье не достойное на глоток свежего воздуха, максимум что меня ждёт — страдания и ты удосужился их предоставить. Господи, просто убей меня». «Ну за что?» - девушка взглянула на руки с синюшными пятнами то тут, то там, совершенно прозрачны. Сжав кулаки, от бессилия ударив себя по ноге, она прошипела от боли, сквозь зубы, продолжая это делать в надежде на разрыв какой-то ужасно важной вены, внутреннее кровотечение. Немножко пострадать и внезапно угаснуть — никто не узнает. — Дорогая, чем ты занята? — так неожиданно, словно шторм, как взрыв. Альбедо крепко взял девушку за руку. Алхимик скривил губы, смотря на девушку сверху вниз. — Любимая, я знаю, что тебе тяжело, — он улыбнулся, прислонил губы ко лбу, приобнял за талию девушку, уводя в одну из комнат дома. Её начало трусить, по щекам потекли слёзы: ей было тошно от себя и от человека, находящегося рядом, чьи руки были настолько холодны, что прожигали насквозь её внутренности, того, кого она любила всем сердцем.

***

— Нет желаний перед проведением эксперимента, миледи? — Альбедо усмехнулся, рассматривая своё рабочее место: колбы, пробирки, длинные и тяжёлые верёвки на всякий случай. — Не-а, давайте уже, - девушка протянула алхимику руки, в надежде на что-то простенькое, что не оставит её позже в слезах с пронизывающей всё тело болью. — Даже так? Хорошо. - он хмыкнул, взял в руки верёвку, укладывая на кровать и привязывая её запястья к изголовью, в целях безопасности, конечно же. — Любимая, всё будет хорошо, если тебе будет плохо — сразу говори. — Альбедо наклонился и поцеловал девушку в ладонь. — Ты готова? - девушка кивнула, тот взял со стола колбу с янтарным порошком и распылил его над лицом миледи. Та выгнулась, непонятно осматривалась по сторонам. В мгновении зрачки её расширились, она тяжело задышала, начала взывать к алхимику, а тот наблюдал за ней, иногда кивая головой и записывая что-то в свой блокнот. — Подожди немножко. - он принялся за работу. *** Альбедо смотрел сверху вниз на своё творение, на жертву дергающуюся в агонии, чья кровь лужей щедро впитывалась в бельё: груди и живот её торчали выпукло, неестественно, нарочито.