круглосуточно.

время ночь. на часах около двух часов ночи, а тэхен сидит за стойкой в ожидании, видимо, чуда, ибо кто в начале мая собирается припереться в продуктовый магазин за хотя бы водичкой с лимоном среди ночи? правильно, таких слегка подшофе или студентов пока не наблюдается. так что тэхен без интереса листает мангу, быстро забывая про неё и переключаясь на веселые игры в телефоне. или он просто безнадежно пытается сам себя развлечь. кстати, от водички с лимоном он бы не отказался. тэхен обходит стойку и после тянется к бутылке, которую сразу же пробивает и оплачивает, чтобы потом не получить от юнги-хёна пиздюлей. он зевает, но это скорее от скуки, чем от желания поспать. а возможно, все вместе. несмотря на полное отсутствие какого либо желания, в тэхене просыпается голод. он оглядывается, а после машет рукой и уходит в кладовую. ставит небольшой чайник, умудряется пнуть пятилитровый полупустой баллон с водой, все также бесшумно выходя из своего убежища. на его удивление, в зале кто-то был. ким поерзал на месте, в ожидании пришедшего чуда (а он всегда верил в аффирмации). чудо показалось. из-за угла прямо на кассу вышел парень. высокий такой, в обычных чёрных штанах и огромном мешке-худи. тэхен залипает на немного опухших глазах, бледных губах и на небрежно собранных каштановых волосах. среди них виднеются белоснежные пряди, выбивающиеся из высокого полу-пучка. парень перед ним немного заторможенно моргнул и после начал выставлять на ленту свои товары, которые состоят из трёх банок энергетика, несколько пачек рамена и кофе в пакетиках. смесь опаснее некуда. — пакет нужен? — вежливо интересуется ким, когда на него устремляются карие глаза. юноша как-то беспомощно осматривает самого себя. и сокрушенно кивает. — да, пожалуйста. — тэхен кивает, зачёсывает светлые волосы назад и начинает пробивать товары, исподлобья наблюдая за его клиентом. того несколько шатает, когда он сгружает все продукты жизни для студентов в очень опасной концентрации кофеина, в пакет и торопливо достаёт из кармана сначала телефон, а потом выуживает карту. — готово к оплате. — тэхен указывает ему рукой на аппарат, пока не встречается с глазами с большими. тот смотрит несколько секунд и после спрашивает: — а вам как удобнее? тэхена это забавляет. он думает, что это парень такой же заёбанный, как и тэхен. может даже чуть больше. он ставит локти на дорожку, отвечая с легкой улыбкой: — давайте картой. — юноша кивает и прикидывает к терминалу карту, ловким движением убирая ту в карман большого худи. если быть предельно честным, то он похож на почти уснувшую черепашку. его глаза слипаются, а носом он почти падает на кассу. тэхен решается на очень отчаянный для его небольшого внутреннего интроверта, шаг. он наклоняется к парню, выдохнув. — с тобой все хорошо? ты выглядишь так, как будто сейчас упадёшь. тот лениво и очень натянуто улыбается: — да, я в полном поря…— договорит ему не даёт резкий чих. он прижимает руки к лицу и чихает ещё два раза, сокрушенно застонав. — будь здоров. — в ответ прилетает крохотное «спасибо», а после короткий шмыг. тэхен думает, как не пускать на ночной холод это создание ещё на подольше, как слышит щелчок чайника. — не хочешь поесть рамёна? — на него смотрят с лёгким испугом и огромным вопросом в глазах, но как только парень хочет отказать, его живот громко урчит. сконфуженный этой подставой, тот все-таки кивает. тэхен провожает его до стула в этой каморке, закрывает магазин, хватает с полки рамен, для виду гасит свет, чтобы спокойно так поесть. и думает, что пачку рамена юнги ему простит, раз тот возможно перестанет ныть об отсутствии личной жизни.

***

когда из каморки с приглушённым светом хлюпает рамен, тэхен чувствует себя спокойнее, потому что свой он уже доел, теперь дожидается своего спутника, не зная, куда деть глаза, каждый раз он все равно приклеивается на пухлые губы, которые горят алым из-за острого соуса (тэхен невольно думает о том, что поцеловать их прямо сейчас будет очень приятно). — я чонгук. — тэхен кивает ему и после улыбается. — тэхен. почему ты выглядишь так, как будто сейчас упадёшь? что тебя так измотало? чонгук неловко улыбается и после начинает немного неразборчиво говорить: — ну. на самом деле, я не спал три дня, чтобы подготовить себя к проекту, который буду защищать и ох, я не принимал душ уже два дня и не успеваю даже мыть посуду, у меня дома. точнее, в нашей съемной квартире с моим другом очень мощный кондиционер (да, жара стоит невозможная) и так вышло, что я немного простудился. поэтому хриплю. тэхен понимающе кивает и так получается, что они начинают разговаривать: о студенческой жизни, о друзьях и бесконечных подработках. тэхен резко заявил, что не любит апельсины, а чонгук в ответ сказал, что те очень вкусные и зря он так. когда прошло порядка сорока минут и чонгук был больше похож на заснувшего сидя человека, чем на обычного, который может донести себя и пакет до дома. поэтому, когда тэхён включает свет и немного щурится, открывает дверь, кидает взгляд на часы и выдыхает, понимая, что ещё два часа и он может быть свободен, он смотрит на дверь кладовой и толкает дверь. — слушай… чонгук свернулся калачиком на диване, мигом провалившись в сон. он скинул обувь и поджал под себя ступни в голубых носочках. тэхен замер в нерешительности и все-таки выдохнул облегчённо. он опускается перед чонгуком, заправив тому за ухо прядь волос. тот сопит, трет глаза рукой и только приоткрывает один глаз сонно. но бурчит что-то под нос да снова проваливается в сон. тэхен, чувствуя в себе непонятно откуда взявшуюся вселенскую заботу и ответственность, заставляет чонгука снять свой худи через голову, оставив его в тонкой футболке. чон чувствует тепло одеяла и поглаживания по голове. он продолжает спать крепко, а ким уходит в зал, плюхаясь на неудобный стул. вспоминает, что этого чонгука видел у себя в колледже. оставшиеся два часа тэхен проводит в мыслях о чонгуке: что тот любит ореховую пасту и апельсины, но не любит сами орехи. у него мягкие на вид волосы и по ощущениям такие же. тэхен не понимает, почему начинает так ярко улыбаться, когда приходит его сменщик хосок. — хён, будь тише! — с чего это? — застав спящего чонгука, свернувшегося под одеялком, полные недоумения зелёные глаза смотрят прямо на него. — просто, пожалуйста, шесть утра и я смертельно хочу спать. — проводи эту прелесть до дома, чего ты ждёшь? — услышав почти полную версию событий хосок верещит, чем и будит чонгука. тот извиняется лениво и кланяется, а потом и вовсе уводит за руку тэхена в утренний город. прямолинейность — его второе имя?

***

нет. второе имя чонгука это «хен, я хочу твою толстовку и тебя к себе в кровать, чтобы долго целоваться» тэхен ему не отказывает ни в одном из пунктов. и весь свой гардероб младшему предоставляет, в гости к себе играть в любимые чонгуком игры зовёт, целует долго-долго. и, возможно, благодарит юнги за очередную лень и просьбу выйти за него на смену. тэхен прячет голову в шее чона, когда тот мурчит довольно и на коленях его ёрзает. а потом прижимает его к себе тэхен за затылок и целует, не отпуская свой уютный домик в оверсайз худи. его парень — лучшее, что с ним случалось. чонгук запускает руки в его волосы и оттягивает, вздрагивая каждый раз, когда тэхен лезет под одежду, укладывая руки на тонкую талию, мягко поглаживая её своими картинными пальцами. призывно расставив ноги по бокам от тэхеновых бёдер и сладостно простонав ему в рот, чонгук достаточно замотивировал его, раз чувствует горячие руки на своих бёдрах и то, как сорвалось тэхеново дыхание, как губы прижались друг к другу сильнее и как пальцы стиснули светлые пряди чонгуковых волос. ради такого тэ можно и не сдерживаться. чонгук стонет, когда горячие губы сцепляются на его шее и засасывают кожу, как руки путешествуют на внутреннюю сторону бедер. тэхен подминает его под себя и раздвигает ноги шире. несколькими стонами за совместный вечер чонгук не отделывается.