knight's decision

Человечество всегда задирало нос. Все началось с простого неуместного слова прежнего короля людей, и вот уже война с эльфами длиться долгое столетие. Многих покинула идея победы над высшими существами, а кто-то отстаивал свои идеи до последнего выпитого бокала эля. Сегодняшний же король, Шлатт Непоколебимый, готов был растерзать любого эльфа при виде его заострённых ушей. Возможно, дело в его предках, каждый из них был великим воином или кровожадным искателем приключений и проблем. Но с самого детства юного принца учили приветствовать лишь свои принципы и нравоучения. Шлатт был не привередлив, делал всё в свою пользу, стараясь спасать королевство при любом неприятном и непринципиальном ему обстоятельстве. По тому то он и полюбился многим горожанам, селянам, и рыцарям, как, например, Клэю. Клэй не любил своё имя, потому прозвали его Дримом, из-за высказываний на тренировочных полигонах. Возможно его неприязни к имени были причины, возможно нет, никто не знал да и не старался выведать. Все прекрасно знают рыцаря Дрима за его любовь к стране, друзьям, отличные навыки и златые волосы, похожие на цвет пшеницы. А на ощупь солома. Король для Дрима был основным стимулом продолжать путь ежедневных избиений командором полигона и тренировок. Каждую речь короля Дрим заглатывал полностью, обдумывая каждое слово, каждый раз приписывая все хвалы рыцарей от Шлатта Непоколебимого себе. Таков уж нрав рыцаря, выросшего под крылом одного отца, которого видел лишь по ночам, если повезёт. Если нет, то отец может заметить Дрима днём, будучи зачастую пьяным. Но рыцарю было плевать, его основным желанием было исполнять долг своего выбора и следовать потаканиям короля. Таков уж рыцарь Дрим. Война следовала за человечеством чёрными полосами. Самые несчастные моменты появлялись именно из-за неё. Даже самые крепкие мужчины не могли держать слёз при виде ежедневных тренировок детей, не умеющих толком держать вилку пальцами. Маленькие мальчики падали в обморок от усталости, недоедания, и стресса. Многие не доживали. Многим было навязано с детства служить земле своей ради Господа нашего. Они умирали быстрее других. Шлатт Непоколебимый действительно был непоколебим. Видя страдания детей он понимал, насколько сильным и кровожадным вырастает следующее поколение, и тихо хихикал. «Конец гнусным ушастым», — говорил он про себя, смотря из окна дворца на дерущихся до крови подростков, которые не испытывают ничего кроме жажды крови за страну. Такое воспитание было Шлатту по душе. Но вот в один солнечный день пришёл посол. От Эльфов. «Король эльфов предлагает перемирие!», — кричал сквозь слёзы посол, выпрашивая конец этой жестокой столетней битвы. Никто и предположить не может, что дети посла находятся где-то в заточении за спиной короля людей, и как эльф думает о самоубийстве каждый день, мечтая увидеть дочерей на небесах. Шлатт согласился. Перемирие было выгодно обеим сторонам, правда этого перемирия эльфы добивалась уже не первый год, но только сейчас соглашение было подписано на листе папируса. Народы плакали от счастья, они уже были готовы простить друг другу все беды. Но не подростки, воспитанные новыми способами. Особенно Дрим. Считая, что всё возможное случилось именно из-за ушастых тварей, Дрим долго не мог поверить услышанному из уст его друга Сапнапа — дженази огня, который был его самым близким спутником не первый год. От Дрим последовал лишь нервный смешок и растерянный взгляд. Ему хотелось кричать, вопить, и бить мешки, набитые соломой, что он делал многочиленное количество раз, и это постепенно переходило в список его хобби. Он не мог поверить, что ЕГО король мог позволить себе подписать тот самый документ, обессмысливая все те года сражений и смертей. Но что Дрим мог сделать? Верно, потакать своему правителю и заткнуть рот. Он не особенный, он такой же как и все остальные рыцари, главная цель которых исполнять приказ. И потому Дрим уныло опустил голову под смешок Сапнапа. Четыре года как мир между двумя рассами был подписан. На улицах человеческого рынка многолюдно. Одни спешат на встречу, другие пытаются всунуть товар, еще одни разговаривают о фестивале. Фестивали стали неотъемлемой частью нового мира после уклада договора между эльфами и людьми. И очередное мероприятие должно было наступить совсем скоро, буквально через две недели. Дрим и его соратник стояли на алее с цветами, ожидая торговца, которого им необходимо сопроводить к соседнему городу. Такими мелкими заданиями Дрим зарабатывал себе на еду уже несколько лет, забыв про добрые деньки подготовок к битвам между эльфами и людьми. Но ностальгией денег не получишь, потому блондин предпочитает думать о будущем, нежели о прошлом. Его друг детства и рыцарь-соратник Панз уже давно свыкся с новыми правилами и традициям, даже начиная наслаждаться ними. Видимо кровожадное воспитание, которое давали рыцарям в те годы, не затронуло его так сильно как Дрима. Да и, вообщем-то, многим рыцарям полюбился новый миролюбивый и сладостный мир. Забавно, а ведь прошло всего четыре года. Дриму не удавалось понять, да он и не пытался, придерживаться своих принципов его ещё научили в детстве, на полигоне битвы. Торговец, конечно же, был не самым обычным. Не позовут же рыцарей сторожить какого-то мелкого продавца товаров. Торговец был не из этих земель, а из далёких северных стран удивительных и разных рас, которых человеческий глаз не видел ни разу. Он должен был показать королю свои находки на неизведанных землях, ведь король часто покупал различные бессмысленные безделушки в свою коллекцию, и готов был ради них пожертвовать большим количеством распитого бочкового вина. Когда торговец вышел из дома своего знакомого, они продолжили путь. Оставалось совсем малюсенькая часть пути, и Дрим вновь увидит силуэт огромного дворца. Перед замком была тропинка белого камня, укрытая мхом и редкими цветами лавандового цвета. Рыцарь вспоминал, как нарывал таких целый букет, и дарил самым симпатичным девочкам из ближайшего монастыря. И хоть им запрещалось общаться с людьми низшего общества, они все равно радостно встречали ещё мальчишку Дрима за огромным забором, который просовывал каждой из них по одному цветку, говорил комплименты, и сбегал под крик монашек, которые воспитывали юных дев. Сейчас же рыцарь не думает про женский пол как ранее, он до сих пор не видит себя как прелестного мужа или завидного любовника. Да, правда, Дрим по ночам бывал читал романические романы, по типу Ромео и Джульетта, которые дарили ему люди высшего общества, и бывало даже яростно завидовал одурманенным любовь юношам. Дело в том, что влюбиться Дриму было не так то и просто, абсолютно в каждом человеке он видел огромные минусы, которые не могут сделать их идеальными партнерами для блондина. У той нету харизмы, та не способна взрастить дитя, ещё одна не умеет всадить нитку в иглу. Потому ему остаётся лишь надеяться на будущее, забывая о юношеских романах, и вспоминая лишь с задорной улыбкой. Пройдя огромные врата и проверку других стражников, Панз повёл торговца к Шлатту, оставляя Дрима ожидать без дела. Панз, как ни как, не первый раз проводит торговцев в тронный зал короля, чему блондин с веснушками безмерно завидует. Ему тоже хотелось заполучить столько доверия короля, но ранее это проявлялось сильнее, но сейчас он не так сильно горел желанием, нежели прежде. Сидя на лавке за дверьми в тронный зал, Дрим то ковырял заусенцы, то поговаривал с другими стражниками, но внезапно Панз выглянул из-за двери, и позвал Дрима с серьезным взглядом в зал. Он никогда там прежде не был, и, откровенно говоря, с шатающимися от эйфории ногами, рыцарь вошёл в огромную комнату, за Панзом. Тронный зал был по истине королевским. Шесть огромных колон из белого мрамора стояли напротив друг друга, оставляя после себя тень от солнца. Окна были огромны, украшены вставками цветного стекла и различными рисунками. На них была написана история всего королевства, и продолжалась писать. Свет в зале был немного приглушен витражами на окнах, из-за них освещение ставало напоминать что-то магическое. Пред длинной ковровой дорожкой синего благородного цвета с золотой каймой стоял трон из того же белого мрамора, что и колонны, немного поблескивая на свету. На его разукрашенную узорами спину облокачивался сам король человечества Шлатт Непоколебимый, который уже не был таким непоколебимым как прежде, но всё ещё сохранял своё прозвище. На спине Шлатта была синяя мантия с мехом волка на воротнике, украшенная узорами из золотых нитей. Корона серебреного цвета с синими камнями блестела на солнце так, что хотелось жмуриться. Мужчина облокотился на свою ладонь, положил ногу на ногу, и взглядом осуждая вошедшего рыцаря. Дрим уважительно наклонился, произнося своё имя, и, немного трясясь, ожидал голос короля. -Тот самый Клэй, или, как тебя принято называть, Дрим. Можешь поднять свою голову, я хочу видеть твои эмоции, — с смешком сказал Шлатт, задорно наблюдая как Дрим, с нервными глазами поднимает взгляд на короля. -Я наслышан твоими действиями и покорной службе, таких редко найдёшь. И, раз ты попался под руку, я должен дать тебе ещё одно задание, королевски важное, если так можно выразиться. Недавно эльфы, в знак окончательного мира, прислали нам подарок. А именно лучшего, по их словам, лекаря их королевства, — Дрим непонимающе согнул бровь, смотря в глаза королю. Это его вредная привычка. То что им прислали лекаря было вполне оправдано. Медицина в человеческом мире без магии была просто отвратительной, чего говорить про кровопускание. Многие не доживали и до 30 в прошлые года, но во время мира некоторые эльфы начали показывать азы простой медицины без магии людям, но сразу же были изгнаны, так как эльфы даже после мира не очень хорошо воспринимаются человечеством. Так что иметь лекаря, способного исцелять с помощью магии, было подарком первостепенной важности, и Шлатт очень обрадовался такому событию. -За твою верную службу без единого замечания я поручаю тебе ежедневно навещать этого лекаря в его доме, внимательно следя и осматривая чем тот занимается. Нельзя доверять эльфам до конца, ты ведь меня понимаешь, не так ли? , — Шлатт улыбнулся, а Дрим лишь скривился. -Подождите, вы ведь первый раз меня видите. Не лучше ли поручить Панзу это задание, вы ведь знаете его чуть ли ни как друга? , — рыцарь взмахнул рукой в сторону Панза, который ошарашено смотрел на Дрима, немного задремавши во время слов короля. -Да, я знаю его, и прекрасно знаю какой он безответственный. Послушай, мальчик, твой командор дал мне список лучших рыцарей, и сказал выбрать одного из них. Так как ты тут оказался, можешь считать это судьбой что теперь ты следишь за этим полуэльфом. Не переживай, я буду тебе платить вдоволь да и под конец месяца я выдам тебе награду, о которой мечтать грех. Так что не смей перечить своему правителю, — закончив, Шлатт обернулся в сторону двери сзади своего трона. -Приведите этого лекаря сюда! , — приказал король, поворачиваясь в сторону Дрима. Как же Дрим должен практически жить с хоть и полу, но эльфом, если он ненавидит даже упоминания о их существовании? Перечить королю никто не мог, потому оставалось лишь наблюдать как его новый предмет наблюдения входит в зал. На удивление Дрима, полуэльф был ниже его самого, хотя чему удивляться, ибо это полуэльф, а не эльф. Его лицо было приятным, не таким заострённым как у эльфов, которых видел рыцарь. Кожа была бледновата, и это было ещё более заметно за счёт коричневых объемных волос, которые мягко ложились на длинную шею полуэльфа сзади, создавая ему ещё более интересный внешний вид. «Наверняка из-за магии», — подумал Дрим, увидя глаза разного цвета у шатена. На длинных ушах были навешаны разные серьги с золотыми цепями, а на их концах были приклеены маленькие фигурки из глины, но смог увидеть Дрим лишь фигурку гриба. Одежда у полуэльфа была действительно эльфийской. Коричневый плащ с капюшоном и завязанный веревкой на талии, был несколько велик, и открывал вид острых ключиц полуэльфа. Дрим ничего не мог сказать по внешнему виду шатена, а увидев его улыбчивое лицо вовсе запутался. Полуэльф подошёл к трону, поклонился, устремляясь взглядом на Дрима и улыбаясь. -Лекарь, бери этого под руку, и пройди с стражником на выходе в свой новый дом, — приказал король. Полуэльф послушно качнул головой, поворачивая голову и встречаясь взглядом с Дримом. Улыбка не сползла с его лица до сих пор. -Здравствуй, мое имя Джордж, буду рад быть твоим другом.