Обрывки серого неба

Грудь Богдана вздымается сильнее, как у озлобленного зверя, но затем дыхание усмиряется ласковым поцелуем. Парень не целует в ответ и отталкивает сильное плечо распорядителя: - Отвали от меня, - Богдан зашипел и отвернулся, пока рука Влада соскользнула с чужой груди. - Хочешь сказать, я неправильно понял твои заигрывания? - Влад не трогал Богдана, но он приблизился, создавая что-то невыносимо душное и нежное. Богдан, сдавшись, стыдливо отвернулся и тихо с гневом прошептал: - Не трогай меня... отвали, - Мужчина прищурился и взял ручку Богдана, а затем ласково ее поцеловал между пальчиков. В парне что-то начало бороться меж друг другом. Ему было не по себе от всего этого. Один сплошной конфуз. Он бы хотел быть в ярости, но этого он не чувствовал. Во всем этом бреду бесконечного грязного и кровавого ублюдства. Во всем этом рукотворном аду Богдан не думал ощутить такие эмоции вместе с самим распорядителем. Все было не так, как нужно. Вскоре Богдан просто сдался и уткнувшись в шею Влада, нахмурил брови: - Мне по прежнему надо отвалить? - Делай, что хочешь... заебал, - угрюмо произнес Богдан. Влад взял мальчишку за подбородок и погладил по шраму на щеке, смотря прямо в глаза и после мужчина аккуратно оставил короткий поцелуй на нижней пухлой губе. Богдан был готов ударить Влада или гаркнуть на него, если что-то пойдет не так, но эта нежность заставляет мозги плавиться, как свечку. Парень чувствует себя конченным придурком сейчас, что не может просто закончить все это. Секс между двумя мужчинами и даже добровольный? Звучит, как что-то действительно нелепое. По крайней мере для Богдана. Мальчишка бы глупо бы начал оправдываться своей честью мужчины, если бы она была. Теплые и нежные руки обращаются с израненным в прошлом телом невероятно нежно и заботливо. Можно даже подумать, что Влад хороший человек. В отличие от Богдана распорядитель не видел ничего такого прямо сейчас. Возможно только в парочке посредственных актов нежности, а также в ненужности этих чувств на работе. Однако Влад прямо сейчас все равно растерян. Сложно мыслить адекватно, когда нервы оголенные, как провода под высоким напряжением. Богдан тревожит сердце мужчины. Сначала существовал какой-то интерес, который перевоплотился во что-то совсем нелепое и неказистое. Влад обладая таким большим и нежным сердцем, не смог продержаться долго без этих интрижек. Возможно, мучения закончатся, как только он выплеснет всю свою нежность. Черт знает, что и зачем. Оно просто сейчас происходит между этими двумя. Они в смятении оба и крепко сжимают потные ладони друг друга, под пытливые стоны. В глухой темноте голос Богдана, как будто звенит. Влад прижимается губами к напряженной шее и легонько кусает. Стон становится громче. Богдан шипит озлобленно, но заводится сильнее и хватает крепко Влада за плечи, переворачивая и наседая сверху, красиво выгибаясь. Распорядитель довольно улыбается и гладит напряженный живот Богдана. Еще несколько мгновений и все заканчивается. После всего этого Богдан не чувствовал себя напряженно. Ему даже понравилось. Парень не думал, что ему есть, куда ниже падать, но это не единственная причина. Все произошло слишком естественно и просто. Богдан потянулся на кровати и усмехнулся: - Ну что понравилось в задницу долбиться со мной? - Да, задница у тебя что надо, - ухмыльнулся гаденько в ответ Влад и встал с кровати, - пойдем курить. - А че не в постели? После такого траха-то. - Пиздюк проклятый, - усмехнулся Влад и прилег снова, - Ну стрельни мне, что ли, - Богдан лениво потянулся к своей толстовке и вытащил оттуда пачку и взял сигарету, пока Влад терпеливо смотрел, как паренек без спешки закуривал, а затем молча протянул сигаретку Владу. Мужчина снова улыбнулся и взял огонек с сигаретки Богдана, притянув того за подборок. - Блядь, - ругнулся рефлекторно Богдан, пока мужчина пустил дым в потолок и молча удобнее устроился. Парень прижался чуть плотнее к груди мужчины и прикрыл глаза. - Слишком гладко все прошло, тебе не кажется? - сказал тихо распорядитель чуть мягче. - Уже неважно... - Богдан стряхнул пепел на пол и держа сигаретку уткнулся ласковым зверёнышем в шею Влада. Безумно умилившись про себя, Влад погладил короткие волосы Богдана. Эти дни были тяжелыми для обоих. Им пришлось вместе проводить довольно много времени по воли партии. Вся эта кутерьма безумно раздражала Влада, что ему нужно было плясать перед малолетками (перед одной особенной). Богдан же постоянно лез огрызаться или подкалывать. Нормально пообщаешься лишь раз в пару дней и то в основном будет что-то вроде «угу» да «ага». Однако, винить во всем только Богдана не стоит, зачастую распорядитель и сам не был шибко любезен. Кто ж знал, что они в своих бесконечных дерзостях докатятся до чего-то подобного. Повода для стыда не было ни у кого. Они, наверно, получили, что хотели. Богдан нежность, а Влад возможность выразить ее. Если бы не Богдан это томящаяся под ребрами нежное нечто, что не находило выхода, начинало жечь грудь, напоминая о себе. - Если без твоих идиотских приколов, - Влад аккуратно погладил талию Богдана и посмотрел на него, - что ты чувствуешь, когда я прикасаюсь к тебе? - Богдан лишь выбросил окурок и встал с кровати, устало глядя на Влада. - Ничего, - Влад привстал и прижал того к стенке. - А поточнее? - Богдан не хотел ничего говорить. Ему уже просто хотелось заснуть и уже просто обо всем забыть, но он решился все-таки сказать, прижавшись к шее Влада, он тихо прошептал: - Тепло... мне было тепло... - Забудь об этом, хорошо? - Влад погладил ребра парня и уткнулся своим орлиным носом ему в шею с аккуратным поцелуем, паренек лишь схватил слабой рукой волосы распорядителя и нахмурился. - Не переживай. Я не хочу об этом помнить, - нагло усмехнулся мальчишка, разжигая во Владе снова огонь, которого он так боялся, но уже поздно. Он сгорит дотла сейчас в этом сладком забытие на эту ночь.